Всего за 529 руб. Купить полную версию
И хотя впереди ещё случались и обиды, и слёзы, но лик отрока с чубом из криницы всякий раз напоминал юному княжичу, что теперь он совсем иной и живёт новой удивительной жизнью. Подпоясываясь волшебным поясом и трогая в ухе серьгу с синим камешком, напоминающим весеннюю сваргу, Святослав убеждался, что это - Явь, и старался вести себя как подобает взрослому.
Глава 3
Купало
Каждый день до рассвета Велесдар будил Святослава, и они шли на мовь к студёной кринице. Если было погожее утро, то встречали Зарю и любовались праздником богов.
Затем с молитвой Огнебогу раздували угли и бросали в жар сухую траву. Огнебог в мантии дыма и пламени поднимался, вырастал и протягивал к ним свои золотые руки. Святослав кормил Огнебога сухими ветками, которые он жадно поглощал, треща и разбрасывая искры. Когда кострище разгоралось, над ним вешали котёл и готовили варево.
Иногда к избушке приходили люди, прося исцеления себе или родным. Велесдар лечил, произносил заговоры, а Святослав помогал волхву, - приносил нужные травы, снадобья, молча и сосредоточенно выполнял другие указания. При посторонних кудесник называл его только "внучек" или "сынок", не произнося имени. Никто не мог и подумать, что этот бритый босоногий мальчик, прислуживающий волхву, - киевский княжич.
Между тем обучение юного Святослава шло непрерывно с рассвета и допоздна. Волхв учил его, как по звёздам, шуму ручьёв, направлению Стрибожьих ветров, узнавать дорогу ночью и днём, в лесу и голой степи. Как заговаривать кровь-руду, как по поведению птиц и зверей определять, есть ли поблизости чужой, один он или много и куда движется.
Всё, что узнавал за день, а также примечал в лесу, отрок должен был перед сном повторить Велесдару.
С каждым днём Святослав становился увереннее в себе, крепче телом и духом. Ноги его быстро привыкли к ходьбе босиком, и он, уже не обращая внимания на сучки и шишки, носился по лесным тропам наперегонки с косулями, которые иногда приходили подкормиться хлебом. Если надо, мог ходить и неслышно, подкрадываясь, будто дикий зверь. Перестал бояться холодной воды, а напротив плясал и фыркал под чистой - настоянной на звёздах и туманах - струёй родниковой воды или бежал к озеру и от души плавал и нырял там, как бобрёнок. А потом, возвращаясь, прямо у тропки набирал в подол рубахи с десяток замечательных грибов.
- Дедушка, гляди, диво-то какое, совсем рядом и столько грибов каждый день!
- Сие, внучек, нам боги лесные дарят за то, что лес мы не обижаем, с любовью к нему и всем обитателям относимся, потому Лесовик нам и травы нужные, и грибы, и мёд дикий в достатке даёт, - отвечал старик, поглаживая голову княжича.
Как-то он кликнул Святослава помочь ему в странном, по мнению отрока, деле, - закапыванию в землю нескольких довольно трухлявых колод в тенистых местах вокруг их полянки.
- Зачем это, деда Велесдар? - изумился ученик.
- А затем, чтобы Лесовику да Грибичу было где посидеть, отдохнуть, о делах лесных посудачить. Глядишь, и на том месте, где Грибич сидел, опята появятся.
"Вот здорово, - подумал Святослав, - выходит, там, где я грибы на пнях брал, сам Грибич накануне сидел! Славно!"
Святослав теперь во многом помогал Велесдару: собирал сушняк для костра, находил нужные для каждодневного употребления травы и ягоды, лазал за диким мёдом, приносил воду, убирал в хижине и даже понемногу учился доить козу. Его руки крепли, учились справляться со всякой работой, и это вселяло уверенность в себе, даже гордость. "Я уже большой, запросто обхожусь без нянек и слуг, - думал Святослав. - Правду речёт отец Велесдар: чем меньше ты зависишь от других, тем становишься свободнее и сильнее; ты сам управляешь вещами, а не они - тобой…"
Как-то вечером старый волхв сказал:
- Завтра пойдём к кудеснику Хорсославу, надобно сверить, верно ли я рассчитал день прихода Купалы.
- Что же, Хорсослав боле тебя ведает? - удивился княжич.
- Каждый человек, если он не лентяй последний, конечно, в чём-то ведает больше других. Так и среди нас, кудесников, ведётся, - кто какому богу себя посвятил, от него покровительство имеет. Хорсослав - жрец лучезарного Хорса, потому и ведает всё о его движении по небесному своду и подземному небу и точно знает, когда наступит самый долгий день, а вместе с ним - и праздник Купалы.
- А тебе, деда, Велес покровительствует, - угадал значение жреческих имён Святослав, - оттого ты и Велесдаром зовёшься?
- Верно, княжич, - подтвердил старик. - При рождении у меня, конечно, было другое имя. Но после обряда посвящения в кудесники каждый волхв получает имя того бога или воплощения, которому будет служить всю оставшуюся жизнь. Ну, давай спать, завтра вставать рано - до Хорсослава почти день пешего хода.
Назавтра солнце встретило их уже в пути.
