Лицо его выражало страдание.
Разведчики молча посторонились, когда он прошел словно не видя их...
- А я бы не мог вот так, хладнокровно... - произнес тихо Карцев, косясь на опустевший, блиндаж.
- Научишься, - мрачно бросил Богданов и зашагал следом за сержантом.
РАДИОГРАММА
8 декабря 1943 г. Пугачев - Белозерову
Доукомплектование дивизии по состоянию на 6 декабря с. г. выполнено менее чем наполовину. Лучше других обстоит дело в 216-м с.п. (84,3% личного состава), но этот полк держит оборону протяженностью больше 20 километров и почти не имеет полевой артиллерии.
По линии живой силы полк укомплектован следующим образом:
а) призывниками рождения 1926 года;
б) ранеными, выписанными из госпиталей;
в) ограниченно годными или годными к нестроевой службе.
Все перечисленное выше создает определенные трудности по воспитанию, обучению личного состава, в связи с чем убедительно прошу:
а) в дальнейшем направлять мне сержантский и рядовой состав, только имеющий боевой опыт;
б) младший командный состав - согласно полученным в военных училищах специальностям;
в) боевую технику, автомашины и тягачи, а также стрелковое оружие согласно штатному расписанию.
Переход до Алексичей оказался, на удивление, легким и спокойным. Если не считать глубокого снега, трудностей вообще не встречалось. Обычный пеший переход, что-то вроде марш-броска по пересеченной местности. Противник не показывался. Были только его следы - спиленные телеграфные столбы, брошенные орудия; увязшие в трясине, а потом вмерзшие в лед автомашины, бронетранспортеры, повозки, пустые снарядные ящики, полевые кухни. Впрочем, техника встречалась не только немецкая. Русские армейские безрессорные двуколки, орудия разного калибра, другое имущество, крестьянские телеги с клочьями соломы, пустыми кадушками, хомутами и расписными дугами. Унылая эта картина нагоняла еще большую тоску, и Стрекалов спешил пройти мимо.
К селу подошли на рассвете. Некогда большое, теперь почти полностью сожженное, оно было хорошо видно с лесной опушки. Шесть ровных рядов обгорелых печных труб и прерывистые пунктиры огородов указывали на то, что в Алексичах было раньше три улицы.
В середине, где, видимо, была торговая площадь, стояли белая одноглавая церковь и высокая колокольня с уцелевшей маковкой, но без креста. Стрекалов вынул бинокль и без труда разглядел в узком проеме звонницы немецкого наблюдателя.
Несмотря на ранний час, по селу промчались мотоциклисты, возле одной избы стояла легковая автомашина, а у скирды соломы - средний танк.
Пока Богданов с Карцевым сооружали НП в дупле старого вяза, Стрекалов с Федей сделали широкий полукруг и подошли к селу с востока. Как и с южной окраины, здесь тоже имелся полосатый шлагбаум, от которого со стороны тянулись ряды колючей проволоки; вдоль бывшей улицы стояли в один ряд замаскированные соломой автомашины и танки. Батарея шестиствольных минометов располагалась у околицы, две зенитные установки - ближе к центру села.
Обо всем увиденном Стрекалов немедленно сообщил "Заре". Несмотря на неудачу со штурмфюрером, настроение его заметно поднялось - такое нечасто выпадает на долю разведчика.
Неожиданно его смутил тон начальника разведки и его лаконичное "да". Когда Стрекалов закончил, Розин коротко приказал:
- Продолжайте наблюдение. После каждой передачи сразу же меняйте место. Эта передача в такой близости от объекта вам может дорого обойтись.
Ни сухой тон начальника разведки, ни опасность, о которой он говорил, не могли сразу повлиять на Стрекалова.
- Теперь куда? - спросил довольный Федя. - К ребятам?
Возвращаться так быстро Сашке не хотелось. Похоже, удача сама лезла в руки...
- Ты иди, а я тут немного поколдую.