Всего за 59.9 руб. Купить полную версию
Сунув руку в поясную сумку, он вытащил… карминно-красное коралловое ожерелье! И с поклоном протянул его Ксанфии:
- Прошу принять. От чистого сердца.
- Право, не знаю, - Ксанфия растерянно посмотрел на суженого. - Не знаю, удобно ли? Ведь будут говорить… пойдут слухи…
- Слухи? - улыбнулась Марика. - А что вам до них? Это ведь подарок не вашему жениху, а вам. Ну-ка, примерьте-ка! Ну… Ах, как вам идет!
Бусы действительно пришлись Ксанфии к лицу, гармонируя со светлыми волосами и тронутой золотистым загаром кожей. Лешка притащил из опочивальни медное зеркало и восторженно причмокнул губами:
- Класс!!!
- Что-что?
- Я хотел сказать - великолепная вещь!
Гости принялись прощаться. Провожаемые хозяевами, они вышли уже за порог, когда Марика вдруг обернулась.
- А это - вам, - тихо сказа она, положив в Лешкину ладонь какой-то небольшой округлый предмет. - Талисман - на счастье. Носите его под одеждой, рядом с крестиком.
- Как скажете! - улыбнулся Алексей. - Как скажете.
Талисман… Маленький, размером чуть больше серебряной - "белой" - монетки - аспры. Керамический, с продетым в небольшое отверстие шелковым шнурком - гайтаном - и странным изображением чьей-то кудрявой головы на фоне креста.
- Это Зевс, - тихо пояснила Ксанфия. - Кудрявый Зевс… В учении Плифона он соответствует Богу-отцу. И в самом деле, его нужно носить только лишь под одеждой. Или, лучше, вообще не носить.
- Как тебе Марика?
- Странная девушка. Но она очень умна. И еще образованна - это сразу чувствуется.
- Знаешь, что, милая? - Лешка, наконец, обнял суженую и, крепко прижав к себе, прошептал. - Угадай, что я целый вечер хотел сделать?
Наутро пошел дождь, мелкий и нудный, и серые плотные тучи заволокли низкое небо. Словно вдруг остро пахнуло осенью, не золотой Константинопольской осенью, мало отличимой от лета, а осенью российской - унылой, дождливой, грязной.
Начальник секрета встретил сотрудников, радостно потирая руки:
- Ну, помните, что я говорил о награде? Указом базилевса, каждый из тех, кто участвовал в операции по обезвреживанию банды Герасима Кривой рот, получит вознаграждение в размере двадцати цехинов!
"Цехины" - тут же прикинул Лешка - так здесь, иногда называли дукаты. Двадцать золотых! А неплохо, черт побери, совсем неплохо!
- Кроме того, - вальяжно прохаживаясь из угла в угол, продолжал Филимон. - Высшее начальство приказало мне выбрать двух наиболее достойных, так сказать, лучших людей, проявивших себя в последнем деле. Видать, им будет дополнительная награда… Кого выберем?
- Я предлагаю - старшего тавуллярия Пафлагона и его напарника, - встав с лавки, громко заявил Хрисанф Злотос.
Лешка чуть слюной не поперхнулся. Ну, надо же, какое благородство! И кто б мог подумать? Хотя… В тот вечер, когда на Лешку напали дубинщики, Хрисанф бросился на выручку. И потом с ним так хорошо посидели, попили вина… Жаль, дубинщиков упустили… А, черт-то с ними.
- Все согласны? - начальник цепко обвел глазами сотрудников.
Те разом кивнули и улыбнулись, Панкратий, Иоанн, Хрисанф и все прочие…
Филимон потер руки:
- Что ж, значит их и пошлем.
- Куда пошлете? - удивленно переспросил Алексей.
- Во дворец, куда же еще?! - со смехом пояснил начальник. - В центральное ведомство, к Маврикию. Он там вас ждет… Впрочем, не только вас - от каждого секрета велено предоставить лучших. Со всех городских концов. Так что вы не одни там герои будете!
Да, героев оказалось много!
Они выстроились шеренгой, возле стены украшенной разноцветным мрамором залы. И ждали… Награды? Благодарственных слов? Ну да, чего-то в этом роде.
И слова последовали.
- Вы - лучшие люди нашего ведомства! - заложив руки за спину, напыщенно произнес Маврикий. - И вам доверена высокая честь - содействовать крестовому походу против турок! Содействовать, в первую очередь - сбором информации, ибо крестоносное воинство может остаться слепым. Вы поселитесь в тех местах, где велика власть турок, проникнете туда под видом странствующих музыкантов, мимов, купцов… И, когда будет нужно - предадите сведения крестоносцам. Опыта вам не занимать, я верю в вас, более того - в вас верит и сам базилевс. Пока запомните тайные слова к командирам крестоносного воинства, слова простые - "Белград - город мирный". Запомнить легко. А конкретные инструкции получите после. Вопросы есть?
- Когда в путь?
- Завтра, - усмехнувшись, отозвался Маврикий.
Лешку - а, впрочем, и не его одного - словно ударили камнем…
Глава 7
Осень 1443 г. Западная Болгария. Камнем по голове
Я в маске рыжей обезьяны
На праздник к вам попасть мечтал,
Когда б не камень окаянный,
Что мне на голову упал!"Король и Шут":
"Камнем по голове".
