Действительно, между женщинами было много общего. Обе среднего роста, обе с чуть оплывшими в период климакса фигурами. Софья более ухоженная, Сонечка более домашняя, у первой дорогая укладка темно - русого цвета, у второй светло - каштановые волосы, у одной глаза карие, у второй голубые…
- Так, ну волосы мы покрасим. Плюс повязка на голову. Лица… вроде неплохо. Ни родинок, ни шрамов, чуток грима нанести - и будем копиями. Может, пару гримерских накладок сделать.
- Ты это всерьез?
- Более чем. Сейчас своему стиляге позвоню…
- Кому?
- Стилисту.
Сонечка улыбнулась.
- и что он сделает?
- Виталик? О, в этом плане он волшебник. Чего он только не может сделать с человеком. Надо его в день перед полнолунием пригласить - и пусть поработает.
- Софья, а зачем тебе это нужно?
Софья вздохнула.
- Сонь, я ведь умираю. Месяц больше, месяц меньше… ну и есть разница?
Сонечка вздохнула.
- Знаешь, я бы не удивилась, окажись истинной Романовой - ты. Это так благородно…
- Сонь, я же сказала - я умираю. Покончить с собой у меня духу не хватит. Длить агонию - тоже тошно, так что остается? Только рискнуть собой…
- Софья…
- Все, завязали. Зачем тебе притащили эту… - Софья пробежала глазами по корешкам книг и поморщилась. Даже три строчки вызвали тошноту. - псевдоисторическую галиматью?
- Чтобы после переселения души я бы знала хоть что‑то… вот ты много знаешь по истории России?
Софья задумалась. Вообще ее знания исчерпывались малым.
Был Петр Первый, который лез в Европу через окно. Видимо потому к России до сих пор в Европе так и относились. И Софья их могла понять. К вам бы кто через окно полез - вы бы его сначала табуреткой, а потом в милицию - или поговорить попытались бы? Вот то‑то и оно…
Была Екатерина, которая гуляла со всеми Орловыми, а потом померла.
Был Николай Второй, который про… какал все войны, которые вел. И помер в доме какого‑то купца от несварения желудка. Свинцовые пилюли, ага?*
* Интерпретация событий целиком на совести Софьи, прим. авт.
В принципе, это и все, о чем Софья и сообщила.
Сонечка вздохнула.
- Вот и я‑то не больше. Позор…
- Не то слово, - поддакнула Софья, хотя никакого позора за собой не знала, на то историки есть - пусть у них голова и болит.
- А если это увенчается успехом? Если…. Это правда?
Софья покрутила пальцем у виска.
- Сонечка, лапочка, одумайся! Если бы это было правдой - эти типы давно бы миром правили!
- А если они не могут? Ну, как масоны…
Софья фыркнула.
- Сонь, править или хотят - или не хотят. При наличии таких возможностей, как манипуляция прошлым - и соответственно, будущим, эти типы должны быть… ну, тут одно из двух. Либо у них мегавозможности. Либо - крыша, которая съехала вместе с фундаментом.
- А одно с другим не сочетается?
- Не - а… При наличии мегаглупости - мегавозможности довольно быстро скатываются до минивозможностей.
Сонечка фыркнула.
- Софья, ты невероятная.
- Знаю.
И она действительно знала. Девяностые годы лишили страну многих талантов, Уничтожили половину поколения, но те, кто смог выжить и пробиться из своего слоя в новый - определенно были личностями. Хорошими ли, плохими… да тут не определишь. Но - личностями.
- А может, тебе все‑таки что‑то почитать?
- Сонь, ну чему это поможет?
- Мало ли…
- обещаю. Если попаду в прошлое - буду десятками давить бабочек. Чтоб вымерли все демократы, - усмехнулась Софья. - А если серьезно… у тебя как с теорией относительности?
- Плохо.
- Вот и у меня тоже. Но варианты я могу прикинуть. Первый - это розыгрыш и мистификация. Второй - местные сатанисты. Третий - это реальность. После того, как один мой знакомый лечил геморрой Кашпировским, прикладывая голую попу к телевизору, можно и не в такое поверить…
- Серьезно?
- Он же поверил. Правда, пришлось уволить. Мне бухгалтер с таким сдвигом в мозгах не нужен.
