Сосредоточилась и погрузила ладонь в упругую субстанцию. Я намеревалась подождать, пока рука привыкнет к ощущению чуждого моему миру холода и пустоты, но антитуман ждать не хотел. Меня буквально затянуло в этот сгусток чернильной темноты. Ненависть, злоба, отвращение, тоска, отторжение - все эти и еще множество других, не менее отталкивающих чувств захлестнули меня, лишая возможности думать, сопротивляться и дышать. Только оказавшись внутри сферы, я поняла, что такое абсолютная пустота, ничто, растворяющее в себе все сущее. И Карай сейчас был в такой пустоте, растворившись в ней и потеряв себя. Казалось, прошли века, прежде чем я осознала себя и начала бороться с холодным небытием.
Я словно продиралась сквозь липкую трясину, пытаясь вырваться и вздохнуть полной грудью. Жидкая пустота поддавалась неохотно и медленно, но ощущение насыщения свидетельствовало о том, что моя способность поглощать энергию действует. Хоть антитуман и был не магической энергией, а чем-то совершенно противоположным, я смогла расщепить и его. Сначала я почувствовала, что парю в пустоте, это ощущение постепенно переходило в падение, которое длилось и длилось. И вот наконец я упала на твердый пол. Приподнялась, опираясь на руки, и едва снова чуть не упала. Руки скользили, потому что я находилась в центре лужи горячей черной смолянистой субстанции.
- Ты что творишь, идиотка?! - злобно воскликнул кто-то.
Подняла взгляд и увидела побагровевшего от ярости Рафэ.
- Забавно, - прошептала обессиленно.
- Забавно? Ты уничтожила плоды моей двухлетней работы! - воскликнул доминарий.
- Ты выглядишь забавно, когда злишься. Весь такой бледный и бесцветный, а рожа красная, - поделилась впечатлениями я и потеряла сознание.
Пробуждение принесло невыносимую головную боль и сухость во рту.
- Пить, - прошептала, не открывая глаз.
Казалось, что движение век только усилит пульсирующую в затылке боль, которая не позволяла сосредоточиться и вспомнить, где я и что со мной случилось.
- Ну наконец-то, - проворчал кто-то рядом, и мои веки бесцеремонно приподняли, вглядываясь в зрачки.
- Уйди, кошмар, - вяло отмахнулась я от ненавистного бледного лица в обрамлении белых волос.
- Ты мне тоже уже надоела, - доверительно сообщил Рафэ.
- Что… - прохрипела я и поморщилась от боли. Пересохшие губы трескались от малейшего движения.
Меня приподняли за плечи и приложили к губам бокал. Я пила с жадностью лишенного воды узника. Но бокал жестоко отняли, не дав мне допить его содержимое.
- Прекрати, Рафэ, - враждебно проговорил еще кто-то. - Она не твоя подопытная. Не забывай, что от этой женщины во многом зависят дальнейшие взаимоотношения между нашими мирами.
- Я не делаю ничего, что не понадобится для нашей кампании, - невозмутимо ответил доминант, укладывая меня на подушку.
Я облегченно вздохнула, почувствовав, как выпитая жидкость приятно холодит внутри.
И только спустя минуту ощутила зияющую пустоту, которую выедает этот холод. Меня переполняла расползающаяся по всему телу пустота, и сил бороться с ней уже не было. Холод заполнял не только тело, но и разум. Стараясь не потерять себя, я цеплялась за воспоминания о сыне и муже, но темнота обволакивала, успокаивала обещанием покоя и тишины.
- Держись, Рика, - прошептал кто-то на ухо и сжал мою ледяную ладонь.
- Ян, не отпускай, - прошептала в ответ, узнав голос подруги.
- Если она не выкарабкается, я тебя убью, мерзкий блондинчик, - злобно пообещала Дамон.
Подруги были рядом, и мне стало легче, но не от их поддержки, а от сознания, что я их помню и понимаю, что происходит. Рафэ все еще пытался добиться взаимодействия моего организма с антитуманом. А я уже поняла, что этого не будет. Инстинкты заставляли активизироваться мои способности, которым было под силу разрушить даже небытие.
- И каков же итог? - спросил Анторин, который, как оказалось, тоже был рядом.
- Выводы не радуют, - ответил Рафэ. - Если она не научится контролировать свой голод, то брать ее с собой будет большой ошибкой. Она может уничтожить Карая, который сейчас представляет собой магическую энергию, посчитав его угрозой.
- Чушь, - прошептала я. - Никогда, даже под страхом смерти, я не причиню вреда мужу.
- Ты результат эксперимента, человек, умерший и воскрешенный посредством вливания в умирающее тело тумана. Ты и сама не знаешь, на что способна. И я не знаю пределов твоих возможностей. По законам мироздания, тебя вообще не должно существовать, - проговорил Рафэ и отошел от кушетки, на которой я лежала, не в силах пошевелить даже пальцем.
