Всего за 229 руб. Купить полную версию
с. Сверхъестественное возвышение духа. Вера и жизнь в вере
В своей естественной деятельности дух привязан к чувствам. Он воспринимает то, что они предоставляют ему, сохраняет воспринятое, при случае вызывает его из памяти, сопоставляет с другим, изменяет и благодаря таким сложным действиям производит осознание, выносит суждение и делает выводы, то есть осуществляет собственно работу разума. Точно так же воля работает над тем, что предоставляют ей чувства, – она находит в этом радость, пытается взять над этим верх, испытывает боль от утраты, надеется на обладание и боится потерь. Но призвание духа состоит не в том, чтобы постигать тварные вещи и радоваться им. То, что он этим ограничивается, – извращение изначально присущего ему бытия. Духу необходимо освободиться из плена и подняться к истинному призванию, для которого он сотворен. Его взгляд должен стремиться к Создателю. Ему одному дух должен отдать себя и все свои силы. Этого он сможет достигнуть с помощью постепенно прогрессирующего самосовершенствования и последовательных лишений. Бог посылает для этого необходимую помощь и совершенствует работу, но она требует и соответствующего духовного труда от человека. Дух должен быть лишен всего, что занимает его естественным образом, а воспитать его необходимо для познания Бога и нахождения радости в Нем одном. Естественным силам предлагается нечто, что сможет их привлечь и удовлетворить более, нежели то, что они познают и чем наслаждаются естественным путем. Вера указывает разуму на призвавшего все к бытию Творца, Который Сам по Себе бесконечно больше, величественнее и достойнее любви, чем все остальное, вместе взятое. Вера учит разум познавать свойства Бога, все, что Он сделал для человека и чем человек обязан Ему. Что в таком контексте означает "вера"? То, что нам дается для веры, – воплощение всех ниспосланных через Откровение, провозглашенных Церковью истин: "Fides, quae creditur!". Если разум принимает то, что ему предлагается, не будучи способным познать это с помощью своих естественных сил, то он делает первый шаг в Темную ночь веры. Теперь это "fides, qua creditor", живое действие духа и соответствующее длительное состояние (обыкновение или добродетель веры): убеждение в том, что Бог есть (credere Deum), и убежденное принятие того, чему Бог учит через Церковь (credere Deo). С такой жизнью веры дух возвышается над естественной деятельностью, но пока еще не отрывается от нее. Естественные силы многое получают в новом мире, который им открывает вера, – богатейший новый материал для обработки. Эта работа, в которой дух внутренне усваивает себе содержание веры, есть созерцание. Воображение в подробностях рисует духу события истории спасения, старается воспринять их всеми возможными чувствами, обдумывает с помощью разума их значение и те требования, которые они предъявляют к личности. Тем самым воля побуждается к любви и решению организовать жизнь в соответствии с духом веры. Св. Хуану известна еще более высокая форма созерцания: по природе живой и наделенный большими способностями дух глубоко погружается с помощью разума в истины веры, всесторонне осмысливает их в диалоге с самим собой, развивает, додумывая с помощью логики, и раскрывает их внутренние взаимосвязи. Еще легче, жизненней и продуктивней эта деятельность становится, когда Святой Дух окрыляет и возносит дух человека. И тогда он настолько ощущает себя в руке некой высшей силы и освящается ею, что ему кажется: теперь уже не он действует, но в нем действуют наставления, воспринятые через Божественное Откровение.
