Еще три месяца назад знал, что дедко берлогу искать будет, а молчал.
- А что бы ты сделал, если бы я раньше сказал? - Валерка впервые за весь разговор поднял на Андрюшку глаза.
- Не знаю. Но теперь это все равно - пустой разговор.
В самом деле, что бы он, Андрюшка, сделал, если бы узнал раньше о готовящейся охоте? Лицензия у охотников, конечно, есть, охота на берлоге разрешена - все законно! Попробовал бы уговорить дедку Макара не искать берлогу? Но вряд ли из этого что-либо получилось бы: старику, наверное, самому интересно. Да и кто откажется от полутораста рублей?..
Борька, уже одетый, стоял у раздевалки. Андрюшка попросил его обождать еще немного и отправился в библиотеку. Валерка понял, что разговора не получится, оделся и вышел на улицу. На душе было тоскливо и пусто: он надеялся заинтересовать Андрюшку приездом охотников и - кто знает? - может, это было бы первым шагом к примирению. Но слабая надежда разбилась о равнодушие, с которым встретил Андрюшка Валеркино сообщение.
Однако в действительности дело обстояло иначе. Приезд охотников встревожил Андрюшку и Борьку, и они сразу, как только возвратились из школы, пошли к деду Макару. Старик оказался дома. Он сидел на печи, свесив сухие, бледные ноги, и курил цигарку.
- Чего скажете? - не особо приветливо спросил дед.
- Да вот узнать пришли, - смущенно начал Андрюшка. - Говорят, вы в лес ездили. С охотниками...
- Да пропади они пропадом, эти охотники! - неожиданно выкрикнул старик. - Леший пособил мне связаться с ними в недобрый час!.. Думал, правду настоящие. Бумажку - лицензию эту - показали, на деньги ихние, думали, позарюсь. Да мне тьфу те деньги!.. - Он в сердцах сплюнул на пол и бросил окурок в таз под умывальником.
Андрюшка и Борька переглянулись.
- Вы не расстраивайтесь, дедушка! - сказал Андрюшка. - Расскажите, чего получилось-то?
- Срамота одна получилась, вот что! - Глаза Макара горели возмущением, борода его тряслась. - Дорвались до берлоги, так сами хуже зверья... Медведиха лежала в берлоге-то. С медвежонками. Малый-то и выскочил первым. Я им кричу: погодите, не стреляйте! Да где там!.. Они как подняли пальбу - господи, будто война началась!
Кровь ударила Андрюшке в лицо, во рту пересохло.
- Зачем же вы им берлогу-то показали?!
- Откуда ж я знал, кто там лежит, медведь или медведиха? Да хоть бы и медведиха - бейте, коли документ есть. А медвежонков-то пошто? Переспали бы они зиму и пусть бы росли на здоровье!
- По закону нельзя медведицу стрелять, если у нее маленькие медвежата! - сказал Андрюшка. - Вы-то должны это знать.
Старик недоверчиво уставился на ребят:
- Такого закону не было. Ежели теперь так, а раньше не было.
- Мало ли, чего раньше! А теперь есть, - упрямо повторил Андрюшка. Мы точно знаем. Охотники-то где, уехали?
- Никуда не уехали. Я их в лесу оставил и лошадь пригнал на конюшню. Раз, говорю, совести у вас нету, вывозите как хотите! - Дед помолчал, потом тряхнул головой, будто отгоняя какую-то навязчивую мысль, и снова заговорил с жаром и болью: - Да хоть бы стрелять-то умели, чтобы зверя-то не мучить! Медвежонки на брюхе ползают, ревут, будто ребенки, кровища из них хлещет, подбитая медведиха землю когтями дерет и тоже ревет благим матом, а они палят, они палят!.. У меня от такого разбою в глазах помутилось.
Андрюшка схватил Борьку за рукав и, не дослушав старика, бросился вон из избы.
- Не-ет! Это им так не пройдет! - шептал он дрожащими губами. Бежим, Борька!..
- Куда... Бежать-то?
- В сельсовет! К участковому!.. Я и сам не знаю куда, но что-то надо делать!
31
Охотников нимало не встревожил уход разгневанного старика: они были уверены, что этот чокнутый дед ушел к лошади, которая была оставлена на поляне перед болотом.