Всего за 159 руб. Купить полную версию
Они снова пошли. Через некоторое время показался перекресток;отнего
ответвлялись две новые галереи. Рабочиеопятьразбилисьнаболеемелкие
группы и разошлисьмало-помалуповсемходамшахты,гдепроизводились
работы. Здесь галерея была уже вся укреплена; рыхлый свод, обшитыйдосками,
поддерживался дубовымиподпорками;междунимивиднелисьслоишиферас
блестками слюды и грузныемассытусклогошероховатогопесчаника.Поезда
вагонеток, то нагруженных, то пустых, беспрестанно с грохотом проходили мимо
них, встречались и уходили в темноту; их тащили лошади,которыедвигались,
словнопризраки.Водномместепутьраздваивался.Здесьдремал
остановившийся поезд, похожий на спящуючернуюзмею;лошадьфыркала;во
мраке ее едва можно было различить: туловище ее казалось глыбой, выпавшей из
свода. То и дело отворялись и медленно затворялись вентиляционные двери.По
мере того как углекопы продвигались вперед, галерея становилась все уже, все
ниже; потолок был неровный, и приходилось беспрестанно нагибаться.
Этьен больно ушиб голову. Если б не кожаная шапка, он раскроил бысебе
череп. Он стал внимательно следить за всеми движениямиМаэ,шедшегоперед
ним: его сумрачный силуэт обрисовывался при мерцаниилампочек.Израбочих
никтонеушибся,-они,верно,зналикаждуюперекладинудеревянных
креплений, каждый выступ камня. Этьена. сильнозатрудняласкользкаяпочва
под ногами; чем дальше, тем она становилась сырее. Но больше всегоизумляли
его резкие скачки температуры. В глубине шахтного колодца было оченьсвежо,
а в галерее, по которой проходил поток воздуха, дул резкий, холодныйветер,
ревевший в узких стенах, словно буря. По мере тогокакониуглублялисьв
другие штольни, куда проникало лишь немного воздуха извентиляторов,ветер
прекращался, наступала удушливая, гнетущая жара.
Маэ молчал.Толькоповорачиваянаправо,вновуюгалерею,он,не
оборачиваясь, сказал Этьену:
- Жила Гийома.
На этом пласту работала их партия. С первых же шагов Этьен расшибсебе
голову и локти. Покатый потолокспускалсятакнизко,чтонапротяжении
двадцати или тридцати метровемупришлосьидти,согнувшисьвдвое.Вода
доходила до щиколоток. Так они прошли двести метров, и вдруг Левак,Захария
и Катрина исчезли у него на глазах, как будто их поглотила узкаярасщелина,
открывшаяся перед ним.
- Надо подняться туда, - сказал Маэ. - Прицепите лампочку к пуговицеи
лезьте, держась руками за бревна.
Сам он исчез. Этьен должен был следовать за ним. Эта расщелина в пласту
служила проходом для углекопов; через нее можно было попасть во всебоковые
штольни. Расщелина была не шире самого угольногопластаиедвадостигала
шестидесяти сантиметров. Хорошо еще, что Этьен был худощав; и все жеон,с
непривычки, затрачивал очень много сил, подвигаясь вперед. Весьсъежившись,
он толкался плечами и бедрами о стенкиихваталсязабревна.