Тому ничего не осталось, кроме как уйти. И он пошел к двери, бормоча: "Ладно… Посмотрим…" Но на другое же утро перед входом в библиотеку Никон задержал Кестюка за руку.
- Послушай, - заговорил он, неловко переминаясь с ноги на ногу. - Может, мы и впрямь нехорошо делаем, скрываемся от ребят, а?..
Кестюк сразу понял, в чем дело.
- Что, к тебе тоже приходил Ильдер?
- Ну да, приходил. Чуть не отнял письмо…
- Вот как! - Кестюк сжал кулаки.
- Ты не сердись, не надо, - заторопился Никон. - Ничего такого не было… Но все равно что-то он вроде учуял…
- Пока не переведем все письмо, никому ни слова. А то, боюсь, завтра же весь поселок будет знать. Что тогда скажут на почте? Возьмут да отберут письмо…
Перевод у них действительно затягивался. И они решили, что будут сидеть в библиотеке подольше.
Видно, они уже примелькались девушке, выдававшей книги. Только друзья появились в библиотеке, она улыбнулась и спросила:
- И сегодня вам словарь нужен?
- Да, конечно, - ответил Кестюк.
- А не скажете - если, конечно, не секрет, - что вы делаете с этим словарем?
- Переводим, - произнес Никон.
- Что переводите?
Ребята переглянулись: можно сказать об этом библиотекарше или нет?
- М-м… Мы письмо переводим.
- С польского?
- С польского.
- А-а… То-то, смотрю, который день сидите, головы не поднимаете. Трудно?
- Еще как! Мы же ни слова по-польски не знаем. Попробуй тут быстро… - ответил Никон, осмелев.
- Постойте-ка, ребята, - сказала вдруг девушка. - Кажется, я смогу вам помочь.
- Вы знаете по-польски? - обрадовались ребята. - Вот здорово!
- Сама-то я польский язык не знаю, но знакома с человеком, который знает этот язык очень даже хорошо. Письмо-то у вас длинное?
- Четыре с половиной страницы.
- О-о! Так вы его и за две недели не осилите, а этот человек вам переведет за полчаса.
- А где он работает?
- Подождите здесь минуточку, - ответила девушка и прошла за стеллажи в дальний конец зала.
Вернулась она минуты через три и протянула ребятам какую-то карточку.
- Вот, возьмите. Здесь адрес.
- А к кому вы нас посылаете?
- К Ядвиге Стефановне. Она работала в нашей библиотеке, в прошлом году ушла на пенсию. Живет отсюда недалеко, частенько к нам захаживает. Да вот позавчера только была - жалко, не знала я… Сходите к ней, сходите, дома она должна быть. Скажете, что от Антонины Васильевны - так меня зовут…
Кестюк и Никон поблагодарили девушку и вихрем вылетели из библиотеки.
4
Они увидели нужный номер на углу красного кирпичного дома. Первый этаж его занимал магазин музыкальных товаров, и из открытого окна на улицу доносилось: "А-арлекнно, Арлеки-ино!.." Ребята завернули во двор, подошли к третьему подъезду и - бегом на третий этаж. Вот и квартира номер двадцать. Перевели дыхание, осмотрели друг друга, Никон пригладил волосы, а Кестюк коротко нажал на кнопку звонка. В ответ ни звука.
- Наверно, дома нет, - расстроился Никон.
- Может, Ядвига Стефановна легла спать, - сказал Кестюк. - Пенсионеры и днем могут спать… как дети. Ладно, позвоню еще.
На этот раз Кестюк нажал на кнопку несколько раз подряд. Ответа не было.
- Зря ждем. Ясно, хозяйки нет. - Никон шагнул к лестнице. - Пойдем лучше обратно в библиотеку…
- А-а, туда мы всегда успеем, - ответил Кестюк. - Нет уж, подождем Ядвигу Стефановну. Может, она в магазин пошла или, может быть, просто прогуляться.
- "Может быть, может быть"… А время-то идет.
- Ты забыл, что библиотекарша сказала? Две недели нам придется просидеть над таким длинным письмом. А Ядвига Стефановна за полчаса все переведет.
Ребята не спеша спустились во двор. Осмотрелись. У стены - целая груда пустых ящиков. Взяли один, перевернули вверх дном и уселись на него. Они решили во что бы то ни стало дождаться возвращения Ядвиги Стефановны.
Солнце поднималось все выше.
- Да мы тут поджаримся, - буркнул Кестюк.
Наверно, полчаса минуло, а в подъезд, в котором жила Ядвига Стефановна, прошел только старик с белой бородкой клинышком.
- И где она только ходит? - проворчал Кестюк и положил тетрадь с письмом себе на голову - уж слишком сильно припекало.
- Да, и где она только все ходит? - услышал он вдруг чей-то ехидный голос. Оглянулся - никого.
- Это ты меня передразниваешь? - повернулся Кестюк к своему товарищу.
- Я? Ты что… - обиделся Никон. - Я думал, это ты сам… дурачишься, девчоночьим голосом разговариваешь…
Кестюк вскочил на ноги.
- Так ты, значит, ничего не сказал?
Никон выпучил глаза.
- Я? Ни слова.
- Интере-есно… - протянул Кестюк. - Больно уж знакомый голос был… Кто же это