Всего за 219 руб. Купить полную версию
Кстати, использование Утраты достигнутого оказывается выигрышным и потому, что в результате переход к демонстрации счастливого исхода оказывается метафорически реализован мотивом ‘воскресения из мертвых’, широко представленным в сюжетах мировой литературы и фольклора начиная с древнеегипетских, античных и евангельских. Из классических литературных примеров напомним хотя бы оживление Руслана в поэме Пушкина. Обращение к этому готовому мотиву имеет – помимо общевыразительной функции – еще и смысловую, вытекающую из круга тем Толстого: возвращение из смерти в жизнь (как и переход от Мирной Жизни к смертельной опасности) восходит к тематическим элементам ‘непредвиденность’ переходов от плохого к хорошему, ‘нешуточность жизни’ и ‘спасение через спуск до нуля’. Последнее объясняет, почему ‘смерть’ (предельный случай "нуля") часто предстает у Толстого как благотворное начало.
Заметим, что
в детских рассказах, характеризующихся светлым, "посюсторонним" взглядом на вещи, ‘возвращение из смерти в жизнь’ реализуется как метафорическая смерть (мертвоподобие) и реальное, происходящее в этой жизни обретение утраченных ценностей;
во взрослых же произведениях – таких, как "Смерть Ивана Ильича" и ВМ (линия князя Андрея) – возможна и обратная картина: реальная физическая смерть и лишь метафорическое обретение ценностей в итоговый момент на грани жизни и смерти.
Примеры
В КМР мальчик падает и теряет сознание – очевидная мертвоподобность.
В К "собаки хотели схватить котенка, но Вася упал животом на котенка и закрыл его от собак", т. е. в ходе Спасительной Акции котенок находится по отношению к спасителю в том же (нижнем, прижатом к земле) положении, в котором он находился бы по отношению к носителю опасности в результате Катастрофы. Мертвоподобность, однако, в этом рассказе отсутствует.
В ДГКатастрофа грозит попаданием под поезд; но и Спасительная Акция состоит в том, что девочка оказывается распростерта под поездом. То, что видят пассажиры в первый момент после Катастрофы (девочка лежит между рельсами головой вниз и не шевелится), пластически подобно смерти.
В ДТ смерть от медведя, скорее всего, включала бы поверженность на землю – и именно это положение принимает герой при Спасительной Акции, да еще притворяется мертвым (метафорическая мертвоподобность).
В П мальчику грозит падение – и Спасительная Акция выражается тоже в падении, причем еще "худшем" (падает дальше и ниже, чем предполагалось). Вытащенный из воды, мальчик некоторое время не подает признаков жизни; идея ‘мертвоподобности’ проводится и в лексике – о мальчике говорится как о "теле".
Если мертвоподобие продлевается до конца Спасительной Акции и дальше, то, естественно, эффект достигнутости смертельного исхода еще более закрепляется. Это имеет место в ДГ и П. Подобное продолжение мертвоподобия на отрезке после Спасительной Акции и следующего за ней Затемнения усиливает это последнее, образуя его второй этап (см. п. V.10).
К блоку Неадекватная Деятельность
7. Серия Попыток
Функция данного ТР состоит в подчеркивании – путем продления – того ОТКАЗА к Спасительной Акции, каковым является блок Неадекватная Деятельность. Это достигается в первую очередь путем умножения манифестаций этого блока: он дается несколько раз, иногда с возрастающей силой (ПОВТ или НАР). В случае НАР естественными фазами являются ‘слово’ (т. е. частые у Толстого бесплодные словесные действия) и ‘дело’ (т. е. уже действие, но все еще неадекватное – паллиативное, производимое по условным правилам). Итак,
(43) неумелые попытки помочь образуют последовательность словесных, а затем и физических действий, оттягивающих переход к Спасительной Акции.
Дополнительное продление Серии может обеспечиваться пунктирным переплетением ‘попыток’ с прокладками из других блоков (см. о "прокладках" в п. V.3).
Примеры
Как всегда при подобных переплетениях, здесь возможны и СОВМЕЩЕНИЯ отдельных Попыток с проявлениями Катастрофы. Так,
В К первая из Попыток СОВМЕЩЕНА с первым сигналом о Катастрофе: крик "Назад! Назад!", которым охотник пытается остановить собак, дает знать героям и читателю об их появлении.
В ДГ длинная Серия Попыток складывается из двукратных указаний старшей сестры и двукратных действий машиниста: "свистел что было силы" – "не мог удержать машины. Она свистала изо всех сил", которые переплетаются, чередуясь друг с другом и с действиями младшей сестры.
В А Серия Попыток состоит из последовательности: ‘слово’ ("Назад! Назад! Вернитесь! Акула!") – ‘дело 1’ (спуск лодки) – ‘дело 2’ ("мальчики поплыли в разные стороны"); НАР можно констатировать при переходе от ‘слов’ к ‘делам’, но вряд ли между ‘делами’). Эти Попытки перемежаются НАРАСТАЮЩИМИ проявлениями Катастрофы.
В ЧСБ Серия Попыток состоит из двух даваемых без перерыва словесных действий со стороны зрителя-помощника (= "я"), обращенных одно к жертве, а другое к носителю опасности: "Я <…> закричал: "Булька, назад!" – и кричал колодникам, чтобы они не били Бульку", и одного ‘физического действия’ самой жертвы, которому предшествует элемент Усиления Опасности ("Булька бросился прочь, но…").
8. Уклонение
Кроме Серии Попыток, блок Неадекватная Деятельность содержит еще одно ТР – Уклонение, – которое может быть определено, в отличие от обычных для данного блока ‘неправильных действий’, как ‘неправильное бездействие’, ‘дурная пассивность’. В Уклонении особенно четко проявляется роль Неадекватной Деятельности как средства подчеркивания Спасительной Акции, поскольку по смыслу Уклонение образует предельно резкий контраст к этому блоку, а в сюжетной цепи максимально приближено к нему (вплоть до полного с ним переплетения) – налицо КОНТРтожд. Можно было бы поэтому говорить даже, что Уклонение – это ТР сразу к двум блокам – Неадекватной Деятельности и Спасительной Акции.
Большее заострение по сравнению с обычной Неадекватной Деятельностью состоит в том, что ОТКАЗ к последующей Спасительной Акции доводится здесь до ОТК-ДВ:
(44) Спасительной Акции предпосылается момент нерешительности, нежелания жертвы (жертвы-спасителя, зрителя, зрителя-помощника) вступать в действие, а иногда и ухода от опасности и ответственности.
Тем самым в Спасительной Акции выделяется – по контрасту – существенный тематический элемент (из 4б'): обнаружение в себе глубинных ресурсов. Иначе говоря, если обычная Неадекватная Деятельность ОТКАЗНЫМ образом демонстрирует трудность отыскания правильных способов действия, то Уклонение таким же образом демонстрирует психологическую трудность перехода к этим действиям: некоторые персонажи не обнаруживают или не сразу обнаруживают необходимую решительность.
В пластическом и спациальном плане Уклонение сохраняет такую существенную черту Неадекватной Деятельности, как отсутствие движения вперед в гущу событий и опасности; в своих более заостренных проявлениях оно может принимать форму прямого бегства (каковое в рамках обычной Неадекватной Деятельности, впрочем, носит, как правило, ментальный характер, не идя дальше слов или проектов).