Всего за 249 руб. Купить полную версию
– Куда же вы хотите?
– Домой, куда же ещё?!
Хорошее настроение
Если запрета нет, то можно.
Из газет
И всё прекрасно. Впереди лето. Мы все загорим. И солнце будет светить каждому из нас. Все встречные девушки будут улыбаться нам. А кто не будет, тех мы простим. Вот человек с метлой метёт там, внизу под балконом, и я вижу по взмахам метлы, что у него прекрасное настроение, такое же, как у меня. Хочется отметить этот день. Он так хорошо начался. Хорошо бы в такой день повсюду висели флаги, а милиционеры раздавали детям милицейские свистки. Хорошо бы висели флаги.
Я выношу на балкон флаг, и он висит над нашим домом. Он висит на моём четвёртом этаже и всем виден. Сегодня праздник. Праздник хорошего настроения. Я иду на кухню и готовлю яичницу. Яичница шипит и хлопает глазами. У неё тоже хорошее настроение, её будет есть такой хороший человек, как я.
Я ем яичницу и слышу радостные голоса внизу. Там во двор выходят люди. Наверное, они поздравляют друг друга, не важно с чем. Кто-то внизу зовёт меня. Я выхожу на балкон и приветственно машу им руками. Сколько их там, внизу! Один из них что-то кричит мне. Это домоуправ. Он кричит громче:
– Ты чего это флаг выставил?
– А просто так, – кричу я ему, – ради праздника!
– Сымай флаг! – кричит он мне.
– Нет, – кричу я, – пускай все знают, как сегодня хорошо!
– Я те дам – хорошо!
Он скрывается в подъезде. И вот он уже у меня.
– Ты зачем флаг вывесил? – спрашивает он.
– Здравствуйте, – отвечаю я.
– Здорово. Зачем флаг вывесил?
– А что, нельзя?
Он молчит. Он думает. Ему это даётся тяжело. Видно по лицу.
– По какому случаю?
– По случаю хорошего настроения. А что, флаг некрасивый?
– Нормальный флаг.
– Попробовали бы вы сказать что-нибудь другое.
– Не положено, – говорит он.
– Кто сказал?
– Я.
– А вам кто сказал?
– Мне? Никто.
– Ну вот.
Он садится.
– Чайку хотите?
– Я тебе говорю – сымай флаг! Его надо вывешивать, когда праздник.
– А у меня сегодня праздник. Хорошее настроение. Знаете, как редко оно у меня бывает?
– У тебя хорошее, а у кого-нибудь плохое.
– А я вывесил флаг, и у всех станет хорошее. Вот когда вы увидели этот флаг, у вас повысилось настроение?
– Вообще-то повысилось.
– Вот и у всех повысится.
– А вдруг нельзя? В обычный день – и вдруг флаг. Что люди скажут?
– А чего они скажут? Если б какой другой, а то ведь наш флаг, верно?
– Верно.
– Чайку хотите?
– Сымай флаг.
– А вот руками вы зря размахиваете. Вы не у себя дома.
– Я сейчас дворника позову, мы тебе покажем!
И действительно, через пять минут они приходят с дворником. Я приоткрываю дверь, но держу её на цепочке.
– Открой дверь! – говорят они.
– Не открою. Товарищ, дворник, – перехожу я в наступление, – вы где-нибудь читали, что нельзя вывешивать наш флаг?
Оказывается, дворник нигде этого не читал. Оказывается, он вообще уже несколько дней не видел печатного слова. Потом я вижу, как они лезут по пожарной лестнице ко мне на балкон. Я выношу ведро и окатываю их сверху. Начинается осада. Дворник спускается, вытаскивает поливальный шланг, и они снова идут на приступ. Я весь мокрый, но не сдаюсь, закрывая своим телом флаг. Тогда домоуправ командует:
– Держи его на прицеле. А я вызову милицию.
И вот так, под напором струи, я защищаюсь до тех пор, пока не приходит милиционер. Теперь я понимаю, что мне уже ничто не поможет. Милиционер говорит дворнику:
– Ну-ка, прекрати поливать!
Дворник направляет струю в сторону. Я отхожу от флага, и он развевается на ветру. Милиционер кричит мне снизу:
– А почему только красный повесил?
Я не знаю, что ему ответить. Домоуправ тоже оторопел.
– Вы что, с Луны свалились? – говорит милиционер. – По всей Москве флаги развешаны – наш, советский, и их, кемарийский. Сегодня же король Кемарии приезжает.
– Ура! – кричу я. – Мы победили! А какого цвета у них флаг?
– Жёлтого, – отвечает милиционер.
Я бегу в комнату и выношу жёлтый носовой платок.
– А чего такой маленький? – спрашивает милиционер.
– У них страна поменьше, – отвечаю я.
– Правильно, – говорит он. – Больше нашей страны нет. – Отдаёт мне честь и уходит.
– Газеты надо читать, – говорю я дворнику.
– Мерзавец, – отвечает он мне.
Домоуправ кричит мне снизу:
– Отойди от флага, дай погляжу, ровно ли висит.
А я ему отвечаю:
– Может, ко мне подниметесь? Заодно и чайку попьёте?
