Как завороженная, Ларионова выполнила и эту мою команду. Ладонями скатил с её плеч бретели. Ткань легла ей на бедра, и я потянул платье вниз. Скользнув по её телу, шифон с тихим шелестом обвился вокруг тонких белых лодыжек.
- Да или нет?
Но Ларионова молчит и руками крест-накрест закрывает грудь. Встал на одно колено, пропустил тонкие кружевные лямки трусов между пальцами и стянул их. Теперь я видел её всю. Дотронуться бы до неё, а она зажмурилась.
- Переступи. - Я развёл для неё её трусики. Ларионова помотала головой. - Мне что, их порвать? - Ларионова всхлипнула и сделала робкий, неуверенный шаг в сторону. - Вот молодец. Теперь второй ногой. Только уцепись за меня. - Опираясь о моё плечо, она делает ещё шажок. - Ты очень красивая. - Поднимаясь, я прошёлся ладонями по её голеням, по внутренней стороне коленей и каждого бедра. Дальнейшее заставило её распахнуть глаза и затаить дыхание: я прикоснулся к ней там, где смыкались её ноги. Её руки в отчаянном протесте вцепились мне в предплечья. Привлёк её к себе, обнял за талию:
- Теперь снимай туфли.
- Что? - ахает она, ощущая между ног провокационное поглаживание. - Нет, я так точно не смогу. Я…
- Сможешь. Снимай туфли. Мы продолжаем.
Пряча глаза, Ларионова попыталась приподняться на цыпочках.
- Что, черт возьми, ты делаешь? - Я усмехнулся и скользнул пальцами глубже. - Я кому говорю: просто снимай туфли.
Пришлось ей отцепиться от моего запястья. Постанывая, Ларионова кое-как вытащила из замшевой лодочки правую ступню. Не рассчитала перепад между босой и обутой ногой и уселась на мою руку. Выдохнула от ужаса и вскрикнула от пронзившей её тело судороги.
- Дальше, - говорю я, - теперь вторую туфлю. - Лена, извиваясь, выполнила и эту команду. - Умница. А теперь иди в постель.
- Мне... Мне надо в душ.
Стараясь убить её приступ паники, поцеловал её:
- Не надо. Иди в кровать. Я разденусь и приду к тебе.
Прикрываясь руками, Ларионова медленно зашагала к постели. Скидывая одежду, отсекаю взглядом, что ей по-прежнему не по себе. Казалось, она вообще хотела остаться одна хотя бы на минуту, чтобы всё обдумать или чтобы остановить меня. Подошёл к ней сзади. Губами прошёлся по шее, затылку. Потёрся о её шелковую поясницу. Ларионова ответила коротким стоном и лепетом:
- Мне всё-таки надо в душ.
- Хорошо, - поцеловал её в плечо, - я потом сам тебя вымою.
- Что? - ахнула она в ответ на мою шутку.
- Ничего. Тихо. - Присел позади неё на корточки, попробовал раздвинуть ей ноги. - Ну же, раскройся.
- Не надо, - взмолилась она, зажимаясь от ужаса. - Я… я же уже мокрая.
- Ладно, чуть позже попробуем, - обманчиво-легко согласился я и подтолкнул её к постели. - Давай, ложись на спину.
- Что значит "чуть позже попробуем"? - доносится до меня испуганное. - И что вы вообще собираетесь делать со мной?
Вместо остроумного ответа, пришедшего мне в голову, я просто забросил её на постель. Опустился рядом, придвинулся к ней, раздвинул ей ноги и начал медленно поглаживать её. Теперь она дрожит и кусает губы.
- Лен, ну хватит, а? Тебе что, восемнадцать лет? - Отвел в сторону её правое колено. - Ну, раздвинь ножки. Шире. Ещё шире. Ещё. - Она всхлипнула, но дрожащие колени всё-таки раскрыла. - Молодец. Хорошая девочка. А теперь выгнись. - Я нажал пальцами. Я ждал стон, но Ларионова понесла ко рту стиснутый кулачок и принялась грызть его. И я изменил позу. Перекатил её поближе к себе, придавил собственным весом её правую руку, перехватил левую и отвел её пальцы подальше от её рта.
- Я хочу тебя слышать. - Я уговаривал её, лаская все те впадины и изгибы, где традиционно проходят резинки трусов и тоненькая ластовица. Я знал, что она испытывает - видел это много раз, у самых разных женщин. Оглушительное сочетание обострённого стыда и нарастающего желания, когда женщина начинает метаться и просить взять её. Только в этот раз всё было по-другому. Потому что к моему желанию подкрадывался страх, что я в первый раз не смогу удовлетворить её.
- Алексей Ми…
- Ну, успокойся.
Шёпот переплетался, как наши тела. Она почти плакала - я ещё уговаривал. И тут до Лены дошло, что именно я делаю.
- Вы… ты хочешь, чтобы я сама тебя попросила, да? - покусав губы, спросила она.
- Возможно. - Я даже не стал спорить. Она попыталась сбежать. Пришлось придавить её телом и откровенно закинуть её ногу себе на бедро. Электронные часы, мигающие на плазме, сказали мне, что я мучаю её уже пять минут. Потом ещё десять. И ещё пятнадцать. На двадцать восьмой минуте она хрипло мурлыкнула и вдруг закричала. Заметалась головой на моей руке и начала звать меня. Сто раз выкрикнула "не надо" и двести раз "пожалуйста". Она почти сорвала голос, скручиваясь узлом. Поджимала пальчики ног, попыталась вонзить зубы в мою руку, которой теперь я сам зажимал её рот. И, в конце концов, я дал ей то самое освобождение, которое заставило её забиться, выгнуться аркой и отчаянно, жалобно закричать в мою ладонь, кусая мои же пальцы.".
