Тетя Клопа вошла в подъезд, я подождал немного и вошел вслед за нею. Остановили меня голоса, раздававшиеся на нашей лестничной площадке. Я, конечно, сразу же узнал голос папы.
- Вы, наверное, думаете сейчас, - ласково и вместе с тем печально говорила тетя Клопа, - ходит тут смешная толстая дура, не знает, кому навязаться…
- Ну что вы, что вы, - неуверенно сказал ошарашенный папа. - Никто так и не думает… Входите, пожалуйста…
В руках у него была как раз та красивая книга, которую я видел во дворе у тети Клопы. Сейчас я даже название ее прочитал: "Деревянное зодчество русского Севера". На обложке сфотографирован в цвете бревенчатый дом, весь, как в кружевах, в резных крылечках и наличниках.
Папа с этой книгой в руках выглядел непривычно растроганным.
- Где же вам удалось эту прелесть достать? - спросил он. - Я ее почти полгода по всем библиотекам ищу!..
- Для вас, Петр Яковлевич, да не постараться, - скромно ответила тетя Клопа. - Подумала, что вам в работе над диссертацией может пригодиться, вот и захватила… У меня родственница в издательстве, а у них там очень приличная библиотека… Кстати, муж родственницы - архитектор… Мог бы стать вашим добрым оппонентом…
- Ну, сначала надо написать, а потом уже о защите думать… Кстати, я предпочитаю идти прямыми путями… А за книгу большое вам спасибо. Просто не знаю, как вас и благодарить…
Папа сделал вежливый жест, пропуская впереди себя к нам в дом хитрую тетю Клопу.
- А разве Людмила Ивановна не вернулась? Как будто домой шла? - с притворным удивлением спросила тетя Клопа. - А я ей пирожок принесла…
И тут я вспомнил, как орала Наташка: "И пироги печет вкусные!"
Так, значит, тетя Клопа не к маме пришла, а за моим папой, чтобы мой папа стал Наташкиным?..
Я хотел было выскочить и тут же вмешаться в такое черное дело, но все же решил посмотреть и послушать, что же там будет дальше.
- У меня не только книги, и люди бывают интересные, - продолжала "завлекать" папу тетя Клопа. - Вчера, например, пришла ко мне шикарная дама с отрезом на платье… Такой французский шифон… Ну, я сразу поняла, что повозиться с нею придется… Вы слушаете, Петр Яковлевич?
- Да, да, я слушаю, - не отрываясь от книги, ответил тете Клопе папа.
- Так вот, - продолжала та. - Бюст у этой дамы - восьмой номер, а шеи вовсе нет… Вы понимаете, вместо одной вытачки вот здесь и здесь (тетя Клопа провела себе пальцем под мышкой) - придется делать две… А талия… Вы представляете, Петр Яковлевич, у нее совсем не оказалось талии! А выбрала молодежный фасон! Ну не удивительно ли?!
- В самом деле удивительно! - по-прежнему не отрываясь от книги, тут же согласился папа.
Тетя Клопа обиделась:
- Да вы меня совсем не слушаете, Петр Яковлевич!..
- Что вы, очень внимательно слушаю!.. Так как там у вас завершилось с этой дамой?
- Я приняла заказ, - с достоинством сказала тетя Клопа. - Бывали у меня случаи посложнее, но и этот непростой… Если увидите даму в розовом шифоне, присмотритесь, пожалуйста, мне просто интересно, как вам понравится моя работа…
- Но я в вашем деле мало что понимаю… - вежливо ответил папа, хотя мог бы сказать и поопределеннее. Мне и то ясно было, что папе до этой дамы без талии, зато с двумя вытачками, "как до лампочки".
- Ну вот видите, - сразу огорчилась тетя Клопа, - уже отказываетесь… А говорите, я вам не навязываюсь…
Папа молчал. Да и я бы не нашелся, что ей ответить.
- А все ведь от одиночества, - продолжала "петь" тетя Клопа. - Очень бывает трудно одинокому человеку, ведь вы и по себе это знаете…
- А Наташка?.. - наконец-то не выдержал я.
Тетя Клопа от неожиданности даже оглянулась.
- Вот он, герой, - сказал папа. - Я его жду, а он со своим Павликом впечатлениями обменивается… А почему глаза красные?
- Все в порядке, па, - сказал я. - Веткой хлестнуло…
Папа хоть и журил меня, но выглядел веселым. Видно, очень уж по душе была ему эта книжка, которую достала для него тетя Клопа.
С тревогой я прислушивался, не хлопнет ли наружная дверь, не бежит ли жаловаться на меня Наташка. Но все пока было тихо.
- Надо поосторожнее, - начал было папа и не договорил: в руках у тети Клопы оказалась опять та же коробка из-под "Геркулеса".
- А вот и Слава, - не обратив внимания на мой выкрик о Наташке, сказала тетя Клопа. - Ну так что, может, возьмете этого Павлика?
- Па! - я заторопился, чтобы папа сгоряча не отказался. - Давай возьмем для Павлика. Ему ведь тоже очень хочется хомячка…
- Ну хорошо, давайте вашего Павлика, - сказал папа и внимательно посмотрел на меня. Конечно же, он заметил, что у меня далеко "не все в порядке".
По привычке он хотел было закрыть дверь перед тетей Клопой, но та уже протиснулась к нам в коридор.
