Всего за 300 руб. Купить полную версию
Когда процесс старения завершается, мы переживаем обычную смерть. Обыкновенно именно её люди имеют в виду, когда говорят о смерти. Однако обычная смерть – лишь дверь к новой жизни. Раз за разом мы умираем и раз за разом рождаемся вновь. Полный цикл мгновенных смертей и рождений, ведущий к обычной смерти, это одна жизнь. Следующий такой цикл будет другой жизнью. Этот принцип бесконечного повторения заставляет нас неимоверно страдать. Цель буддийской практики – остановить этот цикл раз и навсегда.
Такая остановка называется вечной смертью. Как мгновенная, так и обычная смерть временны. Обе они открывают пространство и время для нового рождения. Нам вновь приходится проходить через страдания: потерю родственников и друзей, старение и встречу со смертью. Однако с наступлением вечной смерти наши страдания отмирают навсегда. Нам не нужно вновь мучиться в очередном цикле смертей и рождений. Каждая смерть – своего рода прекращение, но вечная смерть – это прекращение без последующих рождений – можно сказать, что это прекращение, не допускающее нового возникновения. Это прекращение – ниббана, освобождение, свобода от страдания. Ниббана – это покой.
Мой околосмертный опыт
Каждую ночь, ложась в постель, я думаю: "Возможно, сегодня ночью я умру во сне". Эта мысль совершенно меня не беспокоит, поскольку я посвятил свой день Дхамме. Я буду рад умереть с чувством удовлетворения от хорошей работы, проделанной за день. Кроме того, несколько раз я оказывался на волосок от смерти. Этот опыт показал мне, что такое смерть и как она происходит. Это знание помогло мне преодолеть страх смерти.
В молодости я несколько раз чуть не утонул. Когда я учился в начальной школе, на пути от дома в школу нам с братом приходилось перебираться через небольшую речушку. Ни он, ни я не умели плавать. Моя мать ужасно боялась, что мы утонем. Каждый день, услышав школьный звонок, она выходила на порог нашего дома и стояла там, дожидаясь нас. Она знала, как нас манила эта река и как нам с братом хотелось бросить книги, скинуть саронги и прыгнуть в прохладную воду.
Иногда мы так и делали. Моя мать, неустанно следившая за нами, кричала на нас, что было сил, и мы с неохотой вылезали. И всё же однажды мы остались без присмотра. Мать не увидела, как мы прыгнули в воду. Я тут же попал в небольшую воронку в месте, где поток уходил под бамбуковый помост. Я изо всех сил барахтался, чтобы остаться на поверхности, но водоворот тянул меня вниз с чудовищной силой. Моему брату кое-как удалось меня вытащить.
Когда я немного подрос, другой брат спас меня, когда я тонул в ирригационном канале, разлившемся во время сезона дождей до размеров небольшой реки. Мы ничего не рассказали родителям, боясь того, что может последовать за таким рассказом. Однако в самой серьёзной опасности в связи с утоплением я оказался в 1945 году, когда мне было почти восемнадцать.
Я ждал поезда, который должен был отвезти меня в школу для молодых монахов. Один молодой монах – восьми или девяти лет – позвал меня искупаться в реке рядом со станцией. Я знал, что не умею плавать, но как можно было отказать этому маленькому послушнику? Он затянул своё одеяние и прыгнул в реку. Переплыв через реку, он увидел, что я всё ещё стою на берегу. "Прыгай", – закричал он. Подавив своё смущение, я затянул своё одеяние и прыгнул. Я тут же осознал, что это было большой ошибкой. Несколько мгновений я боролся, а затем опустился на грязное дно и наглотался мутной воды.
Увидев, что я не умею плавать, молодой монах поплыл обратно и попытался удержать мою голову над водой. Но он был слишком мал, чтобы вытащить меня. Я запаниковал и схватился за его одеяние. Раздетый, он выплыл на мелководье, и начал звать на помощь. Какой-то человек прыгнул в реку прямо из окна ресторана! Молодой монах прокричал, что, возможно, я уже мёртв, но указал на то место, где видел меня в последний раз.
За это время я трижды опускался на дно. Последний раз, когда я поднялся на поверхность, я увидел весь мир как красный шар. Помню, как последний раз опустившись на дно, я присел на корточки на дне реки. Внезапно, я увидел, что надо мной склонился человек. "Что он делает? Я же просто плавал", – подумал я. Когда я открыл глаза, он уже перестал делать мне искусственное дыхание, улыбнулся и отодвинулся в сторону. Тогда я увидел, что вокруг меня столпились сотни людей, собравшиеся понаблюдать за моим подводным приключением.
Хотя я побывал во всех частях света и много раз пересекал океан, я до сих пор испытываю дискомфорт, приближаясь к водоёмам! Однако этот опыт и несколько других встреч со смертью, случившихся позже, научили меня не бояться. Я сделал всё, что мог, чтобы жить согласно принципам, которым учил Будда, и просто говорю себе: "В своей жизни я сделал всё, что мог".
