Всего за 15.95 руб. Купить полную версию
- Нет, ис-сс-скать бес-сполез-з-зно. Мы не помним, в каких-х точ-чно мес-стах-х бывали с-сегодня. 3-здесь-сь его нет. Пролаз-за Торбинс-с с-сунул его в кармаш-ш-шек, он его наш-шел, мы з-знаем…
Мы подоз-зреваем, только подоз-зреваем. С-снач-ча-ла надо из-зловить гадкого пролаз-зу и выж-жать из-з него вс-се с-сведения. Он ведь не з-знает, что мож-жет сделать наш-ш подароч-чек. Наш-ша Прелес-сть прос-сто леж-жит у него в кармане. Он не з-знает, и он не с-сумел убеж-жать далеко. Он з-заблудилс-ся, этот противный пролаз-за. Он не з-знает дороги. Он с-сам с-сказ-зал.
Он с-с-сказа-зал, он с-сказ-зал. Но он - ж-жулик. Он з-знал дорогу с-сюда, з-знач-чит, з-знает дорогу наз-зад. Он не вс-се с-с-сказ-зал. Он побеж-жал к Зад-ней двери, да, да, к з-запас-сному х-ходу.
Там орки, орки его с-сх-хватят. Я тож-же боюсь-сь орков, да, но у него драгоценный подароч-чек, наш ша Прелес-сть, и орки з-зах-хватят его тож-же и уз-з-знают, ш-што он мож-жет с-сделать, и мы окаж-жемс-ся в опас-сности, голлм-голлм. Один из орков наденет его и станет невидимым, он будет з-здес-сь, а я его не уаиж-жу. Наш-ши глаз-зс-ски его не увидят и он подполз-з-зет и сх-хватит нас-с, голлм-голлм!..
3-замолчи-чи, Прелес-сть моя, и поспеш-ши. Ес-сли Торбинс-с двинулс-ся к з-западному х-ходу, з-знач-чиг, мы долж-жны идти быс-стро, быс-стро. Уж-жаблиз-зко.Пос-спеш-шим!
Голлум подскочил, как пружина, и пошел вперед большими шагами. Бильбо поспешил за ним, по-прежнему осторожно, потому что хоть он уже многое понял, но боялся споткнуться, упасть и наделав шуму. Голова у него кружилась от новой надежды и изумления. Оказывается, Кольцо было волшебным! Оно делало владельца невидимым! Он слышал о подобных вещах, о них часто пишут в старых сказках, но трудно было поверить, что он сам случайно нашел такое. И тем не менее, это произошло. Голлум с горящими глазами прошел всего в паре локтей от него и не увидел!
Теперь они шли друг за другом. Голлум шлепал впереди, бранясь и пришептывая, а Бильбо крался за ним, так тихо, как могут только хоббиты.
Вскоре от туннеля начали отходить боковые ходы, и Голлум стал их считать:
- Один влево - раз-з; один вправо - два; два вправо - три, четыре; два влево - пять, ш-шес-сть, да-да…
И так далее.
По мере того, как он считал, голос у Голлума становился плаксивым, а шаги - неуверенными. Он ведь уходил все дальше и дальше от озера и начинал бояться. Здесь могли оказаться орки, а Кольцо он потерял. Наконец, он остановился у невысокого прохода слева:
- С-с-семь с-справа, да-да и ш-шес-сть с-слева, - прошипел он негромко. - Вот он, путь к з-запас-сному вых-ходу.
Он заглянул в проход и отскочил:
- Мы боимс-ся, Прелес-сть моя, мы не с-смеем туда идти. Там орки. Множ-жес-ство орков, наш-ш нос-с их чует! Ш-шш-ш… Ш-што ж-же делать? Нуж-жно ж-ждать, с-сидеть и ж-ждать…
"Вот и все", - подумал Бильбо.
Голлум, в конце концов, привел его к выходу, но пройти было нельзя! Голлум уселся прямо перед проходом, глаза его горели злым холодным огнем, он раскачивался из стороны в сторону и злобно всхлипывал. Бильбо, тише мыши, отошел от стены на середину прохода. И Голлум тут же перестал качаться, его глаз остановились над коленями и зажглись ярче. Он ее свистом втянул воздух, принюхиваясь, потом угрожающе зашипел. Хоббита видеть он не мог, но у него работали чувства, развившиеся в вечном мраке: обоняние и осязание. Он весь напрягся, распластав ладони и ступни на полу и вытянув вперед голову. Бильбо чувствовал это напряжение, хотя Голлум казался всего лишь темной тенью в свете собственных глаз. Голова его теперь склонилась совсем низко, почти к самому полу пещеры. Сейчас прыгнет. Бильбо затаил дыхание. Положение было отчаянным. Правда, у него есть меч… Надо уйти во что бы то ни стало, выбраться из страшной темноты, пока есть силы. Надо драться. Надо ударить кинжалом подлую тварь, погасить эти глаза, убить. Он ведь хотел убить. Голлум убил бы его. Нет, нечестно. Сейчас он невидим. У Голлума нет меча. Голлум еще не пытался нападать. И он был жалок, одинок, несчастен.
Вдруг в сердце хоббита проснулось какое-то понимание, в отвращение и страх вмешалась жалость. Он представил себе вереницу одинаковых дней без надежды, без конца, твердые камни, холодную рыбу, ползание во мраке… Эту картину воображение рисовало ему всего одно мгновение… Он задрожал. А в следующее мгновение вдруг сам прыгнул.
