— Надеюсь, ты не вздумал осуждать меня?
— Нет, сэр. Утром все сделаю.
— Вот и хорошо, Скаттл. И купи мне еще сирену.
— Сирену, сэр? Какую? — совсем растерялся камердинер.
— Электрическую, Скаттл. Такую, что используются на полицейских машинах.
— Но, сэр, законом запрещено ставить их на частных машинах. Ведь вы не офицер полиции, сэр!
— А кто тебе сказал, что я собираюсь укрепить ее на своей машине? Я сказал, что хочу ее купить.
Камердинер кивнул и, совершенно обескураженный, удалился. Около часа Лестер Лейт сидел, закутавшись в шубу, и курил. Время от времени он, довольно кивая головой, прокручивал в мозгах ходы некоей весьма сложной партии. Затем довольно рассмеялся.
Рано утром его разбудил камердинер.
— Простите, сэр, пришел сержант Экли, — доложил он. — Вы ведь просили меня сообщить ему о том, что имеете важные зацепки по делу об ограблении ювелира Милса. Так вот, сэр, он уже здесь. Ему не терпится выслушать вас.
Лестер Лейт потянулся и зевнул:
— Да-да, Скаттл. Сержант выполняет свой долг. Пусть войдет.
Секретный агент открыл дверь, и в комнату ворвался сержант Экли.
— Вы что-то раскопали про Милса? — не поздоровавшись, буквально с порога закричал он.
Лестер Лейт сел в кровати.
— Вам известно, сержант, — спокойно сказал Лейт, — что я посылал камердинера в кондитерский магазин, где после ограбления был убит наш Грег-потрошитель. Мне показалось, что грабитель мог спрятать часть камней в коробках с конфетами… именно в шоколадных конфетах.
Сержант Экли устало потер покрасневшие от бессонной ночи глаза:
— Можете забыть об этом, Лейт. Из-за этой вашей гениальной идеи я заставил своих людей растопить все конфеты из этого магазина. Они занимались этим всю ночь. И ничего. Абсолютно ничего!
— Неужели ничего? — удивился Лестер Лейт. — Странно. Вчера вечером я отдал свои конфеты одной очень красивой молодой леди. Мы с ней приятно провели вечер. Она угощала меня этими конфетами. И вы ил не поверите, сержант, в начинке оказались три посторонних предмета.
Сержант Экли чуть не выронил изо рта сигару.
— Три?! — воскликнул он.
— Да, сержант, именно три. Правда, один камушек был простым леденцом, который я, экспериментируя, сам заложил в одну из конфет. Зато два других оказались красными камнями. Не сомневаюсь, это рубины. И, может быть, из украденных у Милса!
Лестер Лейт сунул руку в карман пижамы и достал носовой платок с завязанным узелком. Неторопливо развязал его — на ладони сверкнули два крупных кроваво-красных рубина, как две капли воды похожие друг на друга.
— Оба были в одной коробке? — недоверчиво спросил Экли.
— Оба в одной коробке, сержант, — кивнул Лейт. Следующий вопрос сержант Экли задал довольно хитро:
— Случайно, не знаете, где живет эта очень красивая леди? Ну, которой вы отдали конфеты…
Лестер Лейт отрицательно покачал головой. Экли собрался уходить.
— Не собираетесь встретиться с ней еще раз? — безразличным тоном спросил он, уже шагнув к двери.
Лейт пожал плечами и вдруг спросил:
— Хотите помочь мне отпраздновать Четвертое, сержант?
— Четвертое? — не понял Экли.
— Июля, сержант.
— При чем тут июль? Сейчас ноябрь.
— О нет, сержант, сейчас июль, — твердо сказал Лейт. — По моему календарю…
— О Господи! — взорвался Экли и с треском захлопнул за собой дверь.
Выскочив на улицу, он подозвал к себе топтунов и проинструктировал их:
— Следите за Лейтом. Он должен привести вас к конфетам или к девушке, у которой конфеты. После этого забудьте о Лейте. Во все глаза следите только за конфетами. Поняли?
Сыщики отдали честь и вернулись на свои места. Прошло не менее часа, прежде чем Лестер Лейт наконец вышел из дома. Он знал, что полицейские агенты следят за ним. Поэтому первым делом он подошел к ним.