Каждый день, занимаясь медитацией внимательности, я размышляю о непостоянстве всех вещей. Эта мысль даёт мне ощущение глубокого покоя. Мне кажется, что именно так всем нам следует умирать: со знанием того, что всё, включая нас самих, постоянно меняется, исчезает, умирает.
Подготовка к смерти
В ходе ежедневной медитации, в рамках практики внимательности к телу, нам следует размышлять о смерти. Размышление о неизбежности смерти – хороший способ подготовиться к спокойной смерти и благоприятному перерождению. Мы напоминаем себе, что жизнь коротка, что смерть неизбежна и что мы не можем предугадать, когда закончится эта жизнь. Такие размышления побуждают нас проявлять щедрость и любящую доброту, усиливают нашу преданность практике и порождают чувство безотлагательности духовной жизни.
Медитируя на смерти, мы говорим себе такие слова:
Возможно, завтра я умру. Все, кто жил в прошлом, мертвы, все, кто живёт сейчас, умирают, и все, кто родится в будущем, тоже умрут – все без исключений. Нет никакой уверенности, что я доживу до окончания такого-то проекта или до такой-то даты. Пока я не умер, я должен справиться со своей алчностью, разочарованием, гневом, страхом, ревностью, беспокойством, тревогой, сонливостью, заносчивостью, лживостью, желанием заработать репутацию нечестными способами и прочими состояниями ума, основанными на заблуждении.
Будде удалось преодолеть все эти препятствия. Но даже Будда, достигший просветления, в конце концов сдался смерти. Лишь глубокое понимание этой мысли и ежедневное обращение к ней придаст мне смелости перед лицом смерти.
В ходе медитации мы также можем размышлять над следующими афоризмами Будды:
"Смерть всегда идёт рука об руку с рождением".
"Все люди, достигшие великих успехов в этом мире, умерли, и я непременно умру, подобно им".
"Я, умирающий миг за мигом, могу умереть в мгновение ока".
"Жизнь смертных не отмерена – невозможно заранее знать, сколько она продлится".
"Подобно тому, как спелые фрукты обречены упасть на землю, а изготовленные гончаром глиняные кувшины рано или поздно разобьются, жизнь смертных рано или поздно закончится".
"Жизнь не останавливается ни на миг, всегда идёт вперёд, спеша к своему завершению, подобно тому, как восходящее солнце движется к закату".
Размышления на кладбище
Другой важный аспект подготовки к смерти – это развитие реалистического взгляда на вещи. Традиционные ритуалы почитания умерших часто основаны на страхе и суеверии или привязанности к усопшему. Суеверия – это психологические и эмоциональные каналы, через которые изливаются наши воспоминания об умерших близких. Поклонение предкам в том виде, в котором оно распространено во многих культурах, возникло в результате привязанности. Кроме того, можно испытывать привязанность к собственному умершему телу. Некоторые люди говорят: "Я не против умереть, но боюсь быть похороненным или кремированным". В силу этого страха люди оставляют подробные указания относительно того, что следует сделать с их телом после смерти.
Однако сильная привязанность и суеверия мешают нам развивать внимательность к смерти и непостоянству. Некоторые люди говорят мне, что находят внимательность к смерти очень неприятной и хотели бы пропустить эту часть медитации. Они не хотят думать о том, как черви поедают разлагающиеся тела их близких. Однако в традиции тхеравады считается, что после того, как чувства, огонь и сознание покинули мёртвое тело, оно уподобляется бревну. Если посмотреть с практической точки зрения, оно хуже бревна. Бревно можно хотя бы использовать в качестве топлива! После того как жизненная сила покинет тело, оно будет полезно лишь студентам-медикам, которые могут препарировать его, чтобы расширить свои знания об устройстве и недугах человеческого организма.
Возможно, одна из причин страхов и суеверий в том, что в наши дни мало кому доводится увидеть мёртвое тело. Даже если людям представляется такая возможность, они ей не пользуются. Они дают указания сотрудникам похоронных бюро, которые должны что-то сделать с телами их близких. Они говорят: "Я не хочу видеть тела моей матери или отца. Я хочу помнить своих близких такими, какими они когда-то были: живыми и в добром здравии". Они лишь оплачивают счета гробовщиков. Это тоже своего рода суеверие.
Вообще-то во времена Будды люди заворачивали трупы в белую ткань и складывали их в особом месте на открытом воздухе, чтобы их могли съесть животные. Они хотели, чтобы даже их мёртвые тела приносили пользу живым существам. Монахам следовало посещать такие места и собирать саваны, в которые завёрнуты трупы. Одеяния самого Будды были сшиты из саванов, собранных на кладбище. Кроме того, Будда велел монахам, полностью развившим внимательность к телу, использовать труп в качестве объекта медитации. Эта практика называется кладбищенской медитацией и является самым эффективным способом преодоления суеверий, связанных со смертью.