Цари, творящие добро, достигнут процветания, |
А те, что губят подданных, идут дорогой гибели". (183)
Услышав эту речь, Мандамати ответил: "Да! Вы сказали хорошо. Я останусь здесь, но если ко мне не будут присылать по одному животному, то без сомнения я съем всех вас". Тогда они согласились с ним и, наслаждаясь покоем, стали без страха бродить в том лесу. И ежедневно в середине дня из каждого рода по очереди в пищу ему посылали кого-нибудь одного, достигшего старости, утомленного жизнью, охваченного печалью или боящегося смерти детеныша или жены.
Так чередовался род за родом, и вот как-то пришла очередь зайца. И когда все стаи зверей указали ему на это, он подумал: "Как погубить этого злого льва? Да ведь:
Что трудно для разумного?
Кого не победит решимость твердая? |
Кто не покорен сладкой речи?
Чего нельзя усердием достичь? (184) ār
Так я погублю льва". И медленно-медленно он пустился в путь, оттягивая время и с тревогой в сердце обдумывая способ погубить льва. И в конце дня он направился к нему. А лев, у которого за прошедшее время исхудала от голода шея, полный гнева, подумал, облизывая уголки рта: "Да! Утром мне надо будет перебить всех зверей". Пока он так думал, заяц медленно-медленно подошел к нему, поклонился и стал перед ним. И видя, как поздно тот пришел и каким он оказался маленьким, пылающий гневом лев грозно сказал: "Эй, ничтожный! Будучи маленьким, ты пришел один и к тому же с опозданием. За это, убив тебя, я уничтожу утром все породы зверей". Тогда склонившийся заяц почтительно ответил: "Господин, ни я, ни другие звери не виноваты в этом. Выслушай, какова причина". Лев сказал: "Скорей же рассказывай, пока не очутился между моими клыками". Заяц рассказал: "Господин, сегодня все звери, видя, что в чередовании родов настал мой черед, послали вместе со мной еще пять зайцев, потому что я оказался очень маленьким. Когда мы были в пути, из большой ямы в земле вылез лев и сказал: "Куда вы идете? Вспомните вашего бога-хранителя". Тогда я ответил: "Согласно договору мы посланы в пищу нашему господину льву Мандамати". Он сказал: "Если так, то знайте, что этот лес принадлежит мне. Поэтому согласно договору все звери должны иметь дело со мной. Этот Мандамати похож на вора. Поэтому позови его и скорее возвращайся. Кто из нас окажется царем по своей силе, тот и съест всех этих зверей". Тогда, получив от него приказание, я пошел к господину. По этой причине я и опоздал. Теперь пусть решает господин". Услышав это, Мандамати ответил: "Дорогой, если так, то скорей покажи мне этого мошенника-льва. Тогда я вымещу на нем свой гнев на зверей и успокоюсь. Сказано ведь:
Земля, друзья и золото - вот три плода сражения. |
Коль нет ни одного из них, не надо начинать войны. (185)Где нет награды стоющей, где суждены лишь бедствия, |
Не вступит там в сражение благоразумный человек". (186)
Заяц сказал: "Господин, ты прав. Ведь воины вступают в бой за свою землю, когда их оскорбляют. Однако он живет в крепости. Ведь и послал он меня, выйдя из нее. Трудно одолеть врага, укрывающегося в крепости. Сказано ведь:
Ни с тысячей больших слонов, ни с сотней тысяч лошадей |
Не сможет царь достичь того, чего достигнет с крепостью. (187)Стрелок, стоящий на стене, сильнее сотни воинов. |
Наука поведенья нам рекомендует крепости. (188)Послушавшись наставника, руками Вишвакармана |
Сам Шакра крепость основал, боясь Хираньякашипу. (189)И пожелал он вслед за тем: "Царь, крепостью владеющий, |
Да победит!" Поэтому повсюду крепости стоят". (190)
Услышав это, Мандамати сказал: "Дорогой, даже если он находится в крепости, покажи мне этого вора, чтобы я его погубил. Сказано ведь:
Борись с болезнью и с врагом, как только обнаружишь их. |
Ведь коль усилятся они, тебя сумеют погубить. (191)
А также:
Кто силу сознает свою и хочет славу приобресть, |
Один всех перебьет врагов, как Бхаргава воителей". (192)
Заяц сказал: "Это так. Но все же он показался мне сильным. Не следует идти господину, не зная его сил. Сказано ведь:
Кто сил не знает собственных и сил своих противников, |
Тот гибнет в столкновении, как гибнет мотылек в огне. (193)
А также:
Ведь если слабый в бой пойдет, чтоб сильного врага убить, |
Бесславно возвратится он, как слон, чьи сломаны клыки". (194)
Мандамати сказал: "Какое тебе до этого дело! Покажи мне его, даже если он находится в крепости". Заяц ответил: "Если так, пусть господии идет". Сказав это, он пошел вперед и, достигнув колодца, обратился ко льву: "Господин, кто же может вынести твой блеск? Ведь даже издали завидя тебя, этот вор забрался в крепость. Подойди же, чтоб я показал тебе его". Услышав это, Мандамати сказал: "Дорогой, покажи скорее". И тот показал ему этот колодец. А лев, совсем лишенный разума, увидев в воде свое отражение, издал рев. Тогда благодаря эху из колодца послышался рев вдвое громче прежнего. Услышав этот рев и подумав: "Он очень силен", лев бросился вниз и лишился жизни. А довольный заяц обрадовал всех зверей и, прославляемый ими, счаетливо зажил в том лесу.
