Глава 4
Сборы были недолгими. На следующее утро доктор Гровз приехал навестить княгиню и, проведя с нею около четверти часа, пожелал переговорить с Анцеллой.
Они спустились в гостиную с окнами на Эзу. Эта комната не выглядела столь роскошно, как салон, хотя также была весьма симпатичной.
- Княгиня отзывается о вас очень благожелательно, госпожа Уинтон, - начал доктор Гровз.
- Меня это радует, - ответила Анцелла. - Надеюсь, что смогу оправдать доверие, которое оказал мне сэр Феликс.
- Я также был в этом уверен.
Внешне доктор Гровз чем-то напоминал сэра Феликса Джонсона: приблизительно того же возраста, такие же очаровательные манеры. Как и сэр Феликс, он носил традиционный сюртук и цилиндр, а также мастерски завязанный галстук, в центр которого была воткнута булавка в виде подковы. В Монте-Карло, подумала Анцелла, все неизменно обязано быть символом счастья.
- Однако если быть до конца откровенным, - продолжал доктор Гровз, - я должен признаться, что рассчитывал увидеть более зрелую даму. Но если княгиня вами довольна, то все остальное уже не имеет значения.
- Правда, что княгиня так уж больна? - спросила Анцелла.
Это казалось ей не совсем соответствующим действительности, если принять во внимание последние часы, которые княгиня провела в казино, а также тот факт, что она делала все, что хотела.
- Мне кажется, что вы, как сиделка ее сиятельства, - медленно произнес доктор Гровз, - просто обязаны знать все, что связано с этим конкретным случаем. - Доктор замолчал, после чего с легкой усмешкой спросил: - Как вам кажется, сколько княгине лет?
Анцелла не ожидала такого вопроса.
- Понятия не имею, - ответила она. - Но, судя по ее внешнему виду, она очень стара… ей уже сильно за семьдесят.
- А на самом деле, - ответил доктор Гровз, - ей лишь недавно исполнилось шестьдесят два года!
Анцелла не могла скрыть удивления.
- Это действительно очень грустная история, - сказал доктор Гровз.
- Не могли бы вы ее мне рассказать? - попросила Анцелла.
- Вам следует знать, что в молодости княгиня была весьма привлекательной женщиной, - начал доктор Гровз. - Когда я увидел ее впервые лет двадцать назад, она была еще очень хороша собой.
Припомнив профиль княгини, Анцелла согласилась, что это могло быть правдой. Минувшей ночью она и сама отметила: всякий раз, когда ее сиятельство разговаривала с графом Андре, была возбуждена или чем-то заинтересована, ее лицо преображалось и становилось красивым.
- В молодости, - продолжал доктор Гровз, - княгиня вышла замуж за князя Сержа Всеволовского. Муж, которого ей определили родители, был старше ее на пятнадцать лет и считался, как я думаю, самым красивым мужчиной в России.
Анцелла уже хотела заметить, что Владимир, видимо, точная копия своего отца, но вовремя прикусила язык.
- Естественно, - продолжал доктор Гровз свой рассказ, - что она безумно полюбила своего мужа. Он очень хотел иметь детей. Княгиня по неизвестным мне причинам сначала не могла забеременеть, а позже у нее несколько раз случались выкидыши. И в результате, когда родился князь Владимир, ей уже было тридцать пять лет.
- Князь Серж, вероятно, был очень счастлив! - сказала Анцелла.
- Конечно, он был доволен. К сожалению, это не мешало ему бесконечно ей изменять.
Анцелла вопросительно взглянула на доктора, который продолжал:
- Следует помнить, какие искушения вставали у него на пути. Князь много путешествовал, бывал в Англии, постоянно ездил в Париж и, естественно, когда Монте-Карло вошло в моду, стал бывать и здесь. - Доктор улыбнулся. - Тут никогда не было недостатка в чрезвычайно привлекательных женщинах, готовых броситься в его объятия, а княгиня, которая была необычайно, почти фанатично властолюбива, становилась все более ревнивой.
Взгляд Анцеллы был полон сочувствия.
- Рождение ребенка, - продолжал доктор Гровз рассказ, - а также болезни, которые преследовали ее на протяжении нескольких лет, не лучшим образом сказались на ее внешнем виде. Поэтому, желая вернуть былую красоту, она советовалась с каждым специалистом в России и в других странах Европы. Она испробовала множество средств, которые присоветовали ей знахари. - Тут голос доктора Гровза стал более суровым. - Всегда найдутся шарлатаны, готовые использовать подобную ситуацию, чтобы извлечь для себя выгоду, паразитируя на несчастье богатой женщины, не считаясь с тем, какой вред могут ей нанести.
- И что же случилось? - спросила Анцелла, догадываясь, каков будет ответ.
- Один из знахарей, - сказал доктор Гровз, - продал ей "чудодейственный препарат", благодаря которому, как он уверял, на протяжении одной лишь ночи она изменится настолько, что будет выглядеть словно восемнадцатилетняя девушка. И вы сами видите, что произошло!
