Ковалев Валерий Николаевич - Левиафан стр 24.

- О да, матушка, - ответил вместо капитана светлейший. - Крейсер стоит на внешнем рейде, и ты немедля должна его увидеть. У Галерной набережной нас ожидает фрегат.

- Вот как? - вскинула на светлейшего голубые глаза императрица. - Что ж, в таком случае едем в Кронштадт.

Спустя непродолжительное время, сопровождаемая эскортом карета двинулась в обратный путь. Приняв на борт Екатерину с ее спутниками, фрегат вышел в залив и взял курс на Кронштадт. Через полчаса он возник из синеватой дымки вместе с силуэтами стоящих на внешнем рейде кораблей эскадры. За ними, у причальной стенки, диковинным морским чудовищем высился монолит ракетоносца.

- Свят, свят, свят, - перекрестилась императрица, со страхом взирая с капитанского мостика на то, что светлейший назвал крейсером.

- Ну, как? - довольный произведенным впечатлением, обратился к Екатерине Потемкин. - Истинный левиафан, не правда ли?

- Да уж, - прошептала та, испуганно взглянув на светлейшего. - Будто из преисподней явился, прости меня Господи. А это что у него на башне? Вроде глаза и какие-то крылья?

- Да нет, - улыбнулся Потемкин, - это иллюминаторы и рубочные рули, для управления под водой.

- Экие страсти ты молвишь, - покачала головой императрица и утерла кружевным платочком внезапно вспотевший лоб.

На стенке фрегат встречали адмирал Грейг с адъютантом и Сокуров с Кругловым.

Как только нога Екатерины ступила на нее, адмирал сдернул с рыжеволосой головы шляпу и отвесил императрице глубокий поклон, а заместитель со старпомом вскинули руки к козырькам фуражек.

- Рад лицезреть вас, ваше величество, - сказал Грейг. - Прошу быть моей гостьей.

- И я рада, Самуил Карлович, - протянув адмиралу руку для поцелуя, мягко произнесла Екатерина.

После этого светлейший представил ей Сокурова с Кругловым, и все двинулись вдоль стенки, демонстрируя императрице корабль.

- Господи, какой он все-таки громадный и страшный, - прошептала Екатерина, когда они дошли до кормы, с торчащим из воды стабилизатором. - И с каким-то горбом, - показала она на вздымающуюся ввысь ракетную палубу. - Неужели все это творение людских рук?

- Именно так, ваше величество, - ответил Морев. - Возможности человечества беспредельны. Но, к сожалению, - горько улыбнулся он, - почему-то они в первую очередь направлены на уничтожение себе подобных.

- Сие правда, - вздохнула императрица. - Вся наша история сплошные войны и смертоубийство.

От посещения корабля, по совету светлейшего, Екатерина благоразумно воздержалась и, сев в две поданных на причал кареты, все проследовали в резиденцию командующего портом. Там их ждал легкий завтрак, в ходе которого светлейший подробно рассказал императрице о своем посещении Архангельска и необыкновенном путешествии в Кронштадт, выразил восхищение небывалыми мореходными качествами корабля, а также искусством капитана и его команды.

- И каковы ваши дальнейшие планы, господин Морев? - поинтересовалась императрица, внимательно выслушав рассказ.

- Мы хотели бы остаться в России и послужить на ее благо, ваше величество, - без колебаний ответил тот, отметив явное удовольствие светлейшего.

- Достойное решение, - благосклонно кивнула головой Екатерина. - Я подумаю над этим. А за переданные нам карты и спасенного английского офицера вам большое спасибо. Григорий Александрович, - обратилась она к Потемкину, - сегодня же распорядись, чтобы команде крейсера выдали тысячу золотых червонцев.

- С превеликим удовольствием, матушка, - качнул тот львиной головой.

- Ну что ж, погостила я у вас немного и будет. Спасибо за завтрак, Самуил Карлович, - встала со своего места Екатерина. - А вас, господин капитан, - благожелательно взглянула она на Морева, - вместе со старшими офицерами завтра к вечеру прошу на бал во дворец. И тебя, Самуил Карлович, - улыбнулась она Грейгу. - Сопроводишь гостей.

- Слушаюсь, ваша величество, - поклонился адмирал.

Как только фрегат с императрицей и светлейшим отошел от стенки, деятельный Грейг занялся размещением команды ракетоносца на берегу.

Морева и его старших офицеров поселили в адмиральских покоях, а команду определили в одну из флотских казарм. В течение дня все, кроме вахты, занимались обустройством.

- Да, - сказал вечером после ужина, Ксенженко, который когда-то начинал здесь службу. - Не думал я, что снова попаду в этот город трех "б".

- Каких еще таких "б"? - поинтересовался один из молодых старшин - контрактников, пытаясь зажечь висящий на стене медный светильник.