То, что дух тем или иным способом смог воспринять в созерцании, останется с ним надолго. Это намного больше, чем просто сокровище сохраненных истин, которые при необходимости могут быть извлечены из памяти. Дух – а в широком смысле слова это слово означает не только разум, но и "сердце" – благодаря постоянному упражнению приблизился к Богу, он знает и любит Его. Это знание и любовь стали частью его бытия, как взаимоотношения с человеком, с которым долго живешь и к которому глубоко привязан. Таким людям уже не нужно что-то выяснять друг про друга или думать друг о друге, чтобы понять, проникнуть друг в друга и убедиться в достоинствах другого. Им почти не нужны слова. Каждая новая встреча заново открывает им глаза и усиливает любовь. Хотя узнавание каких-то новых черт еще возможно, оно происходит будто само собой, для этого больше не нужно ничего предпринимать. Так же выглядит и общение души с Богом после длительного упражнения в духовной жизни. Ей больше не нужно созерцать, чтобы познать и полюбить Бога. Путь остался позади, а она отдыхает у цели. Лишь только она отдается молитве, как в то же мгновение оказывается с Богом и пребывает, любовно отдавая себя, в Его присутствии. Ее молчание намного дороже для Него, чем слова. Это и есть то, что сегодня называют "приобретенное созерцание". (Хуан де ла Крус не использует этого понятия, но точно его описывает.) Это плод собственной деятельности духа, который, однако, возникает и поддерживается с помощью благодати. Когда нас достигает весть веры, Божественная истина, полученная в Откровении, – это и есть благодать. Именно она дает нам силы принять весть веры и стать "верующими" – хотя мы и совершаем этот акт свободным решением. Без помощи благодати невозможна никакая молитва и никакое созерцание. И тем не менее все зависит от нашей свободы и происходит с помощью наших собственных сил. От нас зависит, предадимся ли мы молитве, захотим ли остаться в "приобретенном созерцании" и как долго. Если мы рассмотрим теперь это созерцание – спокойную, любящую самоотдачу Богу – само по себе, то можем считать и его одной из форм веры, fides qua creditor: не credere Deum (хотя, конечно, вера в существование Бога является при этом необходимым условием и включена в это понятие) и не credere Deo (хотя это есть выражение всего того, что мы в вере приняли как Богооткровенную истину), но credere Deum, то есть верой в Бога в смысле отдачи себя Богу в вере.
Это самое высокое, что может быть достигнуто в жизни по вере благодаря собственной деятельности, – когда на этой основе и как логическое ее следствие собственная воля отдается воле Божественной, упорядочивается все, что делается и что оставляется в соответствии с Божественной волей. Это уже возвышение духа за пределы естественных условий бытия. Истины веры сначала приближают к нам Бога с помощью образов, сравнений и понятий, перенятых от тварных вещей. Но они также учат нас, что Бог больше всего сотворенного, всего понимаемого и постигаемого разумом. А потому нам необходимо оставить творение и все наши силы, которыми мы постигаем творение, чтобы подняться в вере к Богу, непостижимому и невообразимому. На это не способны ни чувства, ни разум, если мы под ним понимаем способность к понятийному мышлению. В верующей самоотдаче непостижимому Богу мы становимся чистым духом, освобожденным от всех образов и понятий, – а потому оказываемся в темноте, поскольку мир наших повседневных воззрений состоит из образов и понятий, – духом, освобожденным также и от обилия разнообразных сил, действующих в нас как механизм, духом, единым и простым, ведущим жизнь, которая есть познание, памятование и любовь, слитые воедино.
И здесь мы оказываемся на пороге мистической жизни, в начале преображения, которое должно быть достигнуто через Ночь духа. Мы добрались до того, что остается непостижимым, когда силы наши были оставлены. Ведь должно же что-то уцелеть, если единение с Богом и преображение в Боге возможно только после отказа от своих собственных сил. И этим "что-то" по ту сторону чувственности и связанного с чувствами разума должен быть дух в собственном смысле слова. Хуан в этой связи говорит о сущности души. Душа по своей сущности есть дух и по своей внутренней сущности открыта на все духовное: на Бога, чистого Духа, и все, что Он сотворил и что по своей основе тоже духовно. Но она погружена в телесность и обладает телесными чувствами как органами восприятия всего материального. В состоянии грехопадения эти служебные органы стали главными. Дух должен прежде всего освободиться из их тисков, чтобы вернуть способность к чистой духовной жизни и действию, к господству над чувствами. Мы проследили до определенного момента за действием веры в этом процессе освобождения: до того момента, когда дух направляется к Богу и поднимается до чистого духовного общения с Богом. Но к этому общению с Богом должно добавиться еще кое-что: отказ от всего, что не есть Бог. Это главная работа, которая происходит в деятельной Ночи духа.