Мудро ли, спросил он себя, разумно ли доверять тайну своей любви этому милому юноше? А вдруг через него что-то дойдет до Аделы?
Разум, однако, его успокоил. Они с милым юношей - как корабли в ночи. Встретились, побеседовали, и больше никогда не увидятся. При чем тут Адела? Словом, беспокоиться не о чем.
Успокоенный и приободренный, но нуждающийся в подкреплении, он стал искать взглядом Алоизия Макгаффи и увидел, что на него глядят очень красивые близнецы, слившиеся по рассмотрении в одного человека, незаметно присевшего к соседнему столику. Как ни странно, человек этот (заметим, в сером костюме) поднялся, подошел к нему и сказал:
- Здравствуйте.
Глава VI
Лорд Шортлендс помигал, а потом осторожно ответил:
- Здравствуйте.
Шестнадцать лет назад у него занял пять фунтов вот такой незнакомец в баре. Фунты не вернулись; и сейчас, имея при себе двенадцать купюр, лорд подумал: "Осторожно, Клод Персиваль Джон Деламер".
- Я не ошибся? - продолжал незнакомец. - Вы лорд Шортлендс?
Решив, что это признать можно, боязливый пэр ответил: "Да", а молодой человек сообщил, что он так и знал, поскольку пятый граф почти не изменился, даже помолодел.
Придерживая карман, лорд Шортлендс ощутил, что незнакомец ему нравится.
- Вы меня не помните, - говорил тот. - Это естественно, мы давно не виделись. Ваш сын Тони как-то пригласил меня на каникулы. Моя фамилия Кардинел.
- Кардинел?
- Да. Сегодня утром я упомянул это по телефону, но вы меня не узнали. Хорошо встретиться снова. Как Тони?
- Ничего, в порядке. Он в Кении, разводит кофе. - Тут одурманенный напитком мозг откликнулся на призыв: - Кардинел? Это же вы влюблены в Терри!
Молодой человек кивнул.
- Да, это самое главное, - признал он. - Прямо к сути. Не сегодня-завтра я стану президентом США, но в истории хотел бы остаться как тот, кто влюблен в Терри. Приятно, я думаю, иметь такую дочь.
- О, да!
- Веселит сердце?
- Еще как!
- Удивляюсь, что вы не поете от счастья. Я очень обрадовался, когда вы сказали, что она причесывается все так же. Нельзя менять совершенство. Хотя никакие прически не уменьшат ее очарования. Первый раз я увидел ее с косичками, и что же? Сама красота.
- Да, у Терри хорошие волосы.
- Я бы сказал, великолепные. А глаза! Как они вам? Лорд Шортлендс полагал, что они недурны. Молодой человек нахмурился.
- Недурны? Говоря о Терри, надо тщательно взвешивать слова. У нее небесные глаза. Таких больше нет. А как насчет носа? Если помните, он чуть-чуть вздернут.
- Э… - проговорил граф, благоразумно избегая определений.
Молодой человек, этот придирчивый критик, стал зажигать сигарету. Граф смотрел на него серьезно и вдумчиво. Он понимал, почему Терри одобряет его внешность. Красив, ничего не скажешь; что там, ослепителен. Сидел он вполоборота, и справедливый пэр видел, как четок его профиль. Да, красота - это красота.
Майк Кардинел зажег сигарету и снова заговорил.
- Да, кто-кто, а она прекрасна. Вы не представляете, как я ее люблю. Она вернулась в мою жизнь - наяву, не в мечтаниях - совершенно случайно. Представьте себе, именно тогда я думал не о ней, а о котлетах, брюссельской капусте и картошке-фри. Искал вот тут место и увидел, что мой приятель сидит с какой-то девушкой. Подошел к ним…
- Да, она говорила
- Она говорила обо мне? Это хорошо. Кстати, вы позволите за ней ухаживать?
- Вы и так ухаживаете.
- Без разрешения. И без успеха. Почему "без успеха"? Потому что без разрешения.
- Повторите, если не трудно, - взмолился растерянный граф.
- Я хочу сказать, что неправильно подошел к делу. Мне нужна поддержка. Если бы вы были за меня, все пошло бы лучше. Знаете, отцовское влияние… Вставите словечко, напомните вовремя, а главное - пригласите меня в замок. Там, в поэтической обстановке…
- Нет, не приглашу. Это не в моем ведении.
- Что вы говорите! Ребенок, и тот мог бы…
- А я не могу. Адела не позволит.
- Вот как? Прискорбно, прискорбно. Я не знаком с леди Аделой.
- Разве ее не было, когда вы гостили у Тони?
- Не было.
- Везет же людям! - вздохнул лорд Шортлендс. Майк строго на него взглянул.
- А как насчет Стэнвуда? - спросил он.
- Что-что?
- Вы говорите, что не можете никого пригласить. Однако я звонил Стэнвуду, и его слуга сказал мне, что вы послали ему телеграмму с приглашением.
- Не я, Адела. Что ему нужно, кстати? Болван какой-то.
- Ну уж нет.
- Тогда отец болван.
- Не знаю, не видел. Вам Стэнвуд понравится, он всем нравится. Я лично люблю его как брата. Да, вернемся ко мне. Я в замке был, ничего плохого не сделал, так что ваша старшая дочь может смело меня пригласить.
- О, нет! Она приглашает только тех, кто что-нибудь пишет - романы, картины, музыку. Так сказать, служителей искусства.
