Всего за 84.9 руб. Купить полную версию
Я не на шутку растерялась, расстроилась. Я почувствовала, как через мое тело проходит эта горячая волна, и внутренне взорвалась.
Это был мой предостерегающий сигнал.
Прежде чем я начну метать острые, как нож, слова своей ярости, я дергаю за кольцо моего Парашюта для Жирафа. Я просыпаюсь! Я возвращаюсь к себе и позволяю "волчьей карусели" – на этот раз сознательно – раскрутиться в полную мощь. Внутри меня и под защитой Парашюта для Жирафа.
"Этого еще не хватало! Вот ведь шарашкина контора! Они же мне обещали, что все будет в порядке! Мне совершенно необходимы эти снимки! Я ведь специально сдала их заранее, перед поездкой. Мне уже в понедельник надо все развесить.
Черт побери! Как бы тщательно я все не планировала, в последний момент все идет насмарку!
И такое не в первый раз! И зачем я опять положилась на этих людей?! Я должна была предвидеть такой исход!"
Слышишь, как быстро меняется направление моих упреков? – То я упрекаю саму себя (направление вовнутрь), то других людей (вовне). Как же челюсти моих "волков" достают до меня самой? Или лаборатория это прошляпила, или я сама же и виновата! Все это – волчий вой…
Изливая свой гнев внутри себя в словах, я немного охлаждаюсь и вновь начинаю ощущать дружественную землю у себя под ногами.
Через несколько мгновений я ощущаю: под моей закипающей яростью проступают озабоченность и беспомощность, и я чувствую свою насущную, неотложную потребность в сочувствии к моей проблеме, в чьей-нибудь поддержке и содействии, чтобы реализовать собственную обязательность.
Вместо того чтобы расточать в адрес продавца "волчьи" упреки и давать выход своему внутреннему напряжению через уничижительные комментарии ("Шарашкина контора!"), я по-жирафьи, то есть в полный голос, кричу о своей беде в энергетически заряженных "я-сообщениях", о том, что я ощущаю, в чем я нуждаюсь и о чем прошу. Это в Ненасильственном Общении и называется "криком Жирафа".
Избегая какой бы то ни было оценки продавца или магазина, я крайне отчетливо и настойчиво говорю о том, что у меня на душе, каково мое положение, что в моей ситуации зависит от этих фотографий и в чем я нуждаюсь. При этом растут мои шансы "достучаться" до продавца на эмоциональном уровне.
"Вы говорите, мои снимки вообще не были напечатаны? У меня просто опускаются руки! Что же мне делать? Через четыре дня открытие моей выставки, и все, что предполагалось показать зрителю, – именно эти фотографии! Вы понимаете?! Есть окончательная дата выставки, к которой мне необходимы эти снимки! Речь идет не о каких-нибудь приятных воспоминаниях об отпуске! Снимки должны уже во вторник висеть в галерее! Вы можете себе представить, что я почувствовала, когда услышала от вас, что лаборатория вообще их не напечатала! У меня просто почва уходит из-под ног. Вы можете мне как-нибудь помочь? Мне сейчас же необходимо что-то придумать, чтобы эти снимки были готовы к понедельнику! Я даже не хочу думать о том, что случится, если у нас ничего не получится! Может быть, есть какие-нибудь срочные услуги? Пожалуйста, скажите мне, что, по-вашему, можно сделать!"
Продавец тронут. Его не направляют по заезженной колее обвинений и оправданий. По собственной инициативе он связывается с главным менеджером ателье. Конструктивный элемент заразителен. Мы вместе обсуждаем возможные решения. Главный администратор дозванивается до ответственного секретаря в лаборатории и удостоверяется в том, что все сотрудники, которые будут участвовать в изготовлении моих снимков, лично проинформированы о срочности заказа. Я предлагаю самой заехать в лабораторию, чтобы ускорить весь процесс. Но в этом уже нет необходимости. То, что обычно занимает "десять дней – минимум!", теперь возможно в два дня. В ателье пришли снимки превосходного качества. Я успела вовремя оформить выставку, и она имела успех.
Давайте еще раз вкратце подытожим сказанное.
В оркестре наших чувств гневу отведена особая роль. С одной стороны, это "настоящее" чувство, с другой стороны, гнев никогда не возникает сам по себе. Он подстрекается полчищами наших оценочных мыслей, которые поддерживают его и помогают ему занять уверенные позиции.
Когда же происходит нечто, по поводу чего я сержусь, я, находясь в полном контакте со стихией своего внутреннего бунта, дергаю за кольцо своего Парашюта для Жирафа, "просыпаюсь" и осознаю, что только что в воздух взвилась ракета моего гнева. Я позволяю своему оценочному мышлению какое-то время побушевать у себя в голове, не вымещая собственный гнев на своем собеседнике.
