Офицер прислушался, перешагнул через убитого и, подойдя к печке, хотел то ли развязать солдата, то ли вынуть у него кляп изо рта.
Стрекалов вышел из укрытия.
- Не шевелиться! Руки вверх!
Штурмфюрер замер на секунду, затем сильным толчком отбросил свое тело назад, в темноту, и автоматная очередь разведчика прошла мимо. Стрекалов упал на землю, и в ту же секунду по нему выстрелили из парабеллума. Сержант снова дал очередь и тут же откатился за печку. В том месте, где он только что лежал, тяжко ухнул взрыв. Осколком гранаты разбило глиняный кувшин, стоявший на лавке, после чего наступила тишина.
Стрекалов не шевелился; дым медленно выползал через разорванную в окне бумагу на улицу.
Полежав немного, Стрекалов поднялся, проверил все углы в землянке офицер исчез. Сашка забеспокоился. В углу за печкой он нашел крышку погреба.
- Ах вот ты где!
Отстегнув "лимонку", Сашка приподнял крышку и бросил гранату вниз.
- Вот действительно ферьтик!
Однако подполье оказалось глубоким и уходило куда-то в сторону, но и там не кончалось, а шло еще дальше, то и дело поворачивая под тупым углом.
- Траншея! - ахнул Стрекалов. Только теперь он обратил внимание, что печь в землянке сложена недавно, может быть, этой зимой, что стены сделаны так, как они делаются в блиндажах, и что над головой у него, как в блиндаже, накат в три слоя. Чтобы окончательно убедиться в своем предположении, он обошел блиндаж кругом. Траншея, видимо, не так давно была покрыта обломками бревен, досок, хворостом. Снег закончил маскировку. Метрах с пятидесяти внизу, в овраге, густо заросшем кустарником, Стрекалов нашел выход. Одинокий след вел в глубь леса.
По ходу сообщения сержант вернулся в блиндаж. Солдат-эсэсовец лежал на прежнем месте, только руки его оказались наполовину развязанными.
С опаской, выставив вперед автоматы, в блиндаж по одному входили Богданов, Карцев и Зябликов.
- А мы выстрелы услышали - и сюда...
Карцев широко раскрытыми глазами смотрел на убитого полицая и лужу крови вокруг него.
- Могли бы и пораньше, - буркнул Стрекалов и взялся за немца. - Скажи, стерва, много ли вас шляется по лесам, какая у вас техника, в какую сторону намылились драпать и где сейчас генерал Шлауберг?
От волнения запинаясь и путая слова, Карцев перевел. Багровый от усилий и бушевавшего внутри жара, эсэсовец - он все еще пытался развязать руки - мрачно смотрел на Стрекалова и молчал.
- Может, он тебя не понимает? А ну, спроси, где находится Шлауберг.
Вторично услыхав знакомое имя, эсэсовец опустил воспаленные веки, спекшиеся губы его расползлись в торжествующую улыбку, и разведчики услышали хриплый шепот:
- Das weis niemand.
Стрекалов приказал развернуть рацию. В четыре утра "Заря" впервые услышала голос "Сокола". Майор Розин был недоволен не тем, что Стрекалов все еще не достиг цели, а тем, что вышел на связь у самой передовой и, следовательно, обнаружил себя раньше времени.
- Срочно уходите! - приказал он и добавил: - Берегите людей, сержант.
Спешно покидая блиндаж, Стрекалов - он уходил последним - носком сапога перевернул убитого полицая на спину и вскрикнул от досады и боли. Правая половина шеи от уха до ключицы была разрублена сильнейшим ударом. Из раны еще сочилась кровь, стекаясь в густые, быстро темнеющие на земле лепешки.
- Левша! - прошептал Стрекалов, чувствуя непривычный холодок в спине. - Штурмфюрер - тот самый левша! Так вот кто ушел из рук!
Встреча, которой он бредил все последующие после смерти Андрея и Вали дни и ночи, состоялась, произошла почти немыслимо, сказочно, а он, мечтавший о ней, опростоволосился как самый последний новичок, упустил из рук своего кровного врага!
Отойдя от блиндажа, разведчики остановились, поджидая командира. Он появился не сразу. Не глядя на товарищей, зачерпнул пригоршней снег, вытер кинжал, сунул в ножны.