* * *
Поэтому я и говорю: "Разумен кто, тот и силен...". Каратака сказал: "Это вроде сказки о вороне и плоде пальмы. Хоть заяц и достиг успеха, все же человек, лишенный могущества, не должен обманывать великих". Даманака сказал: "И могучий и немощный - всякий должен быть решительным в своих усилиях. Сказано ведь:
Кто был решительным, того ожидает счастье.
"Судьба, судьба!" - так говорят ведь одни лишь трусы. |
Судьбу себе ты подчини и смелее действуй,
А коль удача не придет, - где ж проступок в этом? (195) vasa
К тому же сами боги сопутствуют тому, кто всегда предприимчив. Сказано ведь:
К исполненным решимости сам бог идет в союзники. |
Так Вишну, диск и Гарутман ткачу в сраженьи помогли. (196)
И кроме того:
Сам Брахма разобрать не смог обмана, ловко скрытого. |
Принявший облик Вишну ткач царевной наслаждается". (197)
Каратака спросил: "Как же это благодаря уверенно и ловко проведенному обману был достигнут успех в предприятии?" Тот рассказал:
Рассказ восьмой
"Есть в стране гаудов город под названием Пундхравардхана. Жили там два друга, ткач и тележник, каждый из которых достиг совершенства в своем ремесле. Они без конца тратили заработанные ими деньги, носили мягкие, пестрые и чрезвычайно ценные одежды, украшались цветами и бетелем и благоухали ароматом камфары, алоэ и мускуса. Проработав три четверти дня, они в последнюю четверть обычно украшали тело и гуляли вдвоем по площадям, храмам и другим местам. Обойдя различные зрелища, собрания, посетив праздники по случаю рождений и другие людские сборища, они возвращались в сумерки к себе домой. Так проходило у них время. И как-то в один большой праздник все городские жители, нарядившись кто как мог, стали бродить вокруг храмов и других мест. И вот наряженные ткач и тележник, глядя на разукрашенные лица собравшихся повсюду людей, увидели дочь царя, сидевшую на большом балконе верхнего этажа дворца и окруженную подругами. Область сердца ее была украшена парой упругих и выдающихся вперед грудей, цветущих первой молодостью. Ее округлые ягодицы отличались пышностью, и талия ее была стройна. Волосы ее, темные, как грозовая туча, были мягкие, умащенные и волнистые. Золотые украшения, покачивающиеся в ее ушах, соперничали со сладостными качелями бога любви. Лицо ее было прекрасно, как недавно распустившийся нежный цветок лотоса, и, подобно сну, она овладевала глазами, всех людей.
И видя эту несравненную красоту, ткач, со всех сторон пораженный в сердце пятью стрелами Манасиджи, скрыл, сохранив присутствие духа, свое состояние и кое-как добрался до дому, всюду видя перед собой царскую дочь. Испуская длительные и горячие вздохи, он упал на непокрытую постель и остался на ней. Представляя царевну такой, какой она явилась, ему, и думая о ней, он, находясь в таком состоянии, прочел стихи:
"Где красота живет, там - добродетель".
Увы! Нет правды в этом изреченье. |
Ведь красота ее вошла мне в сердце,
А тело все горит в разлуке с нею. (198) upa
И также:
Одно любовью сожженно, другое унесла она, |
В сознанье третье держится. Так сколько ж у меня сердец? (199)
И также:
Всегда достоинства должны всем людям счастье приносить. |
За что ж газелеокая меня сжигает красотой? (200)
Ведь каждый - нет сомненья в этом -
Всегда стремится охранять свое жилище. |
А ты в мое вселилась сердце
И безрассудно сжечь его желаешь. (201) ār