Всего за 39.9 руб. Купить полную версию
………………………………………….
Всё живое оценим на глаз.
Мы присутствуем всюду незримо.
Может, звери чувствуют нас
И спокойно готовятся в зиму?!
Может быть. Но пока я цел,
Бессловесно жить неохота.
И тем более сквозь прицел,
Чтоб меня рассматривал кто-то.
"Пролетели погожие дни…"
Пролетели погожие дни.
Где-то школьники сели за парты.
Только мы всё также одни
Безнадёжно режемся в карты.
День ли, ночь на дворе – всё равно,
Бесконечно считаются взятки.
Сумасшедшая "тыща одно"
Стало нашей хозяйкой палатки.
Мы друг друга сечём по ушам
Так, что слёзы текут сквозь ресницы,
Но должна же как-то душа
От безделья в тайге разрядиться.
Дождь стучит по брезенту, воде,
По камням, по листве и по нервам.
Вертолётчик застрял в Чекунде -
У него там зазноба, наверно.
Мы клеймили его и кляли,
Мы зазнобу его проклинали,
И чем больше ждали вдали,
Тем конкретней его понимали.
"В палатке нашей в холод адский…"
В палатке нашей в холод адский
Тепло, как дома, и вполне
Доволен жизнью я солдатской,
Хотя она и не по мне.
Любая власть порою в тягость,
А власть сержантская к тому -
Одна из самых волчьих, благо,
Что привыкаешь ко всему.
И всё сейчас легко и просто:
Тревога, марш-бросок сквозь стужу…
Шинель мне лучше всяких простынь
И одеял в походах служит.
И нет приказа по Уставу,
Какого б выполнить не мог,
И это не геройство – право
Солдата и солдатский долг.
И потому в учебном классе,
И на манёврах, только тот
Солдат воистину прекрасен,
Кто в сфере воинских забот
Вдруг удивит своим уменьем -
Вносить, от службы не тая,
Товарищам после учений
Тепло домашнего жилья.
"Идут-идут последние недели…"
Идут-идут последние недели.
Стоит октябрь, и, время торопя,
Солдатские шинели мы надели
Впервые после лета на себя.
И только так, как могут старики, -
С друзьями я в курилке восседаю.
И нашим разговорам, вопреки
Уставу, командиры не мешают.
Есть у солдат неписаный Устав
И нет по службе тяжче нарушенья,
Чем непочтенье дембелевских прав,
Ведь старикам везде у нас почтенье.
И потому охота,
не охота,
Пока сидим, покуривая, мы,
За нас несут всю чёрную работу
Безропотно "зелёные умы".
Мы некогда и сами, были дни,
Над дембелями издали острили,
Обслуживая танки, а они,
Вот так же, после завтрака, курили.
И мы на них совсем не обижались,
А ощутив неопытность свою,
Мы добровольно власть их признавали,
Ведь эта власть проверена в бою.
"Последний раз я в карауле…"
Последний раз я в карауле,
Мне вверен пост – склад ВТИ.
А где-то дома, в Барнауле,
Есть фотографии мои.
Быть может, как в счастливом сне,
Любимая альбом листает
И вспоминает обо мне -
Меня ей очень не хватает.
Во-первых, скоро вновь зима,
А ведь, как дважды два – четыре,
Зимовка требует в Сибири
Мужской сноровки и ума -
Любимая, как ты сама?!
Ещё немного и – приеду,
И обниму, как в первый раз…
А после – подойдут соседи,
Чтоб выпить и поздравить нас.
И будет много разговоров
О службе в дальней стороне,
Отцы у них легли в которой,
Но довелось вернуться мне.
"Сегодня день торжественный…"
Однополчанину
Петру Кириллову
Сегодня день торжественный -
Третье сентября.
Сегодня день ответственный -
Честно говоря.
Приказ, приказ читается -
Овация, овация.
По стопке причитается -
Демобилизация.
Идут салаги строем
И радуются нам,
Хотя служить ещё им,
Как медным котелкам.
Но зависти в них нету,
Как не было у нас.
Вручаем эстафету -
Шагайте, в добрый час!
Та эстафета славы
Отмечена в наградах.
Мы тоже были бравы,
Участвуя в парадах.
Был слышен повсеместно
Курантов строгий бой.
