Всего за 84.9 руб. Купить полную версию
* * *
Оказалось, что одним из видов такой предпочитаемой реальности в большинстве случаев дело не ограничивается. Всё более глубокое последовательное вхождение исследователя в архетипический слой затекста (возможно, моделирующее этапы погружения ребенка-слушателя в затекст произведений разных жанров) и освоение каждого нового открывшегося семантического пространства позволило представить внутренний мир автора и характер его взаимодействия с адресатом как "двойной код": соотношение двух реальностей (точнее, позиций в них): 1) социальной и в дальнейшем интериоризированной, присвоенной: "я в глазах других", она же со-весть; 2) интимной позиции "для себя" как механизма психологической защиты (учета всех мотивов и обстоятельств, а не только моральных требований социума).
Ценность второй внутренней, скрытой позиции определяется упомянутым зеркальным эффектом художественной коммуникации: Я = Ты (требования к себе равны требованиям к Другому, выступающего в роли второго Я). Диктат совести (суровых и однозначных моральных требований к себе) дополнен гибким учетом обстоятельств (не только своих, но и чужих, что предполагает децентрацию); но эта же процедура - так же не осознаваемо! - одновременно производится относительно другого участника художественного диалога, "второго Я". Прокурор amp; адвокат: двуедин лик искусства как уникального инструмента самопознания, самовоспитания и самолечения.
Вторая (внутренняя) позиция появляется в читательском онтогенезе не сразу, а по мере постепенного освоения ребенком фольклорных и литературных произведений (требование дословного перечитывания - показатель этой невидимой работы). Понятно, что вначале слушателю-неофиту доступны самые громкие, отчетливые, насыщенные звуки фонограммы затекста: если колокола и колокольчики, то звонкие - из специального сплава, если лай и рычание, то близкие, хорошо различимые и т. д. По мере развития практики вслушивания в затекст бессознательному ребенка становятся внятны все новые и новые звуки "саундтрека" - дальние, неотчетливые, а также прежде несоединимые, разорванные.
Фонетическая картина значительно обогащается, усложняется, становясь более объемной и насыщенной. Что дает ребенку-слушателю такая амплификация (любимый термин К.-Г. Юнга и А. В. Запорожца)? Не просто дополнительную информацию, но активизацию новой структуры личности, включение указанного процесса учета обстоятельств и мотивов (без чего невозможно психологически зрелое социальное взаимодействие).
Так жизнь в искусстве маленького читателя-слушателя оказывается тайным (потому что неосознаваемым) тренингом важнейших человеческих способностей.
А что означает обратное движение: от зрелой 2-ки к более архаическим полям - неужели только инволюцию (и психическую деградацию)? Имеется ли некий позитивный культурологический смысл в таком попятном движении?
Исследователь изобразительных искусств В. М. Обухов выявил три распространенных отношения художника к изображаемому: объективизм, субъективизм и субъектность. И соответствующие им устойчивые характеристики трех типов авторской личности: реалист - романтик - примитив. "Реалистическая личность - еще и личность критическая, крепко духовно обустроенная, свободная в самоограничении. Она достаточно легко адаптируется к наличным условиям существования, а зачастую т стремится улучшить их.
Романтическая личность - личность душевно разомкнутая. Она с трудом уживется внутри тесного круга существования, а вполне реализовать себя может, пожалуй, лишь в сферах художнической, артистической деятельности" [103;71–72]. Здесь "ценность близкого, посюстороннего - ставится под сомнение или вовсе отрицается. Прекрасное мыслится как идеальное. Художественная оценка изображаемого - произвольна, субъективна" [103;71].
Так, может быть, движение от ранящей реальности (2 семантического поля) к субъективному пространству игры (иллюзии, обмана), сновидения и магии - это путь романтика, "смертельно уставшего от жизни" - от слишком отчетливого ее лицезрения?
Ценно движение к объективности реализма, но оно дополняется не менее ценным противоположным - т. е. романтической позицией?
(Третий вариант художественного проживания реальности - позиция так называемого примитива, органически слитого с устраивающей его реальностью, рассматривается в дальнейших главах в связи с интерпретацией таинственного 1-ого семантического поля.)
Гипотеза: темперамент как единица в синергичной функциональной системе
Попробуем обобщить открытый принцип, распространив его на другой класс явлений - внешне далекий.
