- А как же, несколько раз на протяжении трех дней! Когда такое случается, а на столе, где стоит рулетка, не хватает денег, стол накрывают полотнищем из черного крепа и до тех пор, пока из хранилища не принесут новые банкноты и ящики с золотом, рулетка замирает.
- Потрясающе! - вскричала Анцелла. - И сколько же выиграл господин Уэллз?
- Ходят слухи, - ответил доктор Гровз, - что свой первоначальный капитал, который составлял четыреста фунтов, на протяжении трех дней он превратил в сорок тысяч! Это был маленький, неприятный человечек. Сейчас он сидит в тюрьме.
- В тюрьме? - удивилась Анцелла.
- Как выяснилось, нашлось много охотников доверить ему свои деньги. Он собрал почти тридцать тысяч фунтов, уговаривая людей вложить деньги в его изобретение: новое приспособление, уменьшающее расход угля на паровых судах. В действительности никакого изобретения не существовало.
Анцелла подумала, что в данном случае деньги не только не принесли их владельцу счастья, но и превратили его в преступника. Доктор Гровз взглянул на часы.
- Я охотно задержался бы здесь и продолжил наш разговор, госпожа Уинтон, - сказал он, - но меня ждут пациенты. Честно говоря, ни одному из них срочная помощь вовсе не требуется. - Он подошел к двери и остановился. - Прошу вас, последите за княгиней, - добавил он, - и за собой тоже.
И вновь Анцелла услышала в его голосе предостережение, а когда он ушел, в задумчивости стала подниматься наверх, к княгине.
Хозяйка была в исключительно хорошем настроении, скорее всего потому, что всю предыдущую ночь проговорила с графом Андре. Под утро, подходя к экипажу, запряженному четверкой резвых коней, с незнакомой еще Анцелле теплотой в голосе она произнесла:
- Граф Андре - мой очень хороший приятель.
- Я так и подумала, - ответила Анцелла.
Ей хотелось спать. Она измаялась, пока сидела в ожидании княгини, но одновременно испытывала определенное облегчение, что не нужно было стоять возле рулетки и от ее имени делать ставки.
- Он был ко мне необычайно внимателен, когда со мной случилось несчастье, - объяснила княгиня. Она говорила так, будто вспоминала минувшие дни для собственного удовольствия, а не для Анцеллы. - Мне казалось, что моя жизнь кончилась, но он сумел показать мне, сколько в этой жизни счастья и радости.
- Он… полюбил вас? - спросила Анцелла и только после этого подумала, что, возможно, ведет себя слишком дерзко, высказывая подобные догадки.
- Ну конечно! - оживилась княгиня. - И был пламенным, красноречивым любовником, как и большинство французов.
- Вы, вероятно, хотели с ним бежать?
Княгиня рассмеялась.
- Не представлялось такой возможности, - ответила она. - У него была слишком ревнивая жена, да она и по-прежнему с ним. Хуже всего то, что она держит руку на семейной кассе. - После этого с язвительной ноткой в голосе добавила: - Она одна из тех американских мультимиллионерш, которые, получив кучу долларов в наследство и охотясь за титулом, слетаются в Европу, словно саранча. Мужчины из знатных родов притягивают их точно так же, как и иконы, и всякого рода произведения искусства.
Ее внезапная ненависть к жене графа настолько явно бросалась в глаза, что Анцелла решила больше не задавать никаких вопросов, но княгиня сама не спешила прекратить разговор.
- Женщины - это гарпии, - сказала она. - Все до единой! Им мужчина нужен только для того, чтобы что-то от него получить. Они высосут бедняжку до последней капли крови! Они ненасытны: дома, лошади, драгоценности, наряды - не существует ничего, чего бы они не требовали от мужчины. И, естественно, если к тому же лишены совести и достаточно хитры, они принудят мужчину к тому, чтобы тот отдал им свою фамилию! Я не перестаю предупреждать Владимира: берегись! А он меня не слушается, как и Серж. - Ее голос дрогнул, и она пробормотала себе под нос: - Гарпии! Ведьмы! Вампиры без сердец, без души. А мужчины настолько глупы, что не могут им отказать!
В молчании они ехали в направлении виллы д'Азар. И лишь позже княгиня уже более спокойным голосом сказала:
- Смешанные браки никогда не приносят счастья. - Она взглянула на Анцеллу и добавила: - Как ты думаешь, эта английская маркиза хочет выйти замуж за моего сына?
Анцелла раздумывала недолго.
- Ваше сиятельство забывает, что я приехала лишь вчера.
- Да-да, конечно. Но если Владимир все-таки женится и если это произойдет до того, как я умру, - то лишь на россиянке!
Анцелла ничего не ответила, но сейчас, поднимаясь по лестнице, подумала: то, что доктор Гровз рассказал о княгине, объясняет ее вчерашний взрыв недоброжелательности по отношению к женщинам.