Я вспоминаю о том, что мой "оценочный волчий разум" с его острыми зубами гнева как раз и хочет уберечь меня от непосредственного переживания того, что на самом деле со мной происходит. Я вспоминаю об этом и с пониманием отношусь к его миссии. Тем самым я позволяю своему более "оголенному" и глубокому подлинному чувству проступить из-под волн бушующего моря моего гнева и начинаю ощущать, что, в сущности, мне просто грустно, я чувствую себя одинокой или беспомощной. Осознав эти чувства, я продолжаю движение по привычной схеме Четырех Шагов к своей потребности, заявляющей о себе здесь и сейчас, и к своей просьбе.
Чувство вины – ах, какая досада!
Несколько месяцев назад, в своем решительном порыве к прекрасному ("наш дом должен стать красивее!"), я исходила весь наш сад и решила срубить трехметровое хвойное дерево, которое своими ветками закрывало один из проходов в палисадник перед домом.
Через несколько дней со мной заговорил сведущий в ботанике сосед:
"Госпожа Руст, ради всего святого – зачем вы спилили это прекрасное редкое дерево кипарисовика туполистного? Они же так медленно растут!"
М-да.
Мои волчьи уши сами по себе навострились, тихий шепоток укоров совести зашелестел среди моих мыслей, и я услышала в себе голос своей (волчьей) "Внутренней наставницы:
"А он прав! (Это начинает набирать обороты волчье мышление: "Кто-то один должен быть прав!") Серена, ты действительно невыносима! Ты все испортила! Такое красивое деревце было! Выросло за 50 лет, а ты его уничтожаешь в 10 минут! (как вариант реакции "Ты ни на что неспособна!"). Ты ничем не восхищаешься! Недалекая эгоистка! У тебя получилось настоящее убожество! Да и выглядит все теперь как-то голо! Ты уничтожила ценное растение! Стыдись! (подкидываем Волкам корма: вина, да еще и стыд!) Неплохо бы иногда сначала подумать, а потом уж действовать. Да ты просто глуповата… и т. п."
Тебе знаком такой внутренний голос?
Такими доводами моя "внутренняя наставница" может совсем стереть меня в порошок, а поскольку я слушаю своими волчьими ушами и направляю реакцию на себя, то я с ней еще и соглашаюсь и уже "чувствую" себя действительно виноватой.
"Да, действительно! Я могла бы и оставить это деревце! И почему я всегда так радикальна! Ап – и отрезано! Теперь у нас в саду и впрямь стало как-то неуютно – что за бессмысленная вырубка! Действительно, в этом не было такой уж необходимости! И что подумает обо мне наш сосед? Он явно считает меня неграмотной невеждой!"
В чем тут трагедия? В том, что все эти мысли относятся к уже случившемуся. Никакие "ты должна была бы" или "ты могла бы" не могут ничего изменить. Они только еще глубже загоняют меня в мою больную совесть.
Подавленная и парализованная, я сижу в изолированной "западне" собственной волчьей идеи вины. Если рассуждать последовательно, то следующим этапом моего пути должно стать "справедливое наказание". Поэтому часто вместе с "чувством вины" в нас поселяется страх.
Я заключаю выражение "чувство вины" в кавычки, поскольку в понимании Ненасильственного Общения вина не является чувством. Она возникает из того самого образа мыслей, который необходим Волку, чтобы различать добро и зло. Этот образ мыслей помогает ему подчинять окружающих своему влиянию, властвовать над ними и обеспечивать собственное превосходство над другими.
Так же, как и в ситуации с гневом, это "чувство-концепция" не ведет меня к моим насущным, непосредственным потребностям. И здесь за "чувством вины" следует искать скрытые подлинные чувства.
Я посылаю сигнал SOS "Жирафу внутри меня". Он кидает мне свою четырехступенчатую веревочную лестницу, чтобы вытащить меня из моих мыслей о вине.
"Ты думаешь, что сделала что-то неправильно и что ты виновна, да? И ты, вероятно, чувствуешь себя беспомощной и несчастной… Может быть, тебе даже страшно? Наверняка тебе сейчас пригодились бы сочувствие, тепло, поддержка?" – участливо спрашивает меня Жираф.
Мое напряжение ослабевает. Жираф тем временем ловко выстраивает мостик от моего "чувства вины" к моим подлинным чувствам.
Я отвечаю ему:
"О, мне уже лучше, раз ты здесь! Я уж было совсем зарвалась. Чувствовала себя сморщенной изюминой, так меня иссушило это чувство вины! Укутанная в одеяло твоего тепла и сопереживания, я уже чувствую себя гораздо увереннее! И мои жизненные силы снова текут по моим жилам, как у сочной виноградины!"
"Жираф внутри меня" помогает мне выбраться из мрачного подземелья моего собственного ущербного волчьего мышления.
Он продолжает: "Сейчас я все свое внимание посвящаю тебе. Я крепко держу эту чудесную лестницу, по которой ты можешь снова подняться ко мне, в наш жизнерадостный мир Жирафов. Правда, по пути тебе предстоит понять, что ты чувствуешь и в чем нуждаешься!"