Глава третья
СЕНСАЦИОННОЕ ПОХИЩЕНИЕ
1
Поэт Калверли в своей бессмертной "Оде табаку" справедливо заметил, что нет такой душевной тяготы, которую не победил бы добрый табак. Ронни Фиш с ним бы не согласился. На третье утро своего пребывания в замке он гулял по садам и угодьям, прихватив теннисный мяч, способствующий размышлению, и курил; но дорогой турецкий табак ему не помог. Настоящее было черным, будущее - серым. Ронни подбрасывал мячик и терзался.
Конечно, Хьюго был в замке, не в Лондоне, так что не мог применить свои роковые чары. Но ведь в столице много народа, часть из которого знакома со Сью, часть - к этому стремится. Возьмем мерзавца Пилбема. Подумать страшно!
Но если ничего и нет, если Сью ни с кем не видится, что с того? Другими словами, где хоть проблеск надежды?
Ронни прекрасно знал, что, приехав в Бландинг, поставил на карту все. Здесь решится, чем будет его жизнь - розовым садом или бесплодной пустыней. Дядю он пока что не приручил. Когда они оказывались вместе, лорд Эмсворт смотрел на него растерянно, а то и раздраженно. Видимо, шансы его сильно понизились после того, как он прогорел.
Безуспешно пытаясь вызвать образ благосклонного дяди, который одной рукой тебя обнимает, другой - выписывает чеки, Ронни увидел большой крытый грузовик. Удивившись, он кинул в него мячик; в ответ дверца открылась, и на знак этот высунулась голова.
- Привет! - сказала она.
- Привет! - ответил Ронни.
- Привет, привет, - откликнулась голова.
Это перешло бы в дуэт, но тут из-за облака вылезло солнце, и Ронни понял, кому голова принадлежит, а потому - воскликнул:
- Бакстер!
Кого-кого, но Бакстера он здесь не ждал. Он слышал, что было года два назад, и знал, что лорд Эмсворт относится к бывшему секретарю еще хуже, чем к племяннику. Но вот он высовывает голову как ни в чем не бывало и говорит:
- А, Фиш!
Руперт Бакстер спустился на землю. Самоуверенность его, даже наглость, всегда раздражала Ронни.
- Что вы здесь делаете?
- Проездом, путешествую. Оказался рядом, думаю - загляну-ка, вспомню старые дни.
- Ясно.
- Вы не скажете, где я могу найти леди Констанс?
- Давно не видел. Где-нибудь она есть.
- Пойду, поспрашиваю. Если вы ее встретите, передайте, пожалуйста, что я приехал.
И Бакстер скрылся, а Ронни, погадав, как примет это дядя Кларенс, и понадеявшись оказаться поблизости с фотоаппаратом, сунул в мундштук еще одну сигарету и зашагал снова.
2
Минут через пять лорд Эмсворт, задумчиво глядевший из окна библиотеки, испытал удар. Он мог бы поклясться, что Руперт Бакстер прошел по усыпанной гравием дорожке к парадному входу.
- Ой, Господи! - сказал граф.
Объяснил он все это так: бывший секретарь погиб и решил являться в замке. В конце концов, если человека выгнали за то, что он швырялся кадками, в гости он не придет. Граф нахмурился. Призрак предка он еще потерпел бы, призрак Бакстера - нет и нет. И он решил пойти к сестре своей, Констанс, - что она скажет?
- Констанс, душенька… - начал он.
Леди Констанс подняла голову (она писала письмо) и едва заметно щелкнула языком, поскольку не любила, чтобы ей мешали.
- Да, Кларенс?
- Вот что… а… э… Случилась очень странная вещь. Ты помнишь Бакстера?
- Конечно.
- Перед входом гуляет его призрак.
- О чем ты говоришь, Кларенс?
- О том. Смотрю из библиотечного окна, и вдруг…
- Мистер Бакстер, - объявил Бидж.
- Мистер Бакстер!
- Доброе утро, леди Констанс.
Бывший секретарь был прост и приветлив, очки его благодушно сверкали. Правда, заметив своего бывшего хозяина, он приугас.
- Д-доброе утро, лорд Эмсворт, - сказал он, сурово сверкнув все теми же очками.
Они помолчали. Лорд Эмсворт поправил пенсне. Первым заговорил Бакстер.
- Я тут путешествую, леди Констанс, и решил зайти…
- Как же, как же! Мы бы вам никогда не простили… А, Кларенс?
- Э?
- Я спросила, а?