– Мерзавец, – отвечает он мне.
Наши люди
Товарищи, что сегодня творится в нашей стране? Сегодня в нашей стране происходит коренная перестройка всего нашего образа жизни. Так что многие наши люди вполне могут оказаться лишними. Разные прохиндеи, болтуны, вымогатели, дармоеды и другие паразиты на теле нашей страны. Что с ними делать? Конечно, можно их просто уволить с насиженных мест, и дело с концом. Но ведь они тут же вопьются в наше тело с другой стороны и снова будут пить кровь трудового народа. Спрашивается, как использовать их богатый опыт, который они накопили в деле развала народного хозяйства? От себя лично предлагаю бросить их всех на борьбу с империализмом.
Объясняю. Для начала собираем человек двести этих дармоедов, обучаем их иностранному языку, и весь этот боевой отряд лишних людей забрасываем в какой-нибудь город на Диком Западе.
Они, конечно, быстро там акклиматизируются, быстро с кем надо покорешатся, заведут связи, они это умеют, и быстро внедрятся во все отрасли капиталистического хозяйства.
И вот в один прекрасный день ихний миллионер, капиталист и эксплуататор, приходит в магазин с целью приодеться получше. А там уже наш человек надевает на него костюмчик из сэкономленных материалов, сделанный нашим же человеком в ихней швейной промышленности в конце года. Глядит миллионер на себя в зеркало и теряет дар речи. На нём пиджачок зелёного цвета в косую линейку со стоячим воротничком на поллица. Рубашечка типа "мечта комбайнера" с тракторами по всему полю и брючата с капюшоном. Одним словом, в таком виде ему лучше всего выбегать на арену цирка с криком: "Привет из психбольницы!"
Поэтому он бежит в кино, чтобы в темноте отдышаться. А там уже идёт наш фильм, сделанный нашими людьми в ихнем Голливуде. То есть фильм о производстве чугунных болванок кокильным способом. Где всё ещё решается проблема – брать премию или отдать её врагу. Миллионер кидается в ужасе к такси, а они уже все идут в парк. Наши люди постарались. А своя машина у миллионера давно уже не работает, поскольку он её нашим ребятам в автосервис сдал. У его "мерседеса" дверца не закрывалась… Через неделю приходит – дверца закрывается, но трёх других вообще нет. Он скандалить. Через месяц приходит – все дверцы на месте, машина ездит, но только в том случае, если её поставить на гору и сильно толкнуть. Короче, через полгода он получает свой "мерседес" как новенький с колёсами от грузовика, движком от "запорожца", всё остальное от инвалидной коляски.
Миллионер звереет и бежит в суд, а там уже наш бюрократ требует от него справку с места работы, справку из ЖЭКа, ходатайство от Бермудского треугольника, заявление, две анкеты, три характеристики и четыре фотографии в профиль, фас, стоя и сидя – на всякий случай, а вдруг придётся сидеть.
Миллионеру становится плохо, и он бежит в поликлинику, а там уже очередь в регистратуру на месяц вперёд, и без флюорографии никого не принимают, а флюорография закрыта на ремонт навсегда. Наконец, через неделю он со скандалом добирается до участкового врача, и тот ставит ему диагноз: ОРЗ с плоскостопием. Даёт ему бюллетень на три дня с ежедневной сдачей анализов в соседней поликлинике. И он, миллионер, уже не думает об эксплуатации человека человеком, а думает, как бы ему выжить в этих каменных джунглях.
Вот так, если действовать с умом – любого дармоеда можно заставить лить воду на нашу мельницу.
Памятник
У нас в городе решили памятник поставить. Фигуру рабочего, трудом которого создаются все промтовары. Пригласили на наш завод скульптора. Известный скульптор. Он до этого уже не раз лепил образы рабочих: сталевара с кочергой, шофёра с баранкой, повара с поварёшкой в кастрюле.
Скульптор приехал, стал выбирать, с кого рабочего лепить. Долго ходил по заводу, присматривался. Наконец нашёл одного.
– Типичный, – говорит, – рабочий, лицо простое, плечи широкие, руки мозолистые.
Типичный рабочий – это наш главбух оказался. Дирекция завода категорически против выступила, чтобы наш главбух посреди города на площади стоял. Тем более что его вот-вот под суд должны были отдать за хищения социалистической собственности.
Короче, выдвинули меня. Стали работать. Скульптор мне кувалду в руки сунул и давай ваять. Ваял долго, серьёзно. Интересно так лепил. За месяц всего вылепил. И похож, знаете, особенно кувалда и кепка. Да что там говорить, хороший скульптор, ему и звание заслуженного хотели дать, но он сам отказался, сказал, что лучше деньгами.
Послали мы эту скульптуру на специальный завод – отливать в бронзе. Открытие памятника назначили на День металлиста. А я себе снова слесарем работаю в родной бригаде.
Подходит День металлиста. В газетах про открытие памятника написали, по радио объявили, из столицы народ приехал. А памятника нет. Не отлили. Может, бронзы не хватило, может, ещё чего – нет памятника. Что делать? Вызывают меня к начальству и говорят: