де Бальзак Оноре - Мачеха стр 6.

ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ

Те же, Полина, Годар, Вернон, Наполеон, Фердинанд, Гертруда и генерал.

Гертруда (бросается к Маргарите и вырывает у нее из рук подушку) . Вы же отлично знаете, Маргарита, что мне неприятно, когда кто-нибудь, кроме меня, заботится о барине, к тому же только я одна умею уложить ему подушки.

Маргарита (в сторону) . Пошла кривляться!

Годар . Ба! Ба! И господин прокурор!

Генерал . Прокурор? У меня в доме?

Гертруда . Прокурор?

Генерал (Рамелю) . Сударь, чем я обязан?..

Рамель . Я просил моего друга... господина Фердинанда Map...

Фердинанд делает ему знак; у Гертруды и Полины вырывается испуганный жест.

Гертруда (в сторону) . Это его друг, Эжен Рамель.

Рамель . Фердинанда де Шарни, которому я сказал о причине моего приезда; я просил его не сообщать вам обо мне, чтобы вы спокойно пообедали.

Генерал . Фердинанд - ваш друг?

Рамель . Друг детства; мы с ним встретились тут, в аллее. Когда видишь товарища после одиннадцатилетней разлуки, кажется - век не наговориться, и я виною тому, что он опоздал к обеду.

Генерал . Однако, сударь, чем я обязан вашим посещением?

Рамель . Жану Нико, по прозвищу Шампань, вашему мастеру. Его обвиняют в убийстве.

Гертруда . Но, сударь, наш друг, доктор Вернон, установил, что жена Шампаня умерла естественной смертью.

Вернон . Да, да, от холеры, господин прокурор.

Рамель . Правосудие, граф, доверяет только своим экспертам и своим доказательствам. Напрасно вы опередили нас.

Феликс . Барыня, прикажете подавать кофей?

Гертруда . Погодите. (В сторону.) Как он изменился. Теперь он прокурор и стал совсем другим человеком. Мне страшно.

Генерал . Но почему преступление, якобы совершенное Шампанем, бывшим солдатом, за которого я охотно поручусь, привело вас в мой дом?

Рамель . Вы узнаете об этом, когда приедет судебный следователь.

Генерал . Благоволите присесть.

Фердинанд (Рамелю, указывая на Полину) . Вот она.

Рамель . Ради такой прелестной девушки можно и жизнью пожертвовать.

Гертруда (Рамелю) . Мы с вами не знакомы; вы меня никогда не видали... Сжальтесь надо мною, над ним...

Рамель . Положитесь на меня.

Генерал (видя, что Рамель разговаривает с Гертрудой) . Разве моей жене необходимо присутствовать на следствии?

Рамель . Именно необходимо. Я приехал сюда сам для того, чтобы графиню не успели предупредить, о чем ее будут спрашивать.

Генерал . Моя жена в чем-то замешана? Это оскорбление!

Вернон . Спокойствие, мой друг!

Феликс . Господин судебный следователь.

Генерал . Просите!

ЯВЛЕНИЕ ТРЕТЬЕ

Те же, следователь, Шампань и Бодрильон.

Следователь (раскланявшись) . Господин прокурор, вот господин Бодрильон, аптекарь.

Рамель . Господин Бодрильон не виделся с обвиняемым?

Следователь . Нет, его только что привели, и жандарм не покидал его ни на минуту.

Рамель . Сейчас мы узнаем истину; подведите сюда господина Бодрильона и обвиняемого.

Следователь . Подойдите, господин Бодрильон! (Шампаню.) И вы тоже.

Рамель . Господин Бодрильон, признаете вы в этом человеке то лицо, которое два дня тому назад купило у вас мышьяк?

Бодрильон . Да, он самый.

Шампань . Но ведь, господин Бодрильон, я же сказал вам, что покупаю мышьяк по приказанию барыни, чтобы травить мышей, которые завелись в доме.

Следователь . Слышите, сударыня? Он выставляет такую версию: будто бы вы сами послали его за ядом и будто он передал его вам в таком виде, в каком получил от господина Бодрильона.

Гертруда . Совершенно верно.

Рамель . Воспользовались ли вы уже этим мышьяком, сударыня?

Гертруда . Нет еще.

Следователь . Значит, вы можете нам предъявить пакетик, проданный господином Бодрильоном; на пакетике должна быть его печать, и если господин Бодрильон признает, что она цела и невредима, то тяжкие обвинения против вашего мастера частично отпадут. Нам останется только выслушать заключение врача, который производит вскрытие.

