Всего за 64.9 руб. Купить полную версию
Рис. 18. А.С.Пушкин. Рисунок П.П.Вяземского. 1836 г.
Тут же организовали сбор средств по подписке: сумма оказалась приличной – 4000 рублей. Вяземский продолжает в письме А. И. Тургеневу: "А ведь славно! Вот третий памятник на русских степях: Ломоносову, Державину, Карамзину".
Тем временем Вера Федоровна съездила в Дерпт навестить Екатерину Андреевну Карамзину, которая только что потеряла пятнадцатилетнего сына Николая. В самом начале июня хозяйка дома вернулась, и вот уже в день именин Петра Андреевича и Павла Петровича (сына) у Вяземских состоялся торжественный обед: было много гостей и среди них неизменный Пушкин. Позднее Павел нарисовал поэта в своей ученической тетради.
Часто обеды у хлебосольных Вяземских перерастали в дискуссии, споры о судьбах русской литературы, журналистики, в обсуждение политических вопросов. Об одном таком обеде Пушкин записал в дневнике: "3 июня (1834 г.) обедали мы у Вяземского: Жуковский, Давыдов и Киселев. Много говорили об его (Киселева) правлении в Валахии. Он, может, самый замечательный из наших государственных деятелей, не исключая Ермолова…". Павел Дмитриевич Киселев – образованный, умный, человек передовых взглядов, в 1820-е годы начальник штаба 2-й армии, дислоцированной на Юге, где Пушкин часто общался с ним.
Позднее – министр, посол России во Франции.
Своим человеком в доме Вяземских был и младший брат Пушкина, Лев Сергеевич, когда он жил в Петербурге с осени 1833 года по июль 1836 года. Мать, Надежда Осиповна, пишет в ноябре 1833 года дочери Ольге Сергеевне в Варшаву: "Леон посещает свет и балы, почти всякий день он у Вяземского, он еще не знает, в которую из его дочерей он более влюблен, но ухаживает за обеими и находит их прелестными". Мария и Прасковья Вяземские – уже девушки на выданье: старшей Марии уже за 20 лет, а средней болезненной Пашеньке – 17 лет. Подрастала и младшая дочь, двенадцатилетняя Наденька. Но они – бесприданницы, хотя и княжеского рода.
Рис. 19. Л.С.Пушкин. Рисунок А.С.Пушкина. 1830-е гг.
Сестра Пушкина, Ольга Сергеевна, знакома была с Вяземским с 1825 года. В письме к брату Александру летом 1826 года она признается: "Я люблю его чуть не до обожания, этого князя Вяземского". А князь в свою очередь посвятил ей стансы:
Нас случай свел; но не слепцом меня
К тебе он влек непобедимой силой:
Поэта друг, сестра и гений милый,
По сердцу ты и мне давно родня.
Так в памяти сердечной без заката
Мечта о нем горит теперь живей:
Я полюбил в тебе сначала брата;
Брат по сестре еще мне стал милей…
Наступает лето 1833 года. Город пустеет: кто отправляется за границу, на воды, кто переселяется на пригородные дачи. Вера Федоровна едет с детьми в Ревель на морские купания. Петр Андреевич остается в городе один: изредка появляется на службе, встречается с друзьями, мечтает о создании журнала, навещает знакомых в Царском Селе и на Черной речке.
Рис. 20. О.С.Пушкина. Рисунок Е.Плюшара. 1830-е гг.
5 сентября он уезжает в Дерпт и пробудет там до конца октября. Вернувшись в Петербург, Вяземские узнают, что хозяин под каким-то предлогом надумал их выселить. Пришлось обращаться даже в полицию. Но как известно из русской пословицы, беда не приходит одна: тяжело заболела семнадцатилетняя дочь
Пашенька, любимица семьи: у нее открылась чахотка. Состояние девушки быстро ухудшалось, и родители срочно засобирались в Европу, в теплую спасительную Италию. Уезжали все, кроме Павлуши, который только что поступил в немецкую школу Святых Петра и Павла. Сначала на пароходе "Николай I" они отправились в Германию к известному доктору Коппу, лечившему всех русских путешественников. Пароход отчалил от кронштадтской пристани в 6 часов утра 12 августа 1834 года.
Пушкин, видевший Вяземских в последние дни перед отъездом, пишет жене в Полотняный Завод, где она проводила лето: "Вяземские здесь. Бедная Полина очень слаба и бледна.
Отца жалко смотреть. Так он убит. Они все едут за границу. Дай бог, чтоб климат ей помог…". И в этом же письме: "Я взял квартиру Вяземских. Надо будет мне переехать, перетащить мебель и книги".
Перемена жилья была предпринята потому, что потребовалась более просторная квартира в связи с намерением Натальи Николаевны привезти в Петербург из Полотняного Завода своих старших сестер, Екатерину и Александру Гончаровых, пересидевших в девицах. Пушкину эта идея жены не нравилась, однако! "Чего хочет женщина, того хочет и Бог!".
Здесь начинается вторая история в жизни дома Баташева. Для Пушкина квартира Вяземских была дороговата (6700 рублей в год), но эту сумму решили поделить пополам с сестрами Гончаровыми, что устраивало Пушкина по деньгам, хотя и стесняло по образу жизни.
Прожив год и 8 месяцев в этой квартире, 1 мая 1936 года они все-таки перебрались в верхний, тогда третий этаж, в более дешевую квартиру за 4000 рублей в год. Она состояла из двадцати жилых комнат, где и разместилась увеличившаяся семья Пушкина вместе с прислугой.
Как жилось Пушкиным в этом доме? Ведь за два года, прожитых здесь, семья увеличилась на четыре человека. Сестры Натальи Николаевны, привезенные ею из Полотняного Завода, были вполне счастливы: они освободились от давящей опеки матери и оказались в столице. С первых же дней у них с зятем установились хорошие отношения. Захворавшая как-то Александрина пишет брату Дмитрию в ноябре 1834 года: "Я не могу не быть благодарной за то, как за мной ухаживали сестры, и за заботы Пушкина. Мне, право, было совестно, я даже плакала от счастья, видя такое участие ко мне; я тем более оценила его, что не привыкла к этому дома".
У Натальи Николаевны в эти два года родились еще двое детей. Сестры помогают ей по дому, особенно Александрина. Екатерина занята службой при дворе, так как 6 декабря 1834 года она, после хлопот тетушки Загряжской, была пожалована во
фрейлины. Их часто навещает брат Иван, который служит в Царском Селе, а о брате Сергее идут переговоры насчет перевода его в гвардию. Глава семьи настроен пока благодушно: летом напечатаны "Повести, изданные Александром Пушкиным", в "Библиотеке для чтения" вышли "Гусар", "Сказка о мертвой царевне", "Пиковая дама", переводы из Мицкевича. Но пока это не приносит нужного дохода. Одна надежда на "оброчного мужичка" Пугачева. "История Пугачева" вышла в свет в феврале 1835 года и не оправдала надежды автора. Он записывает в дневнике: "В публике очень бранят моего "Пугачева", а что хуже – не покупают. Уваров большой подлец. Он кричит о моей книге как о возмутительном сочинении…" Друзья же просят прислать им этот долгожданный труд. Его ждут в Москве, в провинции, ждут А.И. Тургенев, Гоголь, Смирнова (Россет) в Париже. Пушкин рассылает "Историю Пугачева" своим адресатам, друзьям с надеждой на их доброжелательные отзывы.
Тем временем сестер Гончаровых очень волнует вопрос, как их примет свет. Они присутствуют на всех балах, раутах, часто бывают в театрах, на концертах, где все восхищаются красотой трех сестер, особенно жены поэта. Ольга Сергеевна, пишет мужу в Варшаву: "Александр представил меня своим женам, теперь у него целых три. Они красивы, его невестки, но они ничто в сравнении с Натали". В этот период Пушкин сам изобразил двух из них: Наталью – на первом листе черновика "Медного всадника", и Александру – на черновике стихотворения "Странник".
Рис. 21. Н.Н.Пушкина. Рисунок А.С.Пушкина. 1833 г.