- Стэнвуд ничего не пишет.
- Значит, он исключение.
- Словом, меня она не пригласит?
- Ни за что на свете.
- Прискорбно, прискорбно. У меня связаны руки. Нельзя ухаживать, если ты в Лондоне, а она - в Кенте, да еще не подходит к телефону. Вам дворецкий не нужен?
Лорд Шортлендс печально вздохнул.
- К сожалению, нет. А зачем все это? Терри за вас не выйдет.
- Да, ей так кажется. Но только пустите меня в замок…
- У нее есть какая-то причина. Майк нахмурился.
- Причина! Она сама не знает, что ей нужно. Упряма, как не знаю кто. Вот эту черту я бы подправил. Стоит ли быть похожей на ангела, спросил бы я, если не можешь опознать верное сердце? На ангела она похожа, тут спору нет. Последние годы я жил в Голливуде, на мне буквально висли красотки, но перед Терри они - тьфу! Она неповторима.
- Терри говорила, что вы там работали. Контракты с актерами, да?
- Да.
- Выгодное дельце?
- Ничего, не жалуюсь. Прокормлю вашу дочь, если что. Но в замок мне приехать надо, почта и телефон не помогают. Подумайте как следует.
Лорд Шортлендс стал думать. Приятный, обеспеченный зять со связями в Голливуде ему не помешал бы. Думы эти прервал Стэнвуд, заметно посвежевший. Холодная вода помогла.
- Привет, Майк, - бодро возгласил он.
- Привет, - отвечал Кардинел. - А ты - совсем ничего. Я к тебе заходил, и твой Огастес сказал, что ты практически скончался.
- Понимаешь, я был в турецкой бане, а сейчас поливал голову холодной водой.
- А, вон что! Ты знаком с лордом Шортлендсом?
- В жизни о нем не слышал.
- Вот он, прошу.
- Ах, да, знаком! Мы тут поболтали. Он много рассказывал про кухарку.
- Это ваш гость, - сообщил Кардинел графу. - Тот самый Стэнвуд Кобболд. Что с вами?
Пятый граф оцепенел от ужаса.
- С-с-стэнвуд К-к-коб-б-б-олд? - выговорил он. - Это вы?
- Конечно. А что такого? Что с нашим лордом, Майк? Кардинел сам удивлялся, но предложил гипотезу:
- Наверное, это от радости. Огастес говорил, что сегодня ты едешь в Кент. Значит, лорд Шортлендс - твой хозяин. Соответственно, он радуется.
Пятый граф с трудом проговорил:
- К-к-какой ужас!
- Ну, что вы! Стэнвуд - прекрасный человек.
- Понимаете, я хочу жениться на кухарке…
- Одобряю. А ты как, Стэнвуд?
- …и ему об этом сказал. То есть Кобболду. А он, то есть Кобболд, может сказать Аделе.
- Она огорчится?
- Она меня загрызет. Как по-вашему, Кобболд любит поболтать?
- Боюсь, что любит.
- О, Господи!
- Видите ли, Кобболд чист, как дитя. А дети болтают беспрерывно. Если есть, что выдать, он выдаст. Когда мать его ждала, ее напугал диктор Би-Би-Си.
- Ой, Боже мой!
- Если им с леди Аделой не хватит тем для разговора, он, то есть Кобболд, займется вами и кухаркой. Заметьте, не ведая зла. Так, ради беседы.
- Господи Милостивый!
- Скорее всего, беда нагрянет сегодня же, за ужином. Представьте эту сцену. Рыба подана, Стэнфорд ее ест. "Да, леди Адела, - говорит он с набитым ртом, - кухарка у вас превосходная". - "Спасибо, мистер Кобболд. Возьмите еще". - "А это на ней хочет жениться лорд Шортлендс? Я его понимаю".
- Ужасно, ужасно!
- Да, вы смутитесь. Вам придется нелегко. Но, к счастью, могу предложить недурной выход. Что, если задержаться в Лондоне? Тебе, мой друг, тебе.
Стэнвуд помрачнел. Вроде бы ему стало лучше, а тут эти разговоры.
- Ты пойми, отец велел! Не обрадовался и граф.
- Мой дорогой, что вы говорите! Адела послала меня за Кобболдом. Что она скажет, если я вернусь один?
- Вы вернетесь со мной.
- С вами?!
- Подумайте как следует. Я хочу поехать в замок, Стэнвуд хочет остаться в Лондоне, вы хотите привезти гостя, который вас не выдаст. Мой простой проект отвечает всем желаниям.
Лорд Шортлендс думал медленно.
- Адела ждет не вас, а Кобболда.
- Вот я и приеду под псевдонимом.
Стэнвуд взвизгнул от радости. Голову снова пронзила боль, но есть вещи поважнее.
- Майк, ты гений!
- Не без того.
- А я полчаса назад звонил Эйлин, прощался! Побегу скорее к ней.
- Ты еще не поел.
- Ну и Бог с ним!
- А как же Огастес?
- Ну его к черту!
- Он очень хочет поехать.
- Пикнет, дам в глаз, - сообщил Стэнвуд и улетел, как фея. Лорд Шортлендс, способный во всем разобраться, если дашь ему время, спросил на всякий случай:
- То есть вы поедете в замок вместо Кобболда?
- Вот именно.
- Как будто вы - это он?
- Да.