Для человека, прямо скажем, это был бы невысокий прыжок, но хоббит прыгал в темноте. Он не знал, что чуть не раскроил череп о верхнюю арку прохода, и слава богу, а то мог бы растеряться и попался бы. Он перепрыгнул через Голлума, взлетев на три локтя вверх и пролетев семь локтей вперед. Голлум учуял движение и схватил лапами воздух, опоздав на какую-то долю секунды.
Бильбо приземлился на крепкие мохнатые ножки и, не оглядываясь, понесся по новому туннелю вперед, к выходу. Позади него сначала громко слышались ругательства и шипение, потом вдруг все прекратилось, а потом наступившую тишину прорезал отчаянный вой. Голлум проиграл. Он не смел идти дальше. Он потерял добычу и безвозвратно утратил свое сокровище, свою "Прелесть".
Убегая, Бильбо слышал, как вой перешел в проклятие:
- Вор! Вор! 3-злодей! Торбинс-с вор! Навс-сегда ненавидим!
Потом все стихло.
Бильбо приближался к выходу. "Если орки так близко, что Голлум их учуял, то они, наверное, тоже слышали, как он вопил, и можно ждать любых неприятностей. Надо быть поосторожнее", - подумал хоббит.
Проход был узкий и грубо вырубленный, но хоббита смущала не его ширина и высота, - он ведь был маленький, - а то, что пальцы на ногах он посбивал о камни. "Наверное для орков низковато", - утешал он себя, замедляя шаг, не зная, что даже высокие орки быстро передвигаются по таким ходам, наклонившись и опустив руки при ходьбе почти до земли. К счастью, здесь орков пока не было.
Ход сначала шел вниз, потом стал подниматься, да так круто, что у Бильбо дух захватило. Потом подъем закончился, ход повернул в сторону, потом опять стал спускаться, и тут хоббит увидел свет. Не красноватый отблеск очага или светильника, а настоящий бледный отсвет дня! Бильбо опять побежал, еще раз повернул за угол - и вдруг оказался в более широком проходе, где было так светло, что он на мгновение почти ослеп и зажмурил глаза, а открыв их, увидел дверь - большую каменную дверь, пропускавшую солнечный свет, и - орков!.. Целый отряд вооруженных до зубов орков с обнаженными мечами охранял выход. Они были наготове и увидели его раньше, чем он заметил их, потому что в этот момент Кольца на пальце у хоббита почему-то не оказалось. То ли так вышло случайно, то ли Кольцо решило показать фокус новому хозяину, но оно с пальца сползло. С громкими радостными криками орки кинулись за добычей.
Эхо отчаяния Голлума кольнуло Бильбо в сердце: и забыв про меч, он опустил руки в карманы. А Кольцо лежало там, в левом кармане и, будто решив вести себя хорошо, опять само наделось на палец. Орки опешили. Хоббита не стало. Он исчез.
Орки опять заорали, теперь не так радостно, зато в два раза громче:
- Где он? - Куда он делся?! - Назад, в туннель! - Сюда! - Нет, сюда! - Идите к выходу! - кричали они вразнобой, но всех перекрыл голос начальника караула:
- Следите за дверью!!!
Орки свистели, ругались, гремело оружие, звенели мечи, топали сапоги - орки метались по пещере, натыкались друг на друга, свирепые и сильные. Бильбо ужасно перепугался, но у него хватило ума на время спрятаться за бочонком, в котором было питье для стражи, и, таким образом, на него не наткнулись и не наступили.
"Надо пробираться к двери, надо пробираться к выходу", - говорил себе Бильбо, но далеко не сразу решился это сделать. А когда он наконец вылез из-за бочонка, то получилась страшная игра в кошки-мышки, и, хотя хоббит довольно ловко шнырял между ногами, в основном, на четвереньках, один из орков все-таки налетел на него, но, к счастью для Бильбо, в спешке ничего не понял, так что Бильбо сумел проскользнуть к двери между ног самого начальника караула.
Дверь была еще открыта, но орки задвинули ее так, что проход стал узким. Бильбо попробовал нажать на дверь, чтобы открыть пошире, но он был всего лишь невысокликом, а дверь - каменной. Пришлось вылезать через щель. И тут он застрял! Это было ужасно. Он зацепился пуговицами за косяк. Он уже видел волю: несколько ступенек сбегали с горы в узкое ущелье, солнце ярко светило, словно приглашая его на лужайку,а он пытался протиснуться через дверь - и не мог.
Вдруг один из орков закричал:
- Там у входа тень! Там кто-то есть!
У Бильбо душа ушла в пятки. Он отчаянно рванулся. Пуговицы его разлетелись во все стороны. Он порвал куртку и жилет, но все-таки вырвался и, как козел, прыжками помчался вниз, а удивленные орки остались у двери подбирать неизвестно откуда брызнувшие на порог блестящие медные пуговицы.
Потом начальник караула погнал их вслед за беглецом, но они покрутились между ближайшими к пещере деревьями, покричали и вернулись, потому что орки, как и тролли, боятся солнца: они не каменеют от солнечного света, но у них от него кружится голова и подгибаются ноги; так что они, ругаясь, вернулись стеречь дверь, а Бильбо с Кольцом на пальце уходил тем временем все дальше от страшных пещер, по ущелью, под деревьями, по тропам… Так он выбрался из горы.