- Можно всё. Но за всё нужно платить, - заулыбался эльф. Это он так тонко намекнул? Секунд десять он пытливо вглядывался в мой немигающий взгляд, поморщился, наивно вздохнул и предложил говорить мне. Я отрицательно мотнул головой. Рэйринар пожал плечами и продолжил:
- Условия просты. Ты помогаешь нам уничтожить вампиров, а мы в долгу не останемся.
- Расписку напишите? - я недоверчиво хмыкнул и на всякий случай ещё раз быстро смотрел кабинет. Вроде всё спокойно, но вот это "вроде" меня и смущало. - Я сам не знаю, где буду завтра. И буду ли жив вообще. О каком долге может идти речь, если я сейчас буду рисковать своей шкурой? Кто мне даст гарантии, что мне не свернут шею мои же вампиры? - моими я назвал тех трёх молодцов, заставивших меня серьезно поломать голову. Что мне теперь с ними делать? И что они сделают со мной, появись у них такая возможность?
Я откинулся на спинку кресла, запрокинул голову и рассеяно смотрел на потолок. Эльф, словно почувствовав моё состояние пока молчал.
- Расскажи мне о полукровках, - спустя пару долгих минут, в течение которых я слушал мерные удары своего сердца, просил я. К удивлению, получилась совсем не просьба, а наглое требование. Эльф смигнул и тут же заговорил.
- Первый подобный инцидент произошёл семь тысяч сто два года назад. Человеческая женщина понесла от эльфа. Как? Никто не знал, и мы до сих пор не смогли найти ответа. Проводились эксперименты. Но, усилия пошли даром. Более никто из женщин не смог понести. Что касается женщин эльфов, ты сам должен понимать - их слишком мало, чтобы так рисковать.
Я коротко кивнул, подтверждая свою осведомлённость об этой проблеме эльфов. Не удивительно. Срок жизни человека не превышает тридцати пяти, ну если очень сильно повезёт - сорока лет. Эльфы, как и вампиры, живут почти под тысячу. Природа сама нашла способ контролировать баланс. Только я сильно сомневаюсь, что ушастые, как впрочем, и клыкастые не пытались поставить природу на колени.
- Было множество теорий, - продолжал эльф, - но, ни одна из них не подтвердилось. Старейшины просто замяли этот вопрос, и больше о нём никто не вспоминал триста восемь лет. Второй эльф полукровка прожил всего три месяца и умер от неизвестной нам болезни. Спустя ещё полторы тысячи лет мы нашли первого полувампира.
- Что с ним стало?
- Эксперимент, - пожал плечами эльф. Я ответил угрюмым презрением. Рэйринар виновато обмяк ушами. Сдержав неопределенный хмык, я внимательно уставился на эльфа. Как же не хотелось ему говорить, но то ли я такой страшный, то ли наболело у зеленых, языком ухастые треплют качественно. Полагаю, любой вампир, спроси я у него подобное, сделал бы морду кирпичом и послал меня прогуляться до эльфийского леса, собрать урожай стрел.
- Отловить пару вампиров не составило труда, - вещал Рэйринар. - Человеческие женщины тоже особо не сопротивлялись. И тут для нас был сюрприз. Забеременели сразу две из пяти женщин.
Я навострился, даже подался в кресле вперёд. Положил локти на стол и впился в эльфа изучающим взглядом. Ушастый ничуть не смутился, только в глазах появилось какое-то непонятное выражение ужаса вперемешку с тоской.
- Обе женщины при родах погибли. После этого мы прекратили эксперименты. Мы не имеем права убивать ни в чём не повинных созданий, даже для своего блага.
Если меня спросят, что я почувствовал в этот момент, я отвечу - ничего. Может, где-то глубоко внутри колыхнулась ненависть. Вот только вылезать из своего укромного уголка моей души, она не захотела.
- Что случилось с детьми?
- Во сколько лет ты первый раз убил? - резко спросил эльф.
Я склонил голову к плечу, прищурился и столь же резко поинтересовался:
- Какое это имеет значение?
- Самое прямое.
Я с минуту смотрел в немигающие глаза эльфа, Рэйринар смотрел в мои. Не знаю, что он хотел там увидеть, но он не должен был увидеть ничего. Я умел контролировать себя. Умел, пока дело не касалось крови.
- В шестнадцатый день рождения.
- Первый раз был с женщиной?
Я хотел ответить, что это не его ума дела, встать и уйти, но почему-то остался.
- Предположим, - коронная фраза эльфа, пришлась как раз к месту.
Губы эльфа дернулись в печальной улыбке и лицо снова застыло в маске серьёзности.
- Дети росли среди нас. Их не призирали, растили как родных. Один из полукровок даже получил разрешение на близость с эльфийкой. И в ту же ночь, он её убил. Расследования не было, его просто казнили. Чтобы не было лишних вопросов, тихо устранили и второго.
- Мило, - заключил я, как только эльф замолчал. - Только, если у вампиров такая плодовитость, почему полукровок так мало?