Ей было очень неприятно, что княгиня, стараясь казаться красивой и привлекательной, по существу разрушала все то, что она сама старалась сохранить. Она теперь понимала, почему княгиня румянила лицо и красила губы помадой, что в Англии считалось крайне предосудительным. Лишь один тип женщин, о которых не принято даже упоминать, употреблял всякого рода косметику. По крайней мере, тетки Анцеллы всегда ей это говорили, но сейчас она не могла удержаться от подозрений, что и у маркизы цвет лица вовсе не был таким ослепительно белым, как это казалось вечером, а необычный оттенок на устах не являлся исключительно даром природы. Хотя, надо сказать, она применяла косметику чрезвычайно искусно. Минувшей ночью Анцелла видела в казино женщин, которые и не скрывали, что сильно накрашены, хотя не было никакого сомнения в том, что именно благодаря этому они и выглядели более или менее притягательно.
Княгиня была занята тем, что разрабатывала новую систему игры.
Ее кровать была завалена листами бумаги с подсчетами, схемами и множеством книг, которые, как узнала Анцелла, можно приобрести в Монте-Карло. В них описываются различнейшие "надежные" системы, которых насчитывалось несколько десятков - игра туринская, игра самурская, треугольник Паскаля, доминирующие числа, дифференциальное исчисление, астрология. Книги стоили от половины шиллинга до двадцати четырех фунтов, но Анцелла была уверена: если бы какой-нибудь из этих методов на самом деле приносил счастье, то лицо, которое его открыло, вовсе не захотело бы поделиться им со всеми.
Однако в казино она заприметила много женщин с одной из таких книжек.
- Я начинаю подумывать, что мне повезло бы куда больше, если бы я сыграла в баккара, - сказала княгиня.
- Интересно, выиграл ли вчера ночью его сиятельство? - не заметила, как проговорилась Анцелла.
- Он играл в баккара? - насторожилась княгиня.
- Когда я передавала ему ваше сообщение, мне показалось, что такое желание у него было.
- А кто с ним был? - поинтересовалась княгиня.
Анцелла слишком поздно сориентировалась, что лучше всего было бы вообще об этом не упоминать, но сейчас ей не оставалось ничего другого, как сказать правду:
- Маркиза.
- Ну конечно! - резко выкрикнула княгиня. - Я абсолютно уверена, что эта женщина не должна здесь задерживаться, а Борис сказал мне, что…
Она умолкла, как бы поняв, что может выдать тайну, и, взяв с кровати листок бумаги, принялась его анализировать.
Но вскоре настало время ленча. Княгиня, уже переодевшаяся, вместе с идущей следом Анцеллой вошла в салон, в котором уже собрались гости.
Всего там было двенадцать человек, в числе которых и две благовоспитанные пары с соседних вилл. Анцеллу представили гостям, однако никто из них не пытался завязать с нею разговор, поэтому она оказалась предоставленной самой себе.
За ленчем разговор шел на общие темы, благодаря чему ей не пришлось общаться с джентльменами, сидевшими рядом.
Князь Владимир сидел за столом напротив матери.
Анцелла заметила, что княгиня наблюдает за сыном, вслушиваясь в каждое слово, обращенное к маркизе, которая сидела справа от него и выглядела необычайно привлекательно.
Когда ленч подходил к концу, княгиня спросила:
- Что ты делаешь сегодня после обеда, Владимир?
- Еду в Монте-Карло, мама.
Голос, обращенный к матери, был полон любви и теплоты. И Анцелла, которая не в силах была отвести от него взгляд, утвердилась во мнении: вне всяких сомнений, он - самый восхитительный мужчина, какого она когда-либо видела. И не только потому, что он был очень красив, но также и потому, что его лицо оживлялось, когда он говорил, а на устах играла улыбка, устоять перед которой было просто невозможно.
Он не заговорил с нею перед ленчем, поскольку они оказались в разных концах салона, а когда княгиня поприветствовала своих гостей, почти сразу же стали подавать на стол. Однако Анцелле показалось, - впрочем, она не была в этом уверена, - что он раз или два бросил на нее быстрый взгляд. Потом она подумала, что с ее стороны это слишком самонадеянно - считать, будто он вообще заметил ее существование.
- Мне хотелось бы узнать, - подала голос маркиза, как только княгиня замолчала, - могу ли я воспользоваться вашим экипажем сегодня под вечер? Мне нужно сделать кое-какие покупки в Больо.
- Ну конечно, - ответил князь. - Я прикажу подготовить для тебя легкий двухместный экипаж. Ты сама убедишься, насколько он удобен.
- Благодарю тебя, Владимир, - ответила маркиза, улыбаясь ему с выражением истомы в голубых глазах.
- Поскольку вы собираетесь в Больо, - вмешался в разговор капитан Садли, - не поехать ли мне с вами? Мне тоже не помешало бы купить пару новых запонок для воротничков.
- Пожалуйста, - ответила маркиза. - Если только вам не помешает то, что я некоторое время намерена провести в магазинах.
- Свое нетерпение я постараюсь удержать при себе, - сказал, смеясь, капитан.