28.
" "Что он сделал со мной? Как? Почему он смог добиться того, что не удавалось и Максу?"
Опираясь дрожащими локтями о кровать, я попыталась сесть. Не получилось, и я упала обратно на матрац. Обвела глазами свой разгромленный номер. Увидела одежду, валявшуюся на полу: его рубашку, моё платье. Свои перевернутые туфли вперемешку с его ботинками. И его самого. Всего. Поджарое, фантастическое тело. Тёмные, почти чёрные волосы и серьезные прозрачные глаза, которые сейчас внимательно за мной наблюдали. Андреев стоял у изножья кровати и аккуратно вытирал салфеткой свои мокрые пальцы.
"Это я.… из-за него." Я всхлипнула и, сделав усилие, села.
- Лен, ты далеко собралась? - между тем усмехнулся Андреев, бросая использованную салфетку на стол и беря новую.
- Пожалуйста, отпустите меня, - совершенно по-детски отпросилась у него я, подтягивая к груди колени.
- А, так мы всё-таки на "вы"? - Андреев фыркнул. Ему, в отличие от меня, собственная нагота дискомфорта не доставляла. - Скажи, ты как предохраняешься?
- Я… а вам это зачем?
- Для презентации на круглом столе, - усмехнулся он. - Лен, ты на вопрос мне ответишь или мне самому догадываться?
- Я не могу иметь детей, - растерялась я.
- Да-а? Интересное продолжение, - произнёс Андреев, задумчиво разглядывая меня. - Таблетки? Впрочем, какая разница... В каком-то смысле, так даже лучше. Устал от презервативов.
- Идиот. - Я скинула ноги с постели, собираясь продефилировать в ванную. Не тут-то было. Андреев рванул вверх мои щиколотки, поставил одно колено на кровать, забросил мои ноги себе на плечи, и я опомниться не успела, когда его ладонь в очередной раз поймала мои запястья и прижала их к моему животу.
- Я больше не могу! - забилась я.
- Сможешь. Расслабься. Вот сейчас просто расслабься, хорошо?
Почувствовав, что я сжалась и явно ему противлюсь, Андреев вздохнул и медленно ввёл в меня пальцы.
- Ты внутри, как мокрый шелк, - поступательные движения, - так, хорошо… А теперь просто расслабься. Ты должна. Я и так долго ждал. Ну, дай мне это. Дай сама. - Пальцы стали совершать круговые движения. - Кошечка, - позвал он меня. Я заметалась и невольно пошла на его руку. - Вот оно, твоё "да", - прошептал он. - Почувствуй меня... Кошечка… - Теперь он сам буквально по сантиметру входил в меня. - Почувствуй. Раскройся. Расслабься.
Если бы он сделал сухой и резкий толчок, как это иногда проделывал Макс, я бы смогла убедить себя, что Андреев взял меня силой. Я бы сказала себе, что это я не хотела, а он всё сам сделал. Но весь ужас заключался в том, что Андреев легко продвигался вперёд, входя в дрожащую, желающую его, раскрытую для него плоть, которую он сам же и подготовил. Продвинувшись во всю свою немыслимую длину, потерся щекой о мою ногу. Теперь он полностью был во мне и крепко держал меня. Впрочем, в его глазах я увидела напряжение и ту чудовищную волю, с которой он себя сдерживал. "Ему важно не соитие, а твоя реакция. Он хочет твоё "да"", - пришёл ко мне ответ из глубины сознания.
- Отпустите меня, - потребовала я. В ответ он молча, не сводя с меня своих внимательных глаз, сделал новый толчок. Дождался моего стона, и повторил движение. То, что началось медленно, очень быстро переросло в дикую, таранящую последовательность. Он буквально избивал мою матку, нанизывая меня на себя. Кровать скрипела, я вскрикивала, Андреев хрипло дышал сквозь стиснутые зубы.
- Так нравится? - донеслось до меня. - Ну, скажи.
- Нет. Нет. Нет, - в такт его движениям упорно скулила я. "Да, да, да…"
- Ах, нет? - Толчки стали быстрыми и короткими. Ненавидя себя, я издала новый стон - предвестник второго оргазма. Я никогда приходила к финишу, и вот сейчас это снова должно было случиться. И с кем? С мужчиной, который не любил меня? Для которого я была - кто?
- Кошечка…
Я попыталась высвободить руки. Ощутив мои трепыхания, Андреев вцепился в меня с удвоенной силой. Стиснул зубы, замедлился и взял другой ритм и темп.
- Ну что, тебе так нравится? - услышала я. - Или ещё нет? Или сделаем по-другому? Или перевернуть тебя и взять сзади? Или - положить боком? Или - прислонить к стене? Давай не стесняйся. Сегодня твой праздник. - Он попытался добить словами то, что не мог сделать плотью. Поняв, что я близко, но не так, как он сам, Андреев чертыхнулся, рывком перевернул меня на живот и моментально собрал в ту позу, когда зад взлетает к потолку, а щека прижимается к простыням. Обвил руками мои ноги, дёрнул колени в стороны и неожиданно мягко лизнул меня. Я беспомощно закричала.
Его язык убрался, зато внутри оказались пальцы, и я услышала: