- Да ведь это ваша шляпа! - вскричала я. - Здесь черным по белому выписаны ваши инициалы.
Виолончелист вырвал у меня шляпу.
- Я же говорил тебе, что не ставил на шляпе свои инициалы!
- Тогда кто их поставил, если шляпа все это время находилась в кафе?
Пан Коленка заглянул внутрь шляпы.
- Вот так номер, - засмеялся он. Однако смех звучал ненатурально и слишком громко. - Неслыханно! Точно такие же инициалы! Но это не моя шляпа, нет газетной прокладки. - Он отогнул пальцами кожаный отворот. - И нет… - Он запнулся, словно опасаясь сказать что - то лишнее.
- Чего еще там нет? - поторопила я его.
- Ну, вообще… я уже говорил тебе, что это не моя шляпа, - смущенно улыбаясь произнес он, отнес шляпу к служебному столику и отдал ее официантке со словами: - Я еще зайду сегодня вечером. Если кто - то объявится, прошу поблагодарить его от моего имени.
- Простите, - вмешалась я, обращаясь вслед за ним к официантке, - вы точно уверены, что до сих пор никто не возвращал назад шляпы?
- Никто, - хихикнула она. - Видно, та шляпа пришлась кому - то по вкусу.
- Ты слишком любопытна, моя дорогая, - произнес пан Коленка, холодно взглянув на меня. - Очень прошу тебя, перестань заниматься совсем этой шляпой, иначе все запутаешь.
- Слишком любопытна? О - о! - взорвалась я. - Не хочу вас огорчать, но никто, пожалуй, не явится за этой шляпой.
Название птицы из шести букв
"Если эта шляпа не принадлежит виолончелисту, а та, другая, является собственностью Франта, то кто же тогда владелец этой шляпы? Они обе как близнецы, обе помечены одинаковыми инициалами, но что - то здесь не так. И вообще, от всего этого можно свихнуться. Да, нелегко быть детективом и разгадывать эти непостижимые головоломки".
Я страшно злилась, но тем не менее происходящее забавляло меня. Вы только представьте: мама играет в бридж, папа, наверно, вздремнул над газетой, Яцек зевает широко, как гиппопотам, потому что Яцек без папы ничего придумать не может. А я стою на Соловьиной, высматривая, куда шагает мой виолончелист, который, возможно, вовсе и не виолончелист. Разве не забавно?
Тем временем пан Коленка как ни в чем не бывало шествует по Соловьиной в сторону улицы Полевая. Издалека видны его белая пилотка под черным куполом зонта и мелькающие в пелене дождя светлые подошвы кед. А я наблюдаю за ним, укрывшись за деревом. Потом трогаюсь вслед за виолончелистом, а он и не догадывается, что за ним следят. И это тоже очень смешно. Смешно и интересно.
Все здесь вызывает интерес. Например, пан Валерий Коленка - внешне совершенно обычный, небрежно одетый человек, полный, питающий слабость к шляпам, якобы виолончелист, притом лысый и с животиком, но загадочный и возбуждающий любопытство. Ведь он владелец шляпы, которая завтра будет стоить сто тысяч и даже больше. Может, миллион. Итак, миллионер…
На углу Соловьиной и Полевой пан Коленка задержался, будто не мог решиться, в какую сторону повернуть. Повернул направо и ускорил шаг. Потом, подвернув до колен брюки, осторожно ступал между лужами. Неожиданно он свернул влево, в боковую улочку, поросшую старыми тополями, и на мгновение пропал из виду, утонув в зелени. Но тут же его зонт, словно черный гриб, вынырнувший из глубины изумрудной бездны, вновь появился между деревьями.
Добежав до угла, я убедилась, что это улица Пасечная. Правда, вокруг не было видно ни одной пасеки. Я всмотрелась в глубь тополевой аллеи. Черный зонт был уже далеко и внезапно исчез, словно растворился в туманной дали.
Я припустилась за ним со всех ног и там, где он исчез, увидела высокую кирпичную стену, густо обвитую плющом и диким виноградом. Во многих местах этой старой выщербленной стены виднелись широкие бреши, сквозь которые нетрудно было пробраться по другую сторону. Теперь я была уверена, что пан Коленка исчез в одном из этих проломов. Но в каком именно? Я выбрала ближайший, к которому вела едва заметная, скрытая под лопухами и крапивой тропинка. Оглянувшись по сторонам, я прошла тропинкой через пролом.
Зв стеной простирались настоящие джунгли. Было сумрачно, туманно, и от моего приподнятого настроения не осталось и следа. Сейчас я чувствовала себя так, словно за каждым деревом караулил виолончелист, и даже не один: меня подстерегала целая сотня виолончелистов, которые, впрочем, и не виолончелисты вовсе, а некие подозрительные типы…
К счастью, джунгли вскоре окончились, и, облегченно вздохнув, я вступила на небольшую поляну. В тот же миг за моей спиной раздался строгий голос:
- Что ты здесь ищешь?
В тени низко склоненных ветвей дерева я увидела какого - то мужчину, сидевшего в двухколесной инвалидной коляске. В сумраке можно было различить лишь его темно - синий плащ и такую же шапочку. В панике я хотела бежать, но страх приковал меня к земле.
- Это частное владение. Сюда вход запрещен. Слышишь? - прозвучал как из - под земли тот же самый низкий голос.
- Слышу, - прошептала я, - но не очень хорошо вижу, кто говорит.
Незнакомец нажал на рычаг, и коляска выкатилась из - под зеленого навеса. Все это выглядело настолько странно и необычно, что, казалось, происходит в каком - то приключенческом фильме. Иначе откуда вдруг взялась в этих джунглях инвалидная коляска? И кто этот странный человек? Он неподвижно восседал в коляске с накинутым на ноги клетчатым пледом. С виду это был настоящий страдалец: бледное лицо, худое и костлявое, запавшие щеки, нависшие брови, под которыми прятались глубоко посаженные проницательные глаза. Страх во мне внезапно уступил место жалости.
- Простите, - извинилась я. - Я думала, эта тропинка…
- Думала? - резко оборвал он меня. - Перебиралась через стену, а не думала.
Он не давал мне говорить, но я наперекор ему продолжала:
- Мне казалось, что этой дорогой прошел человек с зонтом.
- Мало что кому кажется, - одернул меня калека. - Интересно, что ты ищешь?
- Допустим, грибы, - ответила я. Его настырность выводила меня из себя.
- Здесь нет грибов.
- Допустим, малину или бруснику.
- Тут нет ни малины, ни брусники.
- Допустим, птиц, - упрямо настаивала я.
- Вот - вот, - усмехнулся он с издевкой. - Именно птиц. Прихватил я тут одного такого, стрелял дроздов из пневматического ружья.
Я фыркнула.
- Допустим, что я орнитолог и хочу сделать снимок гнезда ремезов.
- Это совсем другое дело. - Взгляд его стал более снисходительным. - Но все равно не советую тебе слоняться по этому саду. Птиц вполне достаточно и в лесу.
- Извините. - Я сделала книксен. - Не видели ли вы того лысого человека с зонтом?
- Нет, - грубо ответил он. - И советую тебе, убирайся отсюда как можно быстрее.
- Если вам так хочется, я могу и исчезнуть.
Фыркнув, я повернулась на каблуках, но незнакомец меня задержал.
- Постой! - закричал он. - Ты говоришь, что занимаешься птицами?
Не могу припомнить, чтобы я когда - нибудь занималась птицами. Это Мацек был орнитологом, а я всего лишь притворщица. Но ничего не поделаешь, надо продолжать игру.
- Да, - подтвердила я с невинным видом, - очень интересуюсь жизнью птиц, особенно ремезов… И вообще…
Незнакомец сунул руку в карман плаща. Я уж думала, он вытащит оттуда зимородка либо коноплянку, а он вынул толстый блокнот и из него газетную вырезку с кроссвордом.
- Удачно получилось. Быть может, ты знаешь название птицы из шести букв, начинающееся на "м" и кончающееся на "у". Оно мне нужно для решения кроссворда.
Сделав умное лицо, я переспросила:
- Начинается на "м" и кончается на "у"? Может быть, "какаду"?
Вместо слов благодарности я услышала тихий смех.
- Да ведь "какаду" начинается на "к", а не на "м". Что - то ты даже в алфавите путаешься. Впрочем, не переживай, с кроссвордами постоянно так бывает. В хорошем кроссворде всегда есть закавыка, над которой нужно поломать голову.
- Ну так ломайте, пожалуйста! - милостиво разрешила я. - Если что - то придет мне в голову, я вам сообщу, - совсем уж ни к чему добавила я и, посчитав этот момент наиболее удобным, чтобы улетучиться, повернулась и помчалась, не разбирая дороги, назад, за стену, на улицу Пасечная.
Вот незадача! Искала виолончелиста, а наткнулась на калеку, который решает кроссворды; хотела разрешить загадку двух шляп и не сумела даже подсказать, что это за птица, в названии которой шесть букв, первая "м" и последняя "у". Пусть будет "какаду", черт с ним!
Франт получает телеграмму
Все было, как в кино. Виолончелист таинственным образом исчезает, а на горизонте появляется человек в инвалидной коляске. Не хватает только красивой актрисы, влюбленной в ловца жемчуга, и миллионера… О, нет! Прошу прощения, миллионер может появиться уже завтра…
Теперь по Янтарной улице я шла прямо к морю. Слева тянулась высокая стена старого кладбища, справа в плене тумана скрывались сады. Дождь ненадолго прекратился, но с моря надвигались новые тучи. Они низко нависали над крышами, как страшные взлохмаченные чудища. Улицы были пусты, лишь иногда вдали мелькал автомобиль либо проплывал чей - то зонт.
Сейчас Небож ничем не напоминал залитый солнцем, заполненный людьми веселый приморский курортный городок. Прямо покойницкая!
Я задержался у прогулочной террасы разместившейся на высоком берегу гостиницы "Под тремя парусами". Сидя на каменных ступенях ведущей к морю лестницы, я наблюдала, как чайки кружат над волнорезами, высматривая в море рыбу. Море шумело, пенилось, длинными языками волн атаковало пляжи. На мачте трепетал черный флаг штормового предупреждения, и казалось, что это бьется в силках плененная однокрылая птица.