Всего за 189.9 руб. Купить полную версию
Выбрав третью фразу из соответствующего раздела, Джордж поинтересовался у извозчика, какое вознаграждение тот сочтет для себя приемлемым.
Столь неуместный для нашей возвышенной беседы вопрос оскорбил извозчика в лучших чувствах, и он сказал, что никогда не требует денег с господ иностранцев, от нас он готов принять какой-нибудь памятный подарок - скажем, булавку с бриллиантом, золотую табакерку или какую-нибудь другую безделушку.
Так как стала собираться толпа, да и наша шутка, похоже, зашла слишком далеко, мы поспешили залезть в коляску и тронулись под улюлюканье зевак. Через некоторое время мы попросили извозчика остановиться рядом с театром "Эстли" - у обувного магазина, одной из тех затоваренных лавчонок, которые, стоит им открыться, тут же извергают свой обильный товар наружу. Коробки с обувью были свалены на мостовой и в ближайшей канаве. Ботинки пышными гроздьями свисали с окон и дверей. Ставни, словно виноградной лозой, увиты были связками черных и коричневых сапог. Также и внутри магазин был буквально завален обувью. Хозяин, когда мы вошли, был занят тем, что с помощью молотка и стамески открывал ящик с новой партией товара.
Джордж приподнял шляпу и сказал:
- Доброе утро.
Хозяин даже не обернулся. С первого же взгляда он показался мне человеком довольно неприветливым. Он что-то пробормотал себе под нос - это могло быть "доброе утро", а могло и не быть - и занялся своим делом.
- Ваш магазин порекомендовал мне мой друг м-р X., - продолжал Джордж.
На это хозяин, если следовать разговорнику, должен был бы ответить:
"М-р X. - достойнейший джентльмен, всегда рад буду оказать услугу его друзьям".
Однако вместо этого он сказал:
- Не знаю такого. Понятия не имею.
Ответ обескураживал. В разговорнике приводились три или четыре способа приобретения обуви Джордж, тщательно все взвесив, остановился на варианте с "м-ром X." "как наиболее изысканном". Вы некоторое время разговариваете с продавцом об этом "м-ре X", а затем, когда между вами устанавливается полное взаимопонимание, вы непосредственно переходите к основной цели вашего визита, намерению приобрести пару туфель, "недорогих, но хороших". Этот же хмурый, недовольный жизнью человек определенно ничего не понимал в тонкостях этикета и розничной торговли. С таким деликатничать бессмысленно, надо сразу переходить к делу. Поэтому Джордж отказался от варианта с "м-ром X." и, перевернув страницу, наугад зачитал первую попавшуюся фразу. Выбор был не самый удачный: хозяин любого обувного магазина принял бы вас за слабоумного. В данном же случае, когда обувь буквально обступила вас со всех сторон, фраза эта вообще была лишена всякого смысла:
- Мне довелось слышать, что вы торгуете ботинками.
Тут хозяин отложил молоток и стамеску, исподлобья посмотрел на нас и заговорил не спеша, низким, хриплым голосом:
- А для чего я, по-вашему, держу здесь обувь - для запаха?
Такие люди всегда начинают спокойно, но затем все больше и больше распаляются, гнев их увеличивается, как на дрожжах.
- Что я, по-вашему, - продолжал он, - обувь, что ли, коллекционирую? Зачем я, спрашивается, держу магазин - для здоровья? Вы что думаете, я так люблю ботинки, что ни за что не расстанусь ни с одной парой? Для чего я их, думаете, развесил - любоваться? Их что здесь - мало? Вы где находитесь - на международной выставке обуви, что ли? Здесь что, спрашивается, - музей обуви? Вы когда-нибудь слыхали, чтобы человек держал обувной магазин, а обувью не торговал? Зачем я их здесь, по-вашему, держу - для красоты? Вы за кого меня принимаете - за круглого идиота, что ли?!
Я всегда говорил, что пользы от этих разговорников никакой. Сейчас же нам был просто необходим английский перевод расхожего немецкого выражения "Behalten Sie Jhr Haar auf".
Ничего подобного в этой книжке не было. Однако я отдаю должное находчивости Джорджа: он отыскал фразу в сложившейся ситуации просто незаменимую:
"Что ж, зайду к вам в другой раз, когда выбор побогаче будет. Счастливо оставаться!"
С этими словами мы сели в кеб и уехали, а хозяин, стоя в дверях среди коробок с обувью, что-то кричал нам вслед. Что он кричал, я не уловил, но прохожие слушали его с неподдельным интересом.
Джордж хотел остановиться у другого обувного магазина и повторить эксперимент; он уверял, что ему и впрямь надо купить пару домашних туфель. Но нам удалось уговорить его отложить покупку до приезда в какой-нибудь заморский город, где торговцы либо уже привыкли к подобным речам, либо более дружелюбны от природы. Но на покупке шляпы он настоял, заявив, что без нее путешествие будет ему не в радость. В результате пришлось остановиться у маленького магазинчика на Блэйкфрайерс-роуд.