- Что "а"?
Леди Констанс поджала губы, и секунду-другую серебряная чернильница вполне могла сняться со своего места. Но сильная женщина - это сильная женщина.
- Так вы путешествуете, мистер Бакстер?
- Да, в крытом грузовике. Он в парке.
- Погостите у нас! В замке, - она повысила голос, чтобы заглушить странное бульканье, производимое ее братом, - никого нет и не будет еще примерно месяц. Погостите, искренне вас прошу! Сейчас я пошлю за вещами.
- Спасибо большое, леди Констанс.
- Мы так вам рады. А, Кларенс?
- Э?
- Я сказала, "а?"
- Что "а"?
Рука его сестры затрепетала около чернильницы, словно испуганный мотылек.
- Не правда ли, как мило, что мистер Бакстер у нас погостит? - сказала, наконец, леди Констанс, глядя на брата взглядом гипнотизера.
- Пойду-ка я к свинье, - сказал лорд Эмсворт.
Снова воцарилось молчание; так бывает, когда вынесли гроб. Потом леди Констанс отряхнулась.
- Как я вам рада! - сказала она. - Как это умно! Все очень естественно.
- Да, я так и хотел.
- Всегда вы обо всем думаете!
Руперт Бакстер подошел к двери, открыл ее, взглянул в коридор и вернулся туда, где был.
- У вас неприятности, леди Констанс? - осведомился он.
- Ужасные, мистер Бакстер.
Если бы он был другим, а она - другой, он бы похлопал ее по руке; а так - придвинул стул на вершок поближе.
- Что я могу сделать?
- Только вы и можете. Мне так неудобно…
- Что вы, что вы! Все, что в моих силах… Он придвинулся еще на вершок.
- Вы… знаете моего брата?
Бакстер растерялся, но тут же сообразил, в чем дело.
- А, вы имеете в виду…
- Да, да! Галахада, конечно, не лорда же Эмсворта.
- Нет, мы не знакомы. Оба раза, что я жил в замке, его не было. А сейчас?
- Он здесь. Пишет мемуары.
- Да, я видел в какой-то газете.
Леди Констанс сделала то, что так близко к "ломанию рук".
- Там ужасные вещи, мистер Бакстер! Сплошная клевета на всех наших друзей. У нас вообще друзей не останется. Галахад знал буквально каждого, а запомнил - самое нелепое и позорное. И я…
- Вы хотите, чтобы я завладел рукописью и ее уничтожил? Леди Констанс застыла, пораженная такой проницательностью.
- Да, - проговорила она. - Это странно, я понимаю…
- Ничуть, ничуть.
- … но лорд Эмсворт не хочет ничего делать. Вы же его знаете.
- Еще бы, еще бы!
- Такая беспомощность!.. Такая рассеянность!.. Глупость, я бы сказала.
- Вот именно.
- Мистер Бакстер, вся надежда на вас. Бакстер снял очки, протер и надел.
- Я сочту за честь, леди Констанс, помочь вам. Завладеть рукописью нетрудно. Сколько экземпляров, один?
- Да, да, да. Я уверена. Галахад говорил, что еще не отдал машинистке.
- Тогда беспокоиться не о чем.
Какое-то время леди Констанс не могла найти слов.
- О, мистер Бакстер! - наконец сказала она.
3
Ноги занесли Ронни Фиша в ту часть угодий, где он ощутил знакомый острый запах, а поглядев, увидел, что находится рядом с резиденцией Императрицы. Подойдя ближе, он узрел и прославленную свинью. Склонив голову, дрожа хвостиком, она увлеченно ела.
Всякий любит смотреть, как другой ест. Ронни перегнулся через перильца и рассеянно бросил свой мячик. Тот ударился о спину медалистки и замечательно отскочил, очень уж поверхность хорошая. Минуту-другую так они и развлекались - Императрица ела, Ронни швырял мячик, пока ему не пришла в голову прекрасная мысль.
Дядя Кларенс любит природу. Он очень рад, когда кто-нибудь к ней возвращается. Следовательно, надо пойти и сказать, что ты прозрел и увидел: будущее Англии - в деревне. А потом попросить денег на образцовое хозяйство.
Сейчас, сейчас, сейчас… Не просто "хозяйство", а такое, где разводят свиней! Да дядя Кларенс осыплет золотом! А там - немедленно жениться.
Мячик в последний раз проговорил "плямц!", ударившись о гостеприимную спину, и окрыленный Роналд помчался дорабатывать свой замысел.