…по голове!
Да, вот именно такое было впечатление!
Не повезло, что и говорить… Хотя, с другой стороны… Опасно? Да. Но ведь и награда обещана немаленькая. На дом хватит, еще и на сад останется. Неплохо, очень неплохо… особенно - Аргипу, уж тому-то деньги нужны.
Они поселились в Златице - небольшом городке, древние стены которого, наверное, помнили еще македонцев и римлян. Вели себя осторожно - приехали под видом торговцев тканями (не сами дорогими, конечно) поселились на постоялом дворе где-то на самой окраине, и каждый день, как путние люди, ходили торговать на рыночную площадь. Точнее сказать, не ходили, а ездили - имелась и крытая двуколка-фургон и пара медлительных но надежных волов.
Заплатив за место на рынке несколько серебряных аспр, парни быстро перезнакомились со всеми своими соседями-торговцами, многие из которых, впрочем, собирались уже отъезжать - заканчивался торговый сезон. Погода портилась, холодало, все чаще шли дожди, а по берегам реки стояли по утрам серые промозглые туманы.
Вот, как сейчас…
Приехав на рынок, поставили повозку в ряд, вместе с другими, распрягли волов и, привязав их неподалеку, принялись раскладывать ткани.
- Вижу, вы еще не распродались, - тут же подошел смотритель рынка, лицо неопределенной национальности - то ли турок, то ли валах, то ли чистый болгарин - грузный, с покатыми плечами, толстяк, одетый в короткую тунику и широкие турецкие штаны-шаровары. Поверх туники был небрежно накинут теплый зимний плащ из овечьей шерсти, на груди сияла тусклым серебром означающая должность бляха. Звали смотрителя Пурим Казыл - вроде бы, имя-то было турецкое, вот только борода - рыжая, а волосы не известно какие - голову смотритель тщательно брил.
- А, господин Пурим-бей! - поклонившись, заулыбался Лешка (Аргип в это время возился с волами). - Рад видеть вас в добром здравии. Вот, - молодой человек вытащил заранее приготовленные монеты. - Прошу вас, возьмите за место.
Монет - мелких серебрях - было заметно больше, чем требовалось, и смотритель, увидев это, нацепил на обрюзгшее лицо некое подобие улыбки.
Алексей растянул рот еще шире:
- Хотелось бы спросить у вас совета, уважаемый Пурим-бей.
- Совета? - хмыкнул смотритель. - Тебе, торговец, кроме места на рынке и разрешения торговать, нужен еще и бесплатный совет?
- О, нет, не бесплатный, уважаемый Пурим-бей, отнюдь!
- Да ты ушлый парень, как я погляжу!
Не особо стесняясь, смотритель протянул ладонь… в которую тут же упал золотой цехин.
Пурим-бей заметно, прямо на глазах, подобрел, заулыбался во всю ширь толстогубого рта, уж такой стал душа-человек, что, кажется, лучше людей и не бывает вовсе!
- Ну, говори, что ты хочешь узнать, торговец?
- Дорогу на перевал, - молодой человек скромно потупил глаза. - Видите ли, мы из Адрианополя… Эдирне по-турецки, а на пути - горы. Успеем ли? Пройдем ли?
Смотритель неожиданно захохотал, колыхаясь всей своей неподъемной тушей:
- Ну, ты и спросил, торговец, прямо уморил! Успеют они… Да куда ж ты теперь успеешь? Эвон, и товар у тебя еще не распродан. Что так поздно явились?
- Да вот, поначалу пытались расторговаться у себя. Неудачно - уж больно много конкурентов. Потом вот кто-то надоумил - а езжайте вы в Румелию, у ж там точно на ваш товар будет спрос. Так ведь и верно! - Лешка зябко хлопнул в ладоши. - Еще только вторую неделю здесь - а уже сколько продали! Нам еще бы месяц…
- Через месяц вы точно никуда не уедете - не перейдете перевалом. Зима, одно слово, - смотритель столь же зябко поежился и Лешка уже хотел было предложить ему вина, но побоялся - кто знает, вдруг Пурим-бей - мусульманин, а у них пить вино - большой грех.
- Ох, и погодка, - нахмурил брови смотритель. - То дожди, то туманы… Промозгло. Так и заболеть недолго… без хорошего лекарства-то!
- Так может, зайдем в повозку? - Алексей сразу же понял намек. - Там и полечимся - а то и я что-то не очень хорошо себя чувствую.
Озадаченно почесав затылок, Пурим-бей осмотрелся - редковато сегодня было на площади, прямо сказать - почти пусто. Большинство торговцев уже уехали, а кто еще оставался - сиротливо жались по углам, распродавая остатки товара. Местных же сегодня и вообще почти не было, что и сказать - начало недели, не базарный день.
- Прошу, уважаемый господин Пурим-бей, - галантно поклоняясь, Лешка сделал приглашающий жест и, повернувшись, громко позвал напарника:
- Последи за товаром. Аргип!
Сам же, радушно улыбаясь, сопроводил смотрителя к задней части повозки, где оба и уселись, свесив ноги. Лешка с улыбкой достал кувшин и кружки:
- Не откажите, господин Пурим! Верно, это хорошее лекарство.