Хозяином магазинчика оказался приветливый коротышка. Был он слегка навеселе, и, в отличие от продавца обуви, необычайно любезен и предупредителен.
Когда Джордж, раскрыв разговорник, спросил: "Есть ли у вас в продаже головные уборы?", коротышка не только не рассердился, но стал в задумчивости скрести подбородок.
- Головные уборы, говорите? - переспросил он. - Дайте-ка подумать. Ага, - и приятная улыбка засияла на его добродушном лице, - можно поискать, авось что-нибудь и найдется. Но скажите, почему это вас так интересует?
Джордж объяснил, что хочет купить кепку, дорожную кепку, но вся загвоздка в том, что кепка нужна хорошая.
Хозяин огорчился.
- Эх, - сказал он, - боюсь, ничего не выйдет. Вот если бы вам понадобилась плохая, никудышная кепка, которая только на то и годится, чтобы ею окна мыть, тогда бы я еще смог предложить вам кое-что. Но хорошая кепка - нет, таких не держим. Хотя постойте, - продолжал он, прочтя на выразительном лице Джорджа явное разочарование, - не уходите. Есть у меня на примете одна кепчонка, - он полез куда-то под прилавок, - не скажу, что очень хорошая, но все лучше того, чем я обычно торгую.
Он протянул нам кепку.
- Ну как? Сойдет?
Джордж стал примерять кепку перед зеркалом и, отыскав в книге соответствующую фразу, изрек:
- Это кепи подходит мне по размеру, но скажите, как вы находите, к лицу ли оно мне?
Хозяин отошел в сторону и окинул его придирчивым взглядом.
- Сказать по правде, - процедил он, - оно вам не идет.
Он отвернулся от Джорджа и обратился к нам с Гаррисом.
- У вашего друга, - сказал он, - очень своеобразное лицо: он красив, но такая красота не всегда бросается в глаза. Так вот, в этой кепке его красота в глаза не бросается.
Услышав это, Джордж решил, что с него хватит, и сказал:
- Ладно, беру. Мы, видите ли, спешим на поезд. Сколько с меня?
- Цена этой кепки, сэр, четыре шиллинга шесть пенсов, хотя, по мне, она и половины того не стоит. Прикажете завернуть в оберточную бумагу, сэр, или в бумажную обертку?
Джордж сказал, что заворачивать не надо, заплатил хозяину четыре шиллинга шесть пенсов серебром и вышел. Мы с Гаррисом последовали за ним.
На Фенчерч-стрит мы после длительных переговоров заплатили кебмену пять шиллингов, после чего он отвесил нам еще один церемонный поклон и попросил передавать от него привет австрийскому императору.
Обменявшись в поезде впечатлениями, мы пришли к выводу, что проиграли со счетом 2:1, и раздосадованный Гаррис выкинул разговорник в окно.
Наш багаж и велосипеды уже находились на пароходе, который ровно в двенадцать поднял якорь и двинулся вниз по реке.
Глава V
Отступление, предваряемое поучительной историей. - Первое достоинство этой книги. - Журнал, не пользовавшийся успехом. - Его девиз "Обучение посредством развлечения". - Обучение или развлечение? - Популярная игра. - Мнение специалиста по английскому законодательству. - Второе достоинство этой книги. - Избитый мотив. - Третье достоинство этой книги. - В каком лесу жили девы. - Описание Шварцвальда.
Рассказывают, что как-то шотландец влюбился в девушку и решил на ней жениться. Как и все его соплеменники, человек весьма осмотрительный, он заметил, однако, что супружеская жизнь людей его круга, поначалу сулящая прочный союз, со временем превращается в кромешный ад, и все потому, что жених или невеста, желая "показать товар лицом", тщательно скрывают перед свадьбой свои недостатки. Постановив, что с ним ничего подобного не произойдет, никаких горьких разочарований не будет, шотландец делал предложение следующим образом.
- Я гол как сокол, Дженни. Мне нечего тебе предложить: ни денег, ни земли у меня нет.
- Дэви, мне нужен только ты!
- Этого маловато, любимая. Я всего лишь нищий оборванец, ни на что не годный. К тому же я и собой не хорош.
- Это как сказать: посмотри на других, они еще страшней будут.
- Какое мне дело до других, любимая. Плевать я на них хотел.
- Дэви, с лица воду не пить, некрасивый муж лучше красавчика. Зато никуда ты от меня не денешься, будешь дома сидеть, а не гоняться за юбками, как другие. С красавчиком ведь хлопот не оберешься.
- Плохо же ты меня знаешь, Дженни, бабник я, каких поискать, не смотри, что рожей не вышел. Ни одной девчонки не пропущу. Намучаешься ты со мной, Дженни, так и знай.
- Зато, Дэви, сердце у тебя доброе, и потом, ведь ты меня любишь?
- Люблю, Дженни, да боюсь, что скоро и ты мне надоешь. Я, конечно, добр, но это только пока все идет нормально, пока меня против шерсти не погладили. Сидит во мне какой-то бес - можешь у матушки спросить, это у меня отцовское. Как что не по мне - такой скандал учиню! Да и характер у меня с годами испортится, это уж как пить дать.