- Почему? - надменно усмехнулся эльф. - Может быть потому, что женщины в постели вампира редко доживают до утра? Видимо, твоей матери святила Зеленая звезда.
Зелёная звезда - звезда удачи в эльфийском понимании. И она действительно зелёная. Только появляется на небосводе когда захочет сама. Я видел её трижды и то, наверное, только из-за того, что каждую ночь смотрю на небо.
Не знаю как остальным, но мне в эти дни действительно везло. Последний раз я видел её как раз, когда голым и лысым брёл по лесу. Тогда я случайно, в самой глуши леса нашёл чьё-то пустое зимовье. Там была еда, одежда почти моего размера и в течение месяца не было ни души. Я ушёл-то оттуда только потому, что меня погнала жажда…
Я мрачно уставился в столешницу, покусал изнутри щёку, старая привычка, когда я думаю, и тяжело вздохнул. Получается, что моя мать как-то, уж не знаю по своей или по чужой воле, побывала в постели предположительно короля вампиров. Уж больно наши морды схожи. А потом родился я. Ну, теперь мне становится понятно, почему моя тётка так меня ненавидела. Готов отгрызть себе руку, если мать не рассказала своей сестре о случившемся. Теперь остаётся только понять: специально ли или по случайности матери удалось выжить в объятиях кровососа. Или, учитывая, что он мой отец, так говорить о нём неприлично?
- Почему черный цветок так напугал эльфов? - внезапно, даже для самого себя, спросил я.
Рэйринар напрягся, сощурил и без того достаточно узкие глаза и смешно зашевелил ушами. Я невежливо хрюкнул, чем вызвал гневный взгляд эльфа. Пришлось быстро брать себя в руки, сделать вид, что я вовсе и не смеялся, а подавился и пытался прокашляться и с невинным видом посмотрел на мрачного эльфа.
- Так что за цветок?
- Ты, наверное, не знаком с эльфийскими пророчествами? - без энтузиазма спросил эльф. Я, молча, кивнул. Не приходилось как-то. Даже учитывая мою любовь к всякого рода сказкам. В школе этот момент тоже упустили, про сам цветок рассказали, а вот про какие-то там пророчества, как-то забыли.
- Тогда, - вздохнул Рэйринар, - я немного поясню. Как вы, вампиры, думаете…
- Я не вампир! - машинально поправил я, но эльф старательно проигнорировал это, даже не сбился со своего высокого слога, режущего мне уши.
…- черный цвет для нас обязательно должен означать смерть. Вы, вампиры, ошибаетесь! Черный не может быть плохим, так же как и день не может быть ночью!
Я недоуменно скосился на чокнутого эльфа, понёсшего какой-то бред, словно взбесившийся при моём появлении конь и мысленно покрутил пальцем у виска. У нас, у людей - это недвусмысленный жест сумасшествия. Эльфы вообще поголовно блаженные, наверное, поэтому до сих пор живы. Ну а пока я размышлял над духовным состоянием остроухого, Рэйринар продолжал вещать:
- Для нас, эльфов! - Эльфов он выделил с особой, одухотворенно интонацией. Того и гляди, сейчас взлетит, - черный цвет имеет столько оттенков, что вам, вампирам, и не снилось! Вы, скудоумны и слепы! Но, что-то я не о том…
Я согласно скривился, демонстрируя остроухому свой левый клык. Я тоже очень хорошего мнения о вампирах. Впрочем, как и об эльфах. Но всему же есть предел.
Рэйринар резко схватил со стола чашку с зеленой гадостью и долго, с жадностью, пил, грохнул опустевшую посуду донышком о стол и выдохнул. Даже некультурно вытер рот рукавом рубахи. Я задумчиво поскрёб себя за ухом, придумывая самую действенную отмазку, чтобы как можно быстрее свалить из этого царства умалишенных.
- Так что там, с чёрным цветом? - уточнил я, видя, что эльф "улетел" в какой-то свой мир, да там и остался.
- А? Что? Какой цвет? - удивленно заозирался по сторонам ушастый. Я тихо застонал, уронил голову на грудь и сильно пожалел, что этот демонов росток зацвел. Мда, мне не хватает только прихода демонов и богов для полного комплекта странностей. По-моему, в моём случае, смерть была бы спасеньем. Пойти, что ли, снова попроситься обратно на эшафот?
- Цвёток, черный, - напомнил я.
- Чёрный цветок - это символ величайшей жизни! - без всяких поэтичных описаний дней, которые не ночи, объяснения Рэйринара были куда понятнее. Я даже переспрашивать и уточнять не стал, а то эльф снова перейдёт на личности, как-нибудь некрасиво обзовёт моих наполовину сородичей вампиров и снова ударится в… пару раз головой об стенку ему бы удариться, может тогда мозги на место и встанут. Если там есть чему вставать.
Я пару минут размышлял, отрешено крутя в руке деревянный нож, криво улыбнулся, узрев маску гордости на ушастой физиономии эльфа, и кивнул.
- Я буду с вами работать, но при условии…