Гертруда . Пакет этот, сударь, все время лежал у меня в спальне, в секретере. (Уходит.)

Шампань . Ах, генерал, я спасен!

Генерал . Бедняга Шампань!

Рамель . Нам будет очень приятно, генерал, установить невиновность вашего мастера; в отличие от вас, военных, мы счастливы, когда терпим поражение.

Гертруда . Вот, господа.

Следователь, Бодрильон и Рамель рассматривают пакетик.

Бодрильон (надевает очки) . Пакетик не тронут, господа, совершенно не тронут; вот обе мои печати в целости и сохранности.

Следователь . Спрячьте его понадежнее, графиня. В последнее время суды только тем и занимаются, что разбирают дела об отравлениях.

Гертруда . Вы же видите, сударь, что он лежал у меня в секретере; ключ от секретера бывает или у меня, или у графа. (Уходит в свою комнату.)

Рамель (генералу) . Граф, мы не станем дожидаться заключения экспертов. Главное обвинение - и, согласитесь сами, чрезвычайно тяжкое (о нем говорит весь город) - отпало. А так как мы доверяем познаниям и честности доктора Вернона...

Гертруда возвращается.

Шампань, вы свободны.

Все выражают радость.

Но видите, друг мой, какие досадные подозрения могут возникнуть, когда между супругами нет согласия.

Шампань . Господин судейский, да спросите хоть у генерала - не сущий ли я агнец? Уж сварливей моей жены - да простит ей бог - на всем свете не сыскать было... Ангел бы и тот не выдержал. Пусть я ее и учил когда уму-разуму, зато я и наказан - никому не дай бог пережить такие минуты, какие я пережил по ее милости. Шуточное ли дело - обвинили человека в отравлении, отдали в руки правосудия, а я ни в чем не повинен. (Плачет.)

Генерал . Но ведь ты уже оправдан.

Наполеон . Папа, а из чего делается правосудие?

Генерал . Правосудие, господа, не должно допускать подобных ошибок.

Гертруда . В правосудии всегда есть нечто роковое. После вашего посещения все равно будут дурно говорить об этом бедняге.

Рамель . Сударыня, для невинных в правосудии нет ничего рокового. Вы сами видите: Шампань был немедленно освобожден... (Пристально смотрит на Гертруду.) Тот, кто живет безупречно, в ком нет иных страстей, кроме благородных и похвальных, тому нечего опасаться правосудия.

Гертруда . Сударь, вы не знаете здешних жителей. Через десять лет станут говорить, что Шампань отравил свою жену, что явились следователи и что если бы не наше покровительство...

Генерал . Перестань, перестань, Гертруда. Господа судейские исполнили свой долг.

Феликс накрывает для кофея столик в глубине сцены, налево.

Господа, позвольте предложить вам чашку кофея?

Следователь . Благодарю вас, генерал. Но ввиду важности дела мы выехали спешно, и жена ждет меня в Лувье к обеду. (Уходит на веранду и беседует там с доктором.)

Генерал (Рамелю) . А вы, сударь, - друг Фердинанда?..

Рамель . Ах, генерал, в его лице вы владеете подлинным сокровищем: это благороднейшее сердце, честнейший человек и превосходнейший характер, подобных которому мне не доводилось еще встречать.

Полина . Какой, однако, любезный этот прокурор!

Годар (в сторону) . А почему? Уж не потому ли, что хвалит Фердинанда? Ну, ну, ну!..

Гертруда (Рамелю) . Когда у вас выпадет свободная минута, сударь, приезжайте навестить господина де Шарни. (Генералу.) Не правда ли, друг мой? И нам это будет очень приятно.

Следователь (возвращается с веранды) . Господин де ла Грандьер, наш врач, признал, как и доктор Вернон, что смерть последовала от азиатской холеры. Мы просим у вас, графиня, и у вас, граф, извинения, что смутили покой вашего прелестного и мирного уголка.

Генерал провожает следователя.

Рамель (Гертруде на авансцене) . Берегитесь! Бог не поощряет столь безрассудных намерений, как ваши. Я обо всем догадался. Откажитесь от Фердинанда, предоставьте ему свободу и довольствуйтесь участью счастливой жены и счастливой матери. Дорожка, которую вы избрали, ведет к преступлению.

Гертруда . Отказаться от него! Нет, лучше умереть!