Улицы со свистом проносились, огибая каменные углы ветра. Жестяные номера домов, их черные числа отставали, не успевая. Улицы улетали, без названий и номеров, и исчезали и проваливались в закружившейся мгле под хохот и вой черного водосточного безумия труб.
Звезды. Куски и обломки лучей. Обрывки ветра и проводов. Номера, оставшиеся без домов висеть в воздухе:
№ 100
№ 1795
№ 3
№ восемьдесят три
№ 641,07
№ А, В, С
№ 17/?
№ §Кру4ех + ын%:!=
№ и т. д.
А также ржавая вывеска:
КЛАДБИЩЕ ДЛЯ ЖИВЫХ
Темно. Истленьев становится неподвижнее своего молчания.
ИСТЛЕНЬЕВ
Мария!
МАРИЯ
Мария!
ИСТЛЕНЬЕВ
Что?
МАРИЯ
85900016
ИСТЛЕНЬЕВ
Но почему так столько?
МАРИЯ
Потому, что больше я не могу!
ИСТЛЕНЬЕВ
Ах, Мария, если бы вы могли быть рядом и видеть себя!.. Вы так бледны, что ночь возле вас кажется особенно темной. Вы так прекрасны, что...
МАРИЯ
Но кто это?!
ЭВЕЛИНА (появляясь)
Это я.
МАРИЯ
Вы?!
ИСТЛЕНЬЕВ (в сторону)
Она.
ЭВЕЛИНА
Ночь, я иду по улице, какой-то помешанный бормочет навстречу, что он - фонарь и должен светить. Я бросилась прочь...
МАРИЯ
А что же помешанный?
ЭВЕЛИНА
Светил, пошатываясь.
МАРИЯ
Какая странная история!.. Вы так и шли с распущенными волосами?.. Как это, верно, было прекрасно!
ЭВЕЛИНА
При свете помешательства?.. (замечая Истленьева) Вы здесь?!. Вот неожиданность!.. В такое время!.. А я молчание приняла за тишину... Вы побледнели?
ИСТЛЕНЬЕВ
Я?.. Нет...
ЭВЕЛИНА
(в сторону) Бледность отрекается от самой себя... (Марии) Вы - тоже.
МАРИЯ
Это от окон... И к часам.
ЭВЕЛИНА
Я, кажется, в свою очередь собираюсь светить, как тот... фонарь... (Истленьеву) Вы молчите?
ИСТЛЕНЬЕВ
Эвелина!.. Мария!.. Я... Вы, Эвелина, появились...
ЭВЕЛИНА
Чтобы исчезнуть... (не глядя на Истленьева и Марию) Я ухожу... Прощайте!..
ИСТЛЕНЬЕВ
Куда вы?!. Постойте, Эвелина!.. Постойте! Вы - безумная, а там - ночь... и фонарь... Постойте!.. (выбегая следом за ней) Постойте!!!..
9
Из дневника Левицкого
21 сентября
Происходят события, которых я не могу понять. Эвелина и Истленьев исчезли из города. Одни говорят, что они - в Смоленске, другие - что в Новгороде, третьи ничего не говорят и только покачивают головами.
Вечером я - у Витковских. Мария очень изменилась за последние дни. Бледна, молчалива... и еще более прекрасна.
Угол Истленьева пуст, угол Пермякова сверкает глазами. Вдоль стен - незнакомые имена гостей.
1-Й ГОСТЬ
Что ни говорите, а говорить нечего.
2-Й ГОСТЬ
Совершенно с вами согласен. Совершенно с вами согласен. Могу повторить еще раз.
3-Й ГОСТЬ
Вчера со мной приключилась странная история. И вчера же она со мной не приключилась!
4-Й ГОСТЬ
Призраки существуют! Беру в свидетели всех или никого.
5-Й ГОСТЬ
Говорят, что среди людей каждый пятый - четвертый.
КУКЛИН
Да, это показала государственная перепись.
ПЕРМЯКОВ
(в сторону) Ха-ха-ха!.. (к гостям) Хе-хе-хе! Хе-хе-хе!
1-Й ГОСТЬ
От этого смеха мороз продирает по коже... и по мурашкам... чему он смеется?
2-Й ГОСТЬ
Может быть, моим усам? Так это глупо. Им уже давно никто не смеется.
3-Й ГОСТЬ
А что слышно про Истленьева и Эвелину?
1-Й ГОСТЬ
Ничего.
3-Й ГОСТЬ
А еще что?
2-Й ГОСТЬ
Одни говорят, что они в Смоленске, другие не говорят.
4-Й ГОСТЬ
Я не говорю.
5-Й ГОСТЬ
А я?
2-Й ГОСТЬ
А я не могу надивиться на красоту Марии! И зеркала не могут.
3-Й ГОСТЬ
И полночь не знает, за кем ей следовать - за красотой или за часами.
1-Й ГОСТЬ
Мое отражение в часах рябит от секунд.
4-Й ГОСТЬ
О, этот мертвый штиль зеркал!..
В сумраке - не видимый никем разговор с Марией:
ЛЕВИЦКИЙ
Мария! Мария! Когда же я услышу хоть одно слово от вас?.. Вот уже столько дней, как я оставлен в этой тени!
МАРИЯ
Пермяков, тот сам забирается в тень.
ЛЕВИЦКИЙ
Счастливый! - ему безумие помутило рассудок. А мне - нет.