Возможно, наличие в структуре бессознательного двух синергичных, взаимосвязанных инстанций (энергийной и гармонизирующей) не только у людей, но и у высших позвоночных (в животном мире использование звуковой палитры специфично для каждого вида, но также имеет место) поможет уточнить характеристики темпераментов - древнейшей типологической классификации.
Как известно, описанные в результате наблюдений над поведением людей "чистые", беспримесные темпераменты в жизни исключительно редки. Попытки психологов - последователей И. П. Павлова добавить к его классической схеме, основанной на трех выделенных в лабораторных экспериментах по формированию условного рефлекса у собак параметрах - силе, подвижности и уравновешенности, дополнительные свойства высшей нервной деятельности (лабильность, динамичность, концентрированность, сензитивность, реактивность, активированность, темп реакций, пластичность и ригидность и пр.) помогли представить проявления базовых темпераментов (холерика, сангвиника, флегматика и меланхолика) в различных видах деятельности и общения, но, в то же время, усложнив четкую схему И. П. Павлова (растворив ее в десятке новых свойств), не очень-то приблизили к выявлению реальной работы, функций темпераментов у конкретных индивидов.
В последнее время предлагается рассматривать в каждом индивиде два, а не один темперамент [145]; тем более что в богатой феноменологии темпераментов (с которой обязана считаться любая теория) имеется описание просвечивания или прорывания второго, субдоминантного темперамента: спокойный, медлительный, застревающий на одном деле, флегматик изредка выдает сильнейшие вспышки гнева, подобно холерику, а забитый, депрессивный меланхолик, стремящийся избегать мнимых и реальных опасностей, ведет себя как быстро реагирующий сангвиник и т. д. Недаром, "большой штандарт" (тестирование лабораторных собак) у И. П. Павлова занимал 2 года! Если бы лауреат Нобелевской премии захотел тщательно пронаблюдать своих лабораторных питомцев еще и в реальной обстановке жизни в стае в городе, то, возможно, догадка о двухтактной системе появилась бы на 80 лет раньше.
Мы предположили, что синергичная, взаимодополняющая работа двух описанных нами выше инстанций проявляется, в том числе, и в последовательной, сменяющей друг друга работе пары противоположных темпераментов как функциональных единиц: энергезирующего (холерик и меланхолик) и гармонизирующего (флегматик и сангвиник). В случае же сочетания в одном индивиде в качестве функциональных единиц сходных темпераментов (гармонизирующего с гармонизирующим или энергизирующего с энергизирующим же) оптимум жизнедеятельности может быть достигнут при союзе, симбиозе с другим индивидом, обладающем полярной (дополнительной) направленностью своей функциональной системы.
За основу в модели работы темпераментов был взят характер восприятия и переработки сигналов в единицу времени: только сильных сигналов у представителей сильных типов высшей нервной деятельности, т. е., по И. П. Павлову, холерика, сангвиника, флегматика, и сильных и слабых у меланхолика (см. Таблицу № 9). Холерик и флегматик успешно воспринимают и перерабатывают как эмоционально окрашенные для них отрицательные, так и положительные сигналы; только холерик воспринимает их всех подряд, а флегматик - в силу инертности нервных процессов - "западая" на одном сигнале, поневоле пропускает другие. В отличие от них сангвиник плохо перерабатывает отрицательные для него сигналы, пропускает (избегает) их, предпочитая быстро переключаться на иные, положительные.
Минусы каждого темперамента известны и очевидны (как и плюсы): гармонизирующие попускают многие важные для адаптации сигналы (инертный флегматик обречен не воспринимать большинство сигналов, подвижный ("живой", по И. П. Павлову) сангвиник - избегать отрицательных, что и заставляет окружающих воспринимать последнего как поверхностного, не влезающего вглубь субъекта), тогда как энергизирующие - истощаются (меланхолик быстро отключается после напряженнейшей работы по переработке всех (сильных и слабых) поступающих сигналов - вследствие процесса торможения, а "неуравновешенный" холерик, если долго работает без перерыва, срывается).
Как компенсировать подобные недостатки? Природой, по-видимому, предусмотрен механизм для успешной адаптации индивида к среде: все темпераменты (не сами индивиды, но функциональные единицы синергийной системы!) время от времени "берут паузу", уступая место противоположной функциональной единице: либо 1) нуждаясь в дополнительной энергетической "подпитке" (гармонизирующие темпераменты), либо 2) сберегая нервную систему индивида от перегрузки (энергезирующие темпераменты).
В результате возможна успешная деятельность.