- Ты ученый и постоянно нарушаешь эти законы, - сказала ему вслед. - Так придумай что-нибудь и сейчас. Разве тебе не хотелось заполучить меня в качестве подопытной? Так действуй! Я даю тебе свое официальное согласие.
Рафэ вернулся, присел на край кушетки и неожиданно добродушно улыбнулся.
- Я был бы рад такому подарку при других обстоятельствах. Но сейчас, когда ты с легкостью уничтожила то, что в принципе не могло быть уничтожено, даже я не рискну экспериментировать. Во-первых, это может убить тебя - уникальную в двух мирах особь, а во-вторых, я просто боюсь того, к чему могут привести мои опыты, - признался он. - Отдыхай и набирайся сил. Позже попробуешь еще раз контактировать с антитуманом… и не уничтожить его.
- Какой ты лапочка, когда не задираешь нос, - прощебетала Дамон, оказавшись рядом с ним и погладив по плечу, отчего доминант вздрогнул и вскочил как ошпаренный.
- И приструни своих помощниц, они меня нервируют, - проворчал он, передернув плечами.
Окончательно пришла в себя я только спустя несколько часов. Рядом были подруги, они помогли мне восстановить утерянные моменты произошедшего за последние часы. Оказалось, что вся команда уже успешно прошла две из трех стадий внедрения антитумана, и лишь я оставалась слабым звеном, сводя на нет все попытки Рафэ установить нерушимый контакт между моим организмом и черной пустотой.
Сам доминант отсиживался в дальнем углу, отвернувшись ото всех и демонстративно изображая расслабленную непринужденность. Доминарий перелистывал какие-то бумаги, иногда меняя позу, и будто невзначай поглядывал на меня. Я же почти физически ощущала его настороженность и недоверие. Да я и сама себе сейчас не доверяла!
- Как самочувствие? - спросил Рони, присев на край моей кушетки. - Язык покажи.
- А станцевать тебе не надо? - враждебно поинтересовалась Мона, устроившись у меня в ногах.
- Я не из любопытства прошу, - спокойно ответил Рондай. - Не мешай, егоза.
- Это я-то егоза? - возмутилась Дамон.
- Успокойся, - попросила я, и фрейлина притихла.
Я послушно показала Рони язык, потом несколько раз сжала и разжала кулак, задержала дыхание и даже поморгала по его требованию.
- Не знаю, что там решил этот доминант, но я вижу остаточное присутствие антиматерии. Эта гадость приживается в тебе, но очень медленно и неохотно, - сделал вывод маг, закончив осмотр. - Не удивлюсь, если ты всех нас переплюнешь и будешь первой, кто адаптируется к межпространству.
- И на каком основании ты сделал этот вывод? - отбросив бумаги, вопросил Рафэ.
Доминант встал и подошел к нам, вперив в Рондая неприязненный взгляд.
- Может, я и не природник, но даже механику видно, что слизистая у нее уплотнилась, зрачок деформировался, а моторика стала резче и точнее, - вздернув подбородок, ответил Рони.
- Отойди, дилетант, - враждебно бросил Рафэ, оттеснив мага и разглядывая меня.
- Язык больше показывать не буду, - предупредила я.
- И не надо, - заверил меня доминарий. - Я и так могу провести осмотр.
Спустя пару минут Рафэ неохотно подтвердил выводы Рони.
- Да, изменения есть, но они происходят поступательно, с запозданием. Потому я сразу и не диагностировал их, - произнес он. - Придется тебе еще раз, а может, и больше, вступить в контакт с антитуманом.
- Делай все, что нужно. И побыстрее, - согласилась я, будучи готовой пойти на что угодно, только бы поскорее отправиться на поиски Карая.
Последующие сутки я почти не помнила, и восстанавливать в памяти мучительные часы никакого желания не было. Для меня было важным лишь то, что результатом всех мучений стал однозначный вердикт: я готова к путешествию за грань времени и пространства, так же как и мои друзья.
- Кари, - позвала меня Дамон шепотом, когда все уснули, - я тут пролистала книгу Брунфо.
- И что? - спросила я у подкравшейся к моей кушетке фрейлины.
- Там все совсем не так, как мы думали, - ответила подруга, потеснив меня и укладываясь рядом. - Этот их вулкан в действительности никакой не вулкан, а подводный источник. Туман поднимается из озера, которое они считают священным и приносят ему в жертву какие-то камни каждый месяц. В общем, я мало что поняла, но это явно будет понятно Рондаю. У них кипящее озеро и сомнительные валуны, которые они в него бросают.
- Позже обсудим, - прошептала я в ответ, услышав, как Рафэ вздохнул и заворочался во сне.
Это была наша последняя ночь перед отправкой в неведомое. И сейчас мне не хотелось отвлекаться на подробности быта доминантов. Нужно было настроиться на спасение Карая, остальное второстепенно.
- Как скажешь, - ответила Мона, царапнув меня по щеке краем маски, и перебралась на свою кушетку.