- Может, откушаете супу брачного согласия? - предложила хозяйка.
- Только послаще.
Ван подала чашку супа, и Симэнь Цин просидел у нее допоздна.
- Подсчитай, мамаша. Завтра расплачусь.
- Как вам будет угодно. Спокойной ночи, сударь. Завтра приходите и обо всем потолкуем.
Симэнь, улыбаясь, направился домой. Он не мог ни есть, ни спать. Все его мысли были поглощены красавицей Цзиньлянь, но о том вечере говорить больше не будем.
На следующий день рано утром старуха открывала чайную. Только она выглянула на улицу, Симэнь Цин был тут как тут и сразу завернул к хозяйке. "А метла чисто метет, - подумала старуха. - Прилепила-таки ему на нос сахару - слизнуть не может. Ничего, он весь уезд обирает, вот и ко мне в руки попался. Пусть-ка поделится, а уж я сдеру с него не одну связочку монет".
Надобно сказать, что старуха Ван не отличалась порядочностью. Многие годы не знала она покоя: и свахой была, и посредницей, и перепродажей занималась. Принимала младенцев, помогала при родах, слыла мастерицей разыгрывать злые шутки и устраивать кое-что еще, о чем и не скажешь. Казалась она простоватой и даже глуповатой, но попробуй распознай подноготную этой старухи.
Только поглядите:
Слово скажет - обманет Лу Цзя, рот откроет - померкнет Суй Хэ. Красноречьем Шесть царств. помирит, склонит к дружбе три области Ци Одинокого феникса соединит в мгновение с подругой. Девицу с бобылем сумеет сочетать при первой же встрече. Теремную затворницу принудит очаровать святого. Заставит отрока, послушника при Нефритовом государе, поманить и заключить в объятья прислужницу самой богини Сиванму. Немного хитрости подпустит - и архат, прильнет к монашке молодой. Чуть-чуть смекалки ей довольно, чтобы Ли, небесный царь мать демонов. обнял. От ее речей медоточивых смутится сам Фэншэ Пред словом вкрадчивым ее не устоит фея Магу. Ей стоит только извернуться - и дева непорочная будет любовною тоскою сражена. Ей стоит только изловчиться - и заведет себе любовника лунная Чанъэ.
Да, этой старухе не привыкать устраивать любовные дела и скандалить у казенных домов.
Ван открыла свое заведение и принялась суетиться у чайного котла. Тут она заметила Симэнь Цина. Он опять сновал взад и вперед, а потом откинул бамбуковую занавеску, вошел в чайную и уставил неподвижный взгляд на дом У Чжи. Хозяйка же знай себе мешала угли и не выходила к посетителю, притворившись, будто его не замечает.
- Мамаша, две чашки чаю, - крикнул Симэнь.
- А, это вы пожаловали, сударь, - протянула старуха. - Давненько вас не видала. Присаживайтесь, прошу вас.
Вскоре хозяйка вынесла две чашки крепкого чаю и поставила на стол.
- Выпейте со мной чайку, мамаша, - предложил Симэнь.
- К чему же это мне с вами пить, сударь? Ведь я даже тени вашей зазнобы не напоминаю, - захихикала старуха.
Симэнь рассмеялся.
- А чем, скажи мне, торгуют твои соседи? - спросил он.
- Продают поджаренные пампушки, вяленое мясо удава, мясные пельмени, фаршированные клецками; начиненные лапшей и устрицами пирожки, остро наперченные сласти и крутой кипяток.
- Ах ты, сумасбродная старуха! - засмеялся Симэнь. - Одни глупости у тебя на уме.
- Почему же глупости? Каждый по-своему с ума сходит.
- Я тебе серьезно говорю. Если они в самом деле хорошо пекут, я взял бы у них полсотни лепешек.
- Купить желаете - обождите. Скоро придет хозяин. Зачем же вам самому-то к ним ходить?
- Ты права, мамаша.
Симэнь Цин выпил чаю, посидел немного и вышел.
Старуха долго еще суетилась у котла, но глаз не спускала с Симэня. А тот все прохаживался у чайной. То на восток посмотрит, то на запад обернется. Так он прошелся туда и обратно несколько раз и опять очутился у чайной.
- А, господин Старший! Давненько не заглядывали! Можно с удачей поздравить?
Симэнь Цин рассмеялся, достал лян серебра и протянул хозяйке.
- Возьми! Это тебе на чай. - К чему ж так много? - Бери, не стесняйся.
"Наконец-то он мне попался! - подумала старуха и взяла серебро.
- Он мне еще за пристанище выложит!" И она обратилась к гостю: - Вижу, жажда вам покоя не дает. Может, чайку выпьете? Авось и пройдет.
- А ты откуда знаешь, мамаша?
- Да неужто трудно догадаться? Исстари говорят: войдя в дом, не спрашивай о житье-бытье, а загляни хозяину в глаза, и сам все поймешь. Сколько мне на своем веку приходилось отгадывать и не таких загадок!
- У меня дело сердечное, - продолжал Симэнь. - Догадаетесь, пять лянов поднесу.
- Не нужно семи пядей во лбу - дело тут ясное. Нагнитесь-ка, сударь. Что я вам на ушко скажу. Моя соседушка вам покоя не дает. Ведь верно говорю?
- Ты, мамаша, и точно умом посоперничаешь с Суй Хэ, смекалкой превзойдешь Лу Цзя. Откровенно говоря, я и сам не знаю, что со мной. Как угодил тогда в меня этот шест, как взглянул на нее, так она у меня будто и сердце, и душу отняла. Днем и ночью предо мной стоит. Ни пить, ни есть не могу. Ко всему охота пропала. Не поможешь ли как-нибудь, мамаша?
- Сказать вам всю правду, сударь, - Ван захихикала. - Я так же чаем торгую, как черт стражу отбивает. Чтобы не соврать, когда ж я в последний раз от чаю выручила? Да года три назад в десятой луне третьего дня, когда снег выпал. И вот до сих пор не везет. Только то да се - тем и кормишься.
- Что это значит - то да се? - поинтересовался Симэнь.
- Тридцати шести лет я осталась без мужа. Жить нам с малолетним сыном было нечем. Сперва сватала, потом вещи перепродавала. И роженицам помогала, и повивальной бабкой по домам ходила. При случае любовников свожу, тайные свидания устраиваю. Прижиганием и иглами болящих пользую. Случалось, и приворовывала…
- Вот не знал! - недослушав старуху, Симэнь, улыбнулся. - А ты, оказывается, на все руки! Устрой мне свиданье с этой пташкой, дам десять лянов на гроб.
Старая Ван расхохоталась.
О том же говорят и стихи:
Снедает Симэня-бездельника похоть,
Ему по красотке вздыхать бы да охать,
Однако везет ему… Ловкая сводня
С Сян-ваном бы Фею свела и сегодня.
Если хотите узнать, что за план придумала старуха и что случилось потом, приходите в другой раз.