- Блядей, булыжников и бескозырок, - рассмеялся мичман. - Хорошо бы сейчас прошвырнуться в Питер и оттянуться там по полной программе - мечтательно протянул он, подбрасывая на ладони новенький империал с профилем императрицы…

К Зимнему дворцу облаченные по такому случаю в парадную форму Морев с заместителем и старпомом были доставлены Грейгом за полчаса до начала бала. Прилегающие к нему улицы и Дворцовая площадь были подсвечены праздничной иллюминацией, огни которой призрачно отражались в сонно текущей Неве.

К южному, парадному, фасаду уже подъезжали первые кареты с кучерами и выездными лакеями на запятках. Из карет выходили и чопорно раскланивались друг с другом приглашенные на бал.

Въехав на Дворцовую площадь, адмиральская карета направилась в сторону Адмиралтейства и остановилась у западного входа. Следуя за Грейгом, офицеры беспрепятственно прошли во дворец и поднялись в покои светлейшего.

Роскошно одетый, блистающий золотом шитья и бриллиантами, Потемкин уже ждал их и после взаимных приветствий поинтересовался, все ли ладно с размещением команды.

- Да, ответил Морев, - Самуил Карлович проявил о нас самую теплую заботу.

- В таком случае господа, прошу по бокалу шампанского, - пригласил светлейший гостей к вычурному, с разнообразной закуской на серебряных блюдах, столу. Они присели в изящные кресла, и неслышно появившийся лакей, наполнил хрустальные бокалы.

- Итак, господа, за вас! - поднял Потемкин свой, и все выпили.

- Этот бал матушка дает в вашу честь, - сказал со значением светлейший, взглянув на Морева и, отщипнув от виноградной кисти крупную ягоду, бросил ее в рот. - На него приглашен ограниченный круг лиц, которым вы будете представлены. Заодно немного развеетесь и отдохнете. И пусть вас не смущают услышанные титулы и имена. Многие из тех, кто их носит, полные болваны.

- М-да, интересная характеристика, - подумал Морев, переглянувшись с Сокуровым.

А князь, взглянув на извлеченный из кармана усыпанный алмазами золотой брегет, попросил всех следовать за собой и неспешно направился к предупредительно распахнутой лакеями высокой двери.

Пройдя несколько устланных персидскими коврами и обставленной драгоценной мебелью комнат, вся группа оказалась в высоком просторном зале с хрустальными люстрами, ослепительно белыми стенами и зелеными малахитовыми колоннами, наполненном дефилирующими по нему блистательными гостями.

При появлении светлейшего с Грейгом и незнакомыми офицерами в черных мундирах, все взгляды обратились на них, и по залу прокатился сдерживаемый шепот. Слух о прибытии в Кронштадт небывалого корабля, с быстротою молнии распространился в столице и приглашенные с любопытством разглядывали заморских гостей.

Небрежно кивнув им, Потемкин пригласил Морева с офицерами и Грейга занять кресла неподалеку от парадной двери, после чего дал знак стоящему у дверей гофмаршалу. Тот величаво взмахнул увенчанным имперским орлом сверкающим жезлом и торжественно объявил о выходе императрицы.

Шушукаясь и толкаясь, приглашенные поспешили занять места согласно дворцовому этикету. На минуту наступила звенящая тишина, затем ее нарушили серебряные звуки валторн, арапчата в белых чалмах с павлиньими перьями растворили двери, и на пороге во всем величии появилась Екатерина. За ней следовали двенадцать статс-дам и молодые фрейлины, камергеры с золотыми ключами и облаченные в блестящие мундиры камер-юнкеры. Замыкал шествие тайный совет императрицы, президенты коллегий и сенаторы.

Вслед за поющими валторнами вступили литавры, громы которых заставили зазвенеть хрустальные подвески сияющих люстр.

Остановившись неподалеку от светлейшего, императрица поклонилась гостям и те, как по команде, подобострастно склонили спины.

- Господа! - повелительно зазвучал в наступившей тишине ее голос. - Я очень рада видеть вас и хочу представить наших гостей, - сделала Екатерина плавный жест в сторону светлейшего. - Это капитан первого ранга господин Морев и его старшие офицеры. Они наши соотечественники и прибыли сюда издалека. В ответ вновь грянула музыка, и присутствующие почтительно раскланялись с гостями.

После этого, по мановению руки императрицы, из дверей появились многочисленные лакеи с серебряными, уставленными ликерами, фруктами и печеньями подносами, а с хоров нежно зазвучали звуки менуэта.

Пригласив светлейшего с офицерами в находящийся в торце зала роскошный альков и взяв со стола наполненный лакеем бокал, Екатерина подняла его за их здравие.

Когда все выпили она, улыбнулась и поинтересовалась у Морева, нравится ли ему здесь.

- Да, ваше величество, все великолепно, - ответил тот.

- А вам, господа? - перевела она взгляд на Сокурова с Кругловым. Те с готовностью поддержали командира.

- Ну, в таком случае, по второй, - рассмеялся светлейший и дал знак лакею.

- За твое здоровье, матушка! - поднял он свой бокал. Присутствующие с воодушевлением выпили.