Дверь снова открылась. На этот раз Себастиан обернул полотенце вокруг талии. Ничего не изменилось - картина перед глазами была все такой же сногсшибательно сексуальной. Он зачесал волосы назад, и мне представилась возможность получше рассмотреть черты его лица. Да уж, в его мужественности сомневаться не приходилось.
Себастиан подозрительно прищурился:
- Ты точно ничего не почувствовала?
- Ага. - Я никак не могла отвести взгляд от полотенца. Оно ведь могло упасть, а мне не хотелось пропустить ни секундочки.
Стренд присел на край кровати. Свежий аромат его кожи пропитал воздух и вскружил голову. Великолепные сильные руки опустились на колени. Внимательные глаза смотрели на меня из-под мокрых длинных ресниц.
- Ты как? - спросил он.
- Лучше не бывает. - Кажется, я перебрала с энтузиазмом.
На его лице отразилось понимание.
- Ты "ныряла", да?
- Чего? - притворно оскорбилась я. - Ничего подобного.
Он встал и отвернулся.
- Ну и что ты видела?
Я так сильно прикусила губу, что почувствовала вкус крови.
- Ничего особенного. Честное слово. Не на что было смотреть.
Усмехнувшись, Себастиан опустил голову:
- Я чую ложь, Андреа. И можешь мне поверить, в этом я профи. Вот почему я так быстро добился своего положения.
Волей-неволей я задумалась, нет ли у него собственных сверхъестественных талантов.
Словно от сожалений, его губы превратились в жесткую линию.
- С ней все в порядке. Посидит в местном участке, пока все не закончится.
Я кивнула:
- Мне не стоило вторгаться в твою личную жизнь. Я… я не смотрела.
Он невесело улыбнулся:
- Я чую ложь.
- Ну то есть… я видела, но не все. - Было так стыдно, что запылали щеки. - Извини.
Он рассердился, а я одним дурацким "нырком" потеряла всякое доверие. И все-таки ему было любопытно.
- Как у тебя это получается? - спросил Стренд, снова сев на кровать. - Как вообще можно видеть то, что уже произошло?
Я пожала плечами:
- Понятия не имею. Нам это дано, вот и все.
- Нам?
От того, что он так близко, было невероятно тепло. Мне хотелось отодвинуться, но только потому, что с трудом удавалось подавлять желание к нему прикоснуться. Хотелось погладить его руки. Провести ладонью по плечу. Потрогать пальцами крепкие бицепсы. Или даже языком. Я так отчаянно его хотела, что стала жалкой даже в собственных глазах. И, едва подумав об этом, еще больше смутилась.
- Женщинам в нашей семье. Со времен моей прапрабабушки. Она работала в цирке, и директор требовал у нее добывать информацию, чтобы вытряхивать из людей деньги. Прабабушку убил человек, который посчитал ее одержимой. Бабушка и ее сестра-близняшка вели жизнь отшельниц. До сих пор никто точно не знает, что с ними случилось, и почему мир их так пугал. В юности у них было много друзей, а потом они стали слегка тронутыми.
- Тронутыми?
- Сумасшедшими.
Себастиан придвинулся чуточку ближе, и желание прикоснуться к нему вспыхнуло с новой силой. Я скрестила на груди руки, чтобы им не вздумалось разгуляться.
- А твоя мать?
Я стыдливо отвела взгляд:
- Она спуталась с криминальной группировкой. Показала свой дар не тому человеку, доверилась ему и в итоге творила ужасные вещи.
- Например?
В голосе Себастиана все еще звучали резкие нотки. Наверное, он никогда не сможет снова мне доверять. И от этой мысли болело сердце.
- Не знаю. Она никогда не рассказывала. Помню только, что росла с матерью, у которой хоть какие-то эмоции возникали только при виде алкоголя. Но она оставила мне дом, - добавила я, чтобы у печальной истории был счастливый финал.
- И давно ты умеешь "нырять"?
- С детства. Мама научила.
Стренд задумчиво выпрямился.
- Каково это было - расти с таким даром?
- Не позавидуешь.
Он коснулся моего подбородка, вынуждая посмотреть ему в глаза.
- Мне очень жаль, Энди.
Он назвал меня Энди. Моя спятившая подруга, якобы похищенная в детстве инопланетянами, утверждала, что я полюблю мужчину, который будет называть меня Энди. И, черт бы все побрал, была права. Жаль, что, когда дело раскроют, я больше никогда его не увижу.
Внезапно Себастиан посмотрел на мои губы. В ответ на его взгляд все тело завибрировало. Он провел пальцем по моей нижней губе, и время остановилось. Образно выражаясь.
Из эйфории меня вывел писк сотового. Как будто с неохотой, Стренд опустил руку и нетерпеливо схватил со стола телефон.
- Да! - рявкнул он в трубку и пошел в ванную, чтобы поговорить без свидетелей.