- Ее кожа!
- Вот именно, - ответил доктор Гровз. - Так называемый чудодейственный препарат разрушил ткань кожи, она стала такой, какой вы можете ее сегодня видеть: сплошная сеть морщин, напоминающая китайский пергамент.
Именно таким виделось Анцелле лицо княгини, и она глубоко ей сочувствовала, понимая, что ради большой любви к мужу эта женщина и старалась вернуть свою красоту.
- И уже невозможно ничего сделать? - спросила она.
- Абсолютно! - ответил доктор Гровз. - Все это, естественно, привело к тому, что ее сиятельство стала выглядеть гораздо старше своих лет и ее вид, когда еще был жив князь Серж, явился источником непередаваемой трагедии.
- Мне кажется, что женщина в любом возрасте заботится о своем внешнем виде, - заметила Анцелла.
- Конечно, вы правы, - согласился доктор Гровз, - но княгиня свою пылкую, всепоглощающую любовь перенесла на сына. И если в прошлом она ревновала к мужу, то сейчас точно так же ревнует к князю Владимиру.
Теперь Анцелла начала понимать то, что сказала ей княгиня.
- Я рассказываю вам все это для того, - продолжал доктор Гровз, - чтобы вы знали: время от времени княгиня может производить впечатление слегка неуравновешенного человека, особенно когда дело касается ее сына.
- Я уже поняла, что в мыслях она иногда путает его со своим мужем, - призналась Анцелла.
- Вы весьма наблюдательны, госпожа Уинтон, - заметил доктор Гровз. - Я и ранее подозревал что-то подобное, но с момента приезда княгини сюда в этом году мне все не хватало времени, чтобы найти подтверждение моим догадкам.
- Неужели ничего нельзя сделать? - спросила Анцелла.
- К сожалению, нет, - ответил доктор Гровз. - Мы можем заботиться только о том, чтобы она была здорова, не принимала никаких подозрительных лекарств и чтобы ее интересы не замыкались на князе Владимире и его романах.
- У него много романов?
Анцелла понимала, что ее вопрос не совсем тактичен, но не могла удержаться, чтобы его не задать.
- Здесь людей занимают только две вещи. Это страсть и слухи! Если верить последним, князь Владимир, где бы он ни появлялся, оставляет после себя гору разбитых сердец. - Доктор засмеялся. - Возможно, это прозвучит слишком драматично, госпожа Уинтон, но смею вас заверить: мне часто приходилось залечивать разбитые сердца, хотя об этом говорят, прибегая к куда более сложным медицинским терминам.
Анцелле показалось, будто доктор Гровз пытается ее предостеречь, хотя и не обращается непосредственно к ней.
Она убедилась в правоте своего предположения, когда доктор осторожно добавил:
- Смею надеяться, госпожа Уинтон, что если вы вдруг окажетесь в затруднительной ситуации, то обратитесь ко мне как к своему другу, с которым можно говорить совершенно откровенно. Сэр Феликс, я знаю, очень уважал вашего отца. И я хочу, чтобы вы помнили: в случае чего вы всегда можете на меня рассчитывать.
- Очень мило с вашей стороны, доктор Гровз. Я способна оценить ваши слова, - сказала Анцелла. - Однако надеюсь, что мне не придется вам надоедать. Все свое время я буду отдавать княгине, так как именно для этого сюда и приехала. - Она слегка улыбнулась, после чего добавила: - Впрочем, я не думаю, что каждую ночь буду проводить в казино.
- Если бы вы прожили здесь столько же, сколько я, - ответил доктор Гровз, - вы бы сами убедились, насколько это скучно, особенно когда ты не можешь позволить себе проигрывать деньги.
- Я тем более не могу себе этого позволить! - оживилась Анцелла. - Однако считаю, что это очень интересно - иметь возможность понаблюдать за местом, одно название которого множество людей в Англии произносит с таким ужасом.
- Пожалуй, это так, - согласился доктор Гровз. - И епископы весьма нелестно отзывались о Монте-Карло. Хотя, честно говоря, обвинения, которые они выдвигали против казино, сильно преувеличены.
- Я думала, это правда, - ответила Анцелла. - За исключением…
Она уже собиралась рассказать о мужчине, который предыдущей ночью проиграл все, что имел, но тут же подумала, что совершит ошибку, рассказав об этом доктору Гровзу.
- А правда в том, что казино придается слишком большая огласка, - признался доктор. - Как хотя бы в той же песенке: "Мужчина, который сорвал банк в Монте-Карло".
Анцелла, слышавшая эту песенку и знавшая, что сейчас она очень популярна, исполняется каждой шарманкой в Лондоне, рассмеялась.
- Он что же, существовал на самом деле? - поинтересовалась она. - Я думала, это просто вымышленная фигура.
- Отнюдь, - ответил доктор Гровз. - Его звали Чарлз Девилл Уэллз, я встречал его здесь семь лет назад.
- И он на самом деле сорвал банк?