Мальчик бежал всё тише и наконец остановился на углу улиц Чехова и Павлика Морозова. Здесь была остановка трамвая. Мальчик решил поехать домой. Без билета так без билета. Он знал, что дома беспокоятся и ждут и будет сегодня ещё много неприятностей, но думал об этом устало и равнодушно.
Он стоял и ждал.
Проходили разные трамваи: старые, расхлябанные и новые, с автоматическими дверцами и серебристыми звонками. Но нужного номера всё не было.
Сыпались, сыпались крупные круглые капли
И вдруг они перестали сыпаться. Плясали на асфальте, щёлкали по листьям, но не падали на мальчика.
Он поднял голову. Два тёмных зубчатых круга сошлись над ним и закрыли от дождя.
Вот ещё! Он хотел уйти из-под зонтов и уже сердито качнулся вперёд, но его остановил голос:
Ты же промок до костей.
Это был голос девушки. И мальчику показалось, что в словах её скользнула усмешка. Он сунул в сырые карманы кулаки и резко повернулся.
Сзади стояли двое. Это они держали зонты. Мужчина и девушка. Лица их были почти неразличимы. Свет фонаря только чуть касался волос девушки, выбивавшихся из-под косынки. А мужчина весь был в тени. Высокий, в тёмном костюме, молчаливый.
Ты же промок до нитки, повторила девушка.
В самом деле? ядовито сказал мальчик. А я думал, что я абсолютно сухой.
Она усмехнулась.
Тебе показалось. А на самом деле ты абсолютно мокрый. Как цыплёнок, упавший в лужу.
Надо было сразу бросить в ответ что-нибудь едкое и злое. Но мальчика опередил мужчина.
Леночка, перестань, сказал он хрипловатым низким голосом.
И мальчик подумал, что у этого человека, наверно, твёрдое, но немного усталое лицо с резкими прямыми морщинами.
Перестань, пожалуйста, сказал мужчина. Если ты и с кавалерами своими так разговариваешь, я им, честное слово, сочувствую.
Кавалер! фыркнула она.
Мальчик медленным, но решительным шагом ушёл из-под зонтов.
Зря ты ходишь под дождём., сказал ему в спину незнакомец.
Я не виноват, что идёт дождь, ответил мальчик.
Пожалуй Но сейчас ты мокнешь зря. Или кому-нибудь назло?
А хотя бы! сказал мальчик.
Дело хозяйское, вздохнул мужчина.
Конечно, сказал мальчик.
Папа, не тронь его, вмешалась девушка. Он укусит.
Очевидно, у неё был нетерпимый характер.
А трамвай всё не показывался
Промокшая насквозь куртка мальчика стала плотной и блестящей, как клеёнка. Дождь часто и звонко щёлкал по ней водяной картечью.
Я долго не был в родных краях и отвык от дождей, заговорил отец девушки. Возможно, я ошибаюсь, но, по-моему, стоять так и мокнуть неприятное занятие.
«Долго нет трамвая, подумал мальчик. Придётся идти домой пешком.»
И он пошёл.
Подожди, услышал он всё такой же спокойный и глуховатый голос. Возьми зонт. В самом деле. Нам хватит одного. Можешь даже не возвращать.
«Хочет показать, какой он добрый», подумал мальчик. И сказал:
Мне не нужен зонт. По крайней мере для того, чтобы прятаться под ним.
Последние слова сами слетели с языка. Но жалеть мальчик не стал. Сказав это, он ждал ответа. Но мужчина и девушка молчали. Может быть, они удивились?
Тогда он спросил в упор:
Думаете, зонты нужны, только чтобы прятаться под ними от дождя?
Нет, почему, сказал мужчина вполне серьёзно, мы так не думаем. С зонтом, например, очень удобно прыгать с крыши Или выдёргивать из него спицы
А если ручка выгнутая, можно кого-нибудь цеплять за ноги, так же серьёзно добавила девушка. Это очень удобно.
И оба засмеялись негромко и как-то очень необидно. Мальчик почувствовал, что необидно. Однако ему хватало и старых обид и неудач.
Вы смеётесь, бросил он. Вам даже не жалко зонта. Для того чтобы меня не мочило, вам не жалко
Вот нисколечко, поддакнула Лена.
А для другого всё равно бы пожалели
Чем ты лучше других? удивился отец девушки.
Я не о том, хмуро сказал мальчик. я о деле другом, а не о человеке Ну, давайте я вам нарисую звёзды! Хотите?
Он совершенно этого не ожидал. Они хотели. Они сразу поняли, в чём дело.
Сначала мальчик решил, что его просто жалеют.
Вон идёт ваш трамвай, сказал он. Мальчик испытывал судьбу. Он был уверен, что сейчас девушка с отцом поспешат в вагон, где сухо и где светят яркие лампы.