Ну неужели он ничему не научился? Я ведь могу в любой момент "нырнуть" и подслушать разговор. Впрочем, ничего такого делать я не стала. Лучше избавиться от плохой привычки, пока все не вышло из-под контроля. Придушить в зародыше, как выразилась бы моя спятившая подруга Минди.
Через несколько минут Себастиан вернулся. На этот раз в свободных джинсах. Однако, кроме штанов, не было больше ничего. Ни носков, ни футболки… Господи, держите меня…
- Нашли, - сказал он и опять сел рядом со мной.
Кровать под ним скрипнула, матрас продавился. Даже гравитация хотела, чтобы я оказалась поближе. Я подтянула колени к груди. Это был мой собственный защитный механизм - я защищала Себастиана от себя.
- Замечательно.
Он тихо рассмеялся:
- Ты хоть знаешь, о чем речь?
- Не совсем, но новости, похоже, хорошие.
- Очень хорошие. И все благодаря тебе.
- Это плюс. Обычно я по ту сторону баррикад, которая симпатии не вызывает.
- Нашли химическую бомбу.
Я мигом села.
- Нашли? Как?!
- До наших дошло, что активация бомбы была назначена на завтра. В церкви со статуей Полуденную Евхаристию проводят по четвергам. Так что времени практически не осталось. И все-таки вокруг церкви разместили камеры видеонаблюдения. Бомба нашлась случайно. Оказывается, Винс уже спрятал ее там, чтобы его не взяли вместе с ней.
- А бомба точно одна?
- "Адепты" точно привезли в страну только одну. Но скоро у нас будет больше информации. Винса держат в КПЗ. А благодаря твоему описанию машины Юсефи тоже попался. Он остановился в Олбани купить заднюю фару. Там его и приняли за угон.
- Не может быть! - Я ушам своим не верила. Все разрешилось так легко! - Это… это же… - У меня не было слов.
Впервые с момента нашего знакомства Себастиан по-настоящему, широко улыбнулся и закончил за меня:
- Удивительно.
От невыразимого облегчения, что теперь с ним все будет в порядке, я бросилась к нему и крепко-крепко обняла. Он тоже меня обнял, и я растаяла в сильных теплых руках.
- Только мы никак не решим, что с тобой делать, - сказал он мне в волосы.
Я отстранилась.
- В каком смысле?
Уголок его рта игриво приподнялся. Господи, я обожаю эту полуулыбку!
- С одной стороной, - неторопливо начал Себастиан, - ты представляешь угрозу национальной безопасности.
У меня отвисла челюсть.
- Как я могу представлять угрозу национальной безопасности?
- Ты можешь встать возле Белого дома и узнать все, что там происходит. Представляешь, что можно сделать с такой информацией?
- Не очень.
- Вот и хорошо. - Даже в голосе Стренда звучала улыбка, от которой хотелось сойти с ума. - С другой стороны, - продолжил он, - ты можешь стать потрясающе полезным приобретением.
- У меня почасовая оплата, - притворно огрызнулась я, - и я требую полный соцпакет.
Как бы там ни было, хотела я только одного. Себастиана. Где-то на задворках сознания жужжала мысль, что уже завтра меня могут посадить за решетку. Как только кто-нибудь хорошенько подумает о моих способностях, меня тут же объявят угрозой национальной безопасности. Я никогда не думала о своем даре в этом смысле, но Стренд прав. Прекрасно. Меня и правда могут надолго сослать в Гитмо.
Тишина затянулась, но Себастиан наконец ухмыльнулся:
- Есть у меня ощущение, что ты можешь требовать чего душа пожелает.
Ох, как же он ошибался!
- Ты успела понравиться моему боссу.
- Это хорошо. Потому что самолетик мне приглянулся.
- За тобой уже едут.
Я отшатнулась:
- Как? Уже? Но я думала…
- Раз уж все закончилось, начальство не видит причин и дальше держать тебя здесь. - Себастиан встал и начал собирать мои вещи. - Я отправлюсь в штаб писать отчеты, а потом получу новое задание.
- Ясно.
Сердце рассыпалось на осколки. Честное слово, я самое жалкое создание на земле. В конце концов я слезла с кровати и стала помогать. Не то чтобы вещей было много. Точнее всего пара шмоток.
- Одежду мне вернут?
- Не знаю. Честно говоря, мне нравится, как ты выглядишь.
Отобрав у него блузку, которую носила три дня, я осмотрелась по сторонам.
- Почему штаны забрали, а блузку нет? И где моя куртка?
- В химчистке. Она была вся в грязи.
Руки пытались чем-то заняться, но делать было нечего. Я должна уехать. А раз так, то наверняка больше никогда не увижу Себастиана. От одной только мысли ныло в груди. Как меня угораздило к кому-то привязаться за такое короткое время?
В груди пульсировала боль, а я все смотрела и смотрела на блузку. Сзади подошел Себастиан. Так близко, что практически прижался ко мне.
- Я хотел бы снова с тобой увидеться, - проговорил он севшим голосом.
- Я бы тоже этого хотела.