- Что же вы так торопитесь, Петр Яковлевич? - лукаво улыбаясь, спросила она. - Жены боитесь? Или за себя не ручаетесь?.. А я вот еще Людмиле Ивановне и варенья принесла. Не хотите ли со Славой попробовать?
- Ну почему я боюсь? - смущенно пробормотал папа. - Можно и попробовать…
- Ша-а-а-а-алун! - пропела тетя Клопа и погрозила папе пальцем. - Напрасно, напрасно Людмила Ивановна оставляет молодого мужа одного. Только с вокзала и - к маме?.. Ха-ха-ха!..
- Почему одного? - начал было я, но папа так строго на меня посмотрел, что я тут же осекся и занялся новым хомячком.
- Ну что ж, проходите, - смирившись, сказал папа тете Клопе. Он будто бы и не слышал ее дурацкое "шалун". - Мама наша что-то задержалась. Будем без нее пить чай с вашим вареньем. Кстати, у нас и торт есть… Прошу!..
Я улучил минуту и побежал знакомить Павлика с Васькой.
Павлик забился в один угол ящика из-под посылки, Васька - в другой. Сидят, друг на друга посматривают, глазками поблескивают.
- Слава, где ты там?
- Славик!
- Иду!..
Вымыв руки в ванной и ополоснув лицо, я вытерся насухо и вошел в кухню. Торт не только стоял на столе, но уже был нарезан треугольными ломтями, и я сразу же "положил глаз" на кусок с кремовой розой.
Тетя Клопа накладывала варенье в розетки. А папа все рассматривал принесенную ею книжку. На каждой странице в ней были цветные фотографии деревянных теремов. Папа не только любовался теремами, но даже ласково гладил их ладонями, как будто это были его лучшие, милые сердцу друзья.
- Кушайте, пожалуйста, Петр Яковлевич, - совсем как хозяйка сказала тетя Клопа, подвигая лапе чай в подстаканнике, розетку с вареньем и блюдечко с тортом. Положила она торт и мне. И надо же. Точно тот кусок с кремовой розой, который я приметил.
Отхлебнув чаю, я надеялся утешиться тортом, но даже торт мне в горло не лез. Сидел я словно на иголках, пряча глаза от папы, чувствуя, как пылают щеки и уши. Папа, конечно же, заметил, насколько я хорош. Он даже, будто между прочим, приложил теплую ладонь к моему лбу и в недоумении слегка пожал плечами, потому что наверняка никакой температуры у меня не было.
Ни жив ни мертв, каждую минуту я ждал, что вот-вот раздастся звонок и явится Наташка. Тетя Клопа поссорится с папой, мама узнает, поссорится с тетей Клопой, тетя Клопа вместе с Наташкой нажалуются директору школы Артемию Ивановичу, Артемий Иванович вызовет нашего классного руководителя Юлию Николаевну, та - Костю - вожатого пионеротряда, и пойдет, и пойдет… А потом до самого десятого класса на каждом собрании будут вспоминать, как перевоспитывали хулигана Вячеслава Ручейникова.
И вдруг в голове у меня как будто все перевернулось. "А папа?" "Папу будет утешать тетя Клопа?.. С Наташкой?.." Не бывать этому!.. Я знал, что я должен был сделать.
Отодвинув блюдечко с остатками торта, я сложил руки на столе и, глядя прямо в румяное лицо тете Клопе, спокойно сказал:
- Клеопатра Сидоровна, я вашей Наташке кулаком нос разбил… У нее и кровь пошла… Пирогов ваших нам не надо. Можете и свою книжку забрать…
С каждым моим новым высказыванием папины брови сами собой все выше лезли на лоб. Кося глазами в его сторону, замерла и тетя Клопа.
- Слушай! - с удивлением остановил меня папа. - Что с тобой? Да ты просто грубиян!..
Я молча сопел. Ответить было нечего. Все, что требовалось сказать, я уже сказал. И теперь ждал, что из всего этого получится.
Выручил меня звонок у входной двери. Но… Колоколом громкого боя прогремел он на всю квартиру.
- Вот она… Ваша Наташка, - сказал я тете Клопе. - Ябедничать пришла…
Я поднялся со стула и пошел открывать дверь своей длинноногой врагине.
- Что с ним такое? Какая его муха укусила? - услышал я за собой голос тети Клопы.
Мне же терять было нечего. Не торопясь, но и без промедления я открыл дверь. И замер…
- Ура! Мама пришла!.. Моя милая, родная мама пришла!..
Эти слова я хотел прокричать на всю Москву, но горло мне перехватило, и я только прижался к маме, обнимая ее, пряча у нее на плече свое пылающее лицо.
Все мои горести сразу куда-то пропали, и я уже совсем не боялся, что вот сейчас придет к нам и нажалуется на меня Наташка. Пришла моя родная мама, которая хоть ничего еще о драке с Наташкой не знала, но и от Наташки, и от тети Клопы наверняка нас с папой надежно защитит. Я, конечно, понял, хорошее настроение у нее потому, что ей все-таки удалось купить зеленые сапоги, но мне-то разве не все равно, отчего хорошее? Лишь бы - хорошее…
- Ну, как вы тут без меня справились? - спросила мама.
- Хорошо, мамочка. Все поставили на место, все убрали.
Мама поцеловала меня в макушку и сморщила нос.