- У Хорсослава есть ученик, Степко, - рассказывал по дороге старец, - чуток постарше тебя. Как-то, собирая травы в степи, Хорсослав набрёл на едва живого мальца лет пяти от роду. Захваченный во время набега кочевниками, он улизнул ночью, а может, мать сама спрятала его в лисью нору в надежде, что кто-то спасёт… Легко мог погибнуть в голой степи, но случилось так, что набрёл на него кудесник, он и назвал мальца Степко. Теперь он Хорсославу и приёмный сын, и ученик, и помощник, смышлёный отрок!
Так, беседуя, шли до полудня. Потом, расположившись в тени деревьев, перекусили, отдохнули и отправились дальше. Уже перед самым закатом неожиданно вышли на простор, - лес кончился, дальше начиналась бескрайняя степь. Здесь, на лесной опушке, и стояла избушка Хорсослава. Но в ней никого не оказалось.
- Может, в лес ушли? - предположил Святослав.
- Они на Мольбище, - ответил Велесдар, - сейчас самое время провожать Хорса. Жаль, не поспеем, придётся подождать.
Они уселись на колоду возле кострища, похожего на то, что было на поляне у Велесдара.
Вскоре после захода солнца на утоптанной тропинке со стороны степи показалось двое мужей - старший и молодой. Велесдар со Святославом поднялись им навстречу.
Хорсослав был ещё не старым мужем небольшого роста, беловолосым и таким доброжелательным, что казалось, сам излучал свет. Только в очах была спокойная задумчивость, оттого что он большей частью пребывал мыслями там, в бездонной выси, по которой движет свой огненный воз ХорсСолнцеводитель.
Степко - худощавый остроносый юноша с густой гривой длинных, как у девочки, волос - ничем не походил на кудесника. Только выражение серых глаз было таким же отрешённым, как и у его наставника.
- Добре, что пришли! - обрадовался Хорсослав. - Непременно, отец Велесдар, покажем твоему ученику и Мольбище Хорса, и день прихода Купалы - всё сам увидит. А сейчас пойдёмте, дорогие гости, отдохнёте с дороги.
После дневного похода и сытного ужина Святославу захотелось скорее лечь. Веки отяжелели, голова сама склонялась на грудь.
- Засыпает малец, - заметил Хорсослав. - Степко, отведи его на лаву.
- Мы лучше на сено, пойдёшь? - слегка толкнул Степко Святослава.
- А? Что? Какое сено? - не сразу понял тот.
Но пока шли, пока укладывались под открытым небом на душистой копне, дремота развеялась, и юноши стали разговаривать, расспрашивая друг друга о том о сём, как это ведётся между сверстниками.
- Ты давно обучаешься у отца Велесдара? - спросил Степко.
- Не очень, - неопределённо ответил Святослав. Ему не хотелось признаваться, что он появился в лесу только в этом Яре.
- А я уже восемь лет у Хорсослава постигаю звёздную и солнечную науку. Конечно, мало ещё знаю, но твёрдо решил - буду солнечным жрецом, как отец Хорсослав. На Богояров день, когда в Киев ходили, я от самого Великого Могуна благословение получил. Уже и имя себе для посвящения выбрал - Добросвет. Как тебе, нравится?
- Нравится, - отвечал Святослав. - А сколько надобно учиться, чтоб постичь всю волховскую науку? - поинтересовался он.
- Хм, сказал - всю науку! Да кто ж её всю постигнуть может? Одной человеческой жизни мало, и двух, и трёх… Потому как Хорсослав говорит, что жизнь человеческая супротив Вечности как искра, промелькнувшая в небе…
- Как же тогда учиться, если жизни не хватит? - воскликнул, приподнимаясь на локте, Святослав.
Степко помолчал, раздумывая, как бы яснее выразить мысль. Ещё раз взглянул на обритую голову Святослава, - значит, ученик Велесдара готовится к пути воина. Это подсказало верный образ.
- Ты видел, конечно, как сплетена кольчуга. Что само по себе одно кольцо? Так, безделица. А связанные между собой во множестве, они дают надёжную защиту воину, против меча, стрелы и кинжала устоять могут. Так и я в волховской науке лишь кольцо малое. Но Хорсослав учит меня, а его учил предыдущий волхв, а у того тоже был свой наставник. Все они давно умерли, но я напитываюсь их знаниями, благодаря которым буду помогать людям и которые передам своему ученику. Как звенья в единой цепи. Так всё течёт в Свароговом мире, которому нет предела, потому как кроме наших дней и лет есть ещё День Сварога, и Ночь Сварога, и Месяц, и Год, и Век Сварога…
- А это много? - не понял Святослав.
- Посчитай. Ежели Час Сварога длится около двух тысяч лет нашего времени, то День Сварога - это двадцать четыре тысячи лет, и столько же Ночь…
Святослав молчал, потрясённый. Только теперь он понял, как много знает этот отрок, почти ровесник ему, но по сути уже почти волхв. Непривычно огромные числа и времена, новые понятия, о которых так просто говорил Степко, с трудом переворачивались в голове, подобно тяжёлым каменьям.
- А как же люди смогли узнать про это? Ведь наши дни, по сравнению с этим, и вправду песчинки…