МАРИЯ
Я не знаю, чем вам можно помочь... Ну, пересядьте поближе к свету.
ЛЕВИЦКИЙ
Чтобы лучше было видно мое отчаяние?
МАРИЯ
Вы ведь, кажется, умеете владеть собой.
ЛЕВИЦКИЙ
Чтобы лучше было видно мое самообладание?..
Весь этот разговор кончился, как обычно:
МАРИЯ
Поверьте, я не хочу причинять вам страдания!
ЛЕВИЦКИЙ
Вам и не нужно хотеть...
3 сентября.
Сегодня Николай Иванович Вологдов рассказал мне свой сон, удивительный по логичности и последовательности развернувшихся в нем событий. Он сказал:
"Мне снилось, что за мной пришли две девушки, чтобы пригласить на заседание, посвященное творчеству Пабло Пикассо. Одна из девушек каким-то безнадежным жестом дала мне понять, что дела художника, в связи с этим заседанием, плохи и что, собственно, участь его наследия уже решена... Совещание было в самом разгаре, когда мы вошли в зал. Какие-то люди, весьма почтенной наружности и очень похожие на искусствоведов, выступали по очереди. Производилась, насколько я понял, селекция работ Пикассо. Речь шла о том, что не все творчество художника для нас приемлемо, а только лучшая его часть. Тут же демонстрировалась и эта "лучшая часть": несколько пейзажей, несколько изобразительных полотен, по духу очень мало похожих на Пикассо. Я сказал присутствующим несколько слов в защиту всего остального, сделанного художником, сказал о вечном обновлении его творчества и т. д. Мои слова остались без внимания, и было принято решение отобрать "лучшие" работы и осудить остальные. И тогда я сказал им всем, что вряд ли Пикассо примет к сведению это постановление, что он просто будет, игнорируя его, продолжать работать по-своему. В ответ на мои слова раздался общий оглушительный хохот. Я вышел из зала. Потом, сделав было уже несколько шагов, вернулся к двери и посмотрел: в зале стоял неутихающий смех..."
Николай Иванович улыбается:
"По-моему, искусствоведы посрамлены этим сном".
15 сентября.
У Витковских. Сумрак и мерцающее молчание. Длинные пряди времени падают на лоб часам.
ЕКАТ. ВАС.
В виде чего или в виде кого вы представляете себе время?
МЕЛИК-МЕЛКУМОВ
В виде Наполеона: тот же хмурый тяжелый взгляд и то же бесконечные порывы.
КУКЛИН
Тогда уж прибавьте: и тот же серый походный сюртук...
16 сентября.
Не знаю, где и как я оказался. Ряды домов, ночь по обеим сторонам улицы. Фонари погасли или ушли. Не знаю, сколько времени я простоял под окнами у Марии. Свет не горел. Несколько булыжных шагов взад и вперед по мостовой. Я хочу быть спиной ко всему, но я - ко всему лицом. Я закрываю глаза, ночь закрывает звезды, тишина закрывает все. Я отыскиваю незнакомую подворотню, я узнал ее по черным кирпичным сводам, по моей дрожи, по холоду и темноте. Кто это? Мария? Да, это не она. Такие же волосы, та же походка. Фонарь умер и стоит на ветру. Я прохожу под окнами. Одно открывается, голос Марии зовет. Я не слышу. Тогда она зовет громче. Я останавливаюсь. Фонарь посинел. От звезд на дома струятся светлые крыши. От набережной подуло камнем. Я не один, нас двое: я и я. Голос Марии натыкается в темноте. Я жив, как фонарь.
17 сентября.
У Куклина шестой день запой.
20 сентября.
Запой продолжается. Старшая дочь Куклина относит мое письмо Марии. Я прошу старшую дочь Куклина передать ей письмо. Я написал его.
Мария! Несколько слов - вот что я решаюсь Вам написать. Недавно ночью я слышал Ваш голос. Пусть он не был Вашим - я все-таки слышал его. Что было вокруг? Я не разглядел при свете мертвого фонаря. Знаю только, что была ночь. Я шел, чтобы пересечь город.
Дочь Куклина передаст Вам этот листок. Напишете мне?
Левицкий
Ответа не было. Я передал со старшей дочерью Куклина второе письмо.
Мария! Когда-то в старину фальшивомонетчикам заливали горло расплавленным оловом.
Ваше молчание заливает мне горло. Я сжимаю судорожными пальцами монету моей любви.
Фальшивую?
Левицкий
24 сентября.
У Витковских. Вечер. Темнота выступила из стен. Нету ни Истленьева, ни Пермякова. Куклин за все время не проронил ни слова, ни взгляда. Будто эти седые виски и лиловый нос принадлежат не ему, а сумраку. Потом, когда зажгли лампу, оказалось, что он исчез.
ЕКАТ. ВАС.
Попробуйте кинуть недовольный взгляд зеркалу - оно вам вернет его.
МАРИЯ
А если попробовать это же с часами?
ЛЕВИЦКИЙ
Часы ничего не возвращают, никогда.
МАРИЯ
Что с вами сегодня? Вы так серьезны!
ЛЕВИЦКИЙ
Серьезен, но не опасно.
ЕКАТ. ВАС.
Вы знаете, нынче я видела во сие Истленьева! Вот удивительно!.. Да... Но, из нас кто-нибудь когда-нибудь видел ли его наяву?
МАРИЯ
Анна?
АННА