Служите, парни, честно,
А нам – пора домой.
"Всё чин по чину – солдат прощается…"
Всё чин по чину -
Солдат прощается.
Солдат отслужил свой срок.
Он едет домой
И, как полагается,
Сбирает свой вещмешок…
Он мог бы, конечно, за две минуты
Пожитки в него уложить.
Однако сегодня ему как будто
Неудобно спешить.
Он с тихой улыбкой вертит браслет,
Что прикреплён к часам.
Браслет прослужил ему
Тысячу лет,
Солдат его сделал сам.
Но словно сейчас впервые увидел.
И так с каждой вещью мешка -
Посмотрит и спрячет,
Подумает – вынет
И подзовёт земляка:
Носи, брат, на память…
Давай без того…
И вновь углубится в пожитки.
И старшина не торопит его -
Солдат проходит по жизни…
И это не то, чтоб обычай таков.
Солдат в этом сам не свой.
Трудно быть точкой двух полюсов,
Ехать из дому – домой.
Поэтому он вот так и прощается,
И грусть его не горька.
Лишь только пальцы,
Как спазмы, сжимают
Горло солдатского вещмешка.
"Я помню, как слегка вздремнул…"
Я помню, как слегка вздремнул,
А после резко встрепенулся -
Ведь я приехал в Барнаул,
Ведь я из Армии вернулся.
Я помню тот осенний день,
Асфальт повсюду перекопан.
И даже дембельский ремень
Напоминать стал об окопах.
Казалось, только что прошли
Бои всемирного размаха,
И люди в ямах залегли
От удушающего страха.
Я никого не обманул
И никого не опечалил,
Когда покинул Барнаул,
Когда домой в Рубцовск отчалил.
Траншеи с комьями земли,
Трущоб осевшие бараки -
И здесь бои как бы прошли,
И город новой ждал атаки.
И люди прыгали, как блошки,
И я невольно содрогнулся -
Что не из Армии вернулся,
А выскочил из-под бомбёжки.
"Уж как она меня любила…"
Уж как она меня любила?!
Порою на день десять раз
Мне клятву верности твердила -
И слёзы утешали нас.
Бывало, я приду с работы,
Электроплитку починю -
Она готовит мне компоты,
А я ей песню сочиню.
И было в жизни всё так прочно,
Мы с ней играли в две руки,
И не могли нас опорочить
Любые злые языки.
Потом я в Армию был призван.
Она писала мне, писала,
Любовью так пылали письма!..
И вдруг, как без вести, пропала.
Я по наивности вначале
Военкомат просил – подробно,
Чтоб там, на месте, разобрались.
И разобрались – всё законно…
Она живёт теперь с другим.
Счастливо, якобы, живёт.
И новый муж ей так любим,
Что просто зависть всех берёт.
А я живу в другом квартале
И до сих пор всё не пойму
Того, что средь своих печалей
Я не завидую ему.
Свет времени
"Много поэтов разных…"
Много поэтов разных
Действуют на Руси,
Горьких и с лирой праздной,
Боже, всех упаси.
Слышу их в каждом крае -
Тикают, как часы.
Совесть по ним сверяем -
Боже, всех упаси.
Только Твоё дыхание
В музыке красоты.
Даже когда молчание,
Господи, это – Ты.
Знаю, что час неровен,
Вздрогнут мои весы -
Каждый поэт греховен,
Боже, всех упаси.
Скоро с меня Ты спросишь
И об этой мольбе.
Если не упасёшь их -
Я молюсь о себе.
"Весна ещё лежит под снегом…"
Весна ещё лежит под снегом,
Такая тонкая, с подснежник,
Но всё же слышно иногда,
Как ощутимо оживает
По капле первая вода.
Она, как маленькое сердце,
Стучит по корке изо льда.
Она хотела бы погреться,
Но холод ходит у пруда!
О, как его звон капель бесит!
На крышах, ставнях и в саду
Он их сосульками повесил
Для устрашенья на виду.
Но чем сильнее холодило,
Чем жёстче капли стужа жгла,
Тем больше те в себе копили
Победоносного тепла.
И час пробил. И
наступленье!
Лёд тронулся – и в бурунах
Вода несла освобожденье.
А проще – к нам пришла весна.