Сонечка фыркнула.
- Вот, если это реальность…
- Не верю я в это. А если… там и будем посмотреть.
- может, я тебе хоть расскажу, что сама успела прочитать из истории?
Софья вздохнула. Но лежать было еще долго, читать больно….
- рассказывай.
* * *
Виталик оказался весьма симпатичным молодым человеком с выкрашенными в шесть разных цветов светлыми волосами и гламурными манерами. Которые отставил в угол сразу же, после неодобрительного взгляда Софьи.
- Понял, уже исправляюсь, простите, но въедается…
Куда что и делось? Серьезнее стало лицо, строже глаза, собраннее движения - теперь диссонирующим элементом казались разноцветные волосы и гламурная одежда. А так стилист моог бы дать фору какому‑нибудь шахматисту по серьезности.
- Знаю.
- Софья Романовна, какая задача?
- Сделать из нас копии. Точнее из меня - копию Сонечки, - Софья указала на ошарашенную превращением стилиста соседку. И усмехнулась при виде ошарашенного лица.
- Сонечка, выдохни. Витя - нормальный парень. Просто сейчас мода на гей - парад.
- Ага, у меня и парень есть.
- Знаю я твоих парней, - Софья поморщилась, когда стилист принялся избавлять ее от повязки на голове. - Ты прикинь, подбирает мальчишек после детдома, дает им профессию, учит, выводит в жизнь… оплату берет натурой. Живут в одной квартире и притворяются парой.
- Притворяются?
Виктор скривился.
- Простите…
- Сонечка.
- Тоже?
- Не отвлекайся.
- А я все равно не любитель зады повторять, - фыркнул мужчина. - Вот будь вы, Софья Романовна, лет на десять постарше…
- Был бы ты, Витя, лет на десять помладше, - привычно отозвалась Софья. - Я б тебя усыновила - и не парились бы с имиджем.
- Но вы уверены, что надо портить такие волосы?
- Вить, сделай, а?
Этого оказалось достаточно, чтобы стилист принялся за дело. И вечером - вечером друг на друга смотрели две копии Сонечки. Одинаковые волосы, одинаковые черты лица, глаза (контактные линзы), улыбки, жесты, даже фигуры…
Шок - да и только.
Сонечка вульгарно присвистнула, глядя в зеркало.
- С ума сойти.
- Вот уж не надо. Завтра Витя нас еще навестит с утра - и будем готовиться. Кроватями поменяемся, на всякий случай…
- Как скажешь…
Софья вздохнула. Всю жизнь все делали, как говорила она. Исключением был только Володя, любимый муж, но там было другое. И он, и она совместно разрабатывали стратегию, тактику, совместно работали, строили, любили, воевали… они и были одним целым! А иногда хотелось побыть слабой. Иногда… раз в пять - шесть лет.
Не чаще.
Ну и пусть. Скоро все равно все закончится.
Софья не льстила себе и не рисовала радужных перспектив. Скорее всего, Сонечку собираются убить. Кто, зачем - черт их знает. Князю она позвонила, попросила, если что, приглядеть за соседкой по палате и за ее внучкой тоже. Сын?
Сына видеть не хотелось.
Ее единственный крах. Хуже дефолта и перестройки, из тех‑то она вылезла. А вот сын…
Обидно до слез, но ведь частая картина, когда у детей только что птичьего молока нет - и мозгов. А вот богатые родители есть.
Чадушко привыкло к безнаказанности, оно просто не понимает, что можно жить месяц на три тысячи, можно подкладывать прокладки в дырявые сапоги и лопать одну овсянку, лишь бы пробиться… Что самое печальное - не ради тупого накопления капитала. Если спросить любого, кто пашет на износ в бизнесе, то, скорее всего, ответ будет 'чтобы мои дети жили лучше меня'.
Вот дети и живут - растениями. Лучше родителей, кто б спорил. Но - им и в голову не придет, что бриллиантовое колье не показатель качества жизни, а сороковая шубка или тачка - это в общем‑то глупо.
Сонечка смотрела с сочувствием. Она все это тоже понимала - и что самое приятное, не было в ней этакой бабской зависти. Вообще не было. У нее‑то и дети и внуки получились отличные.
Как же много мы упускаем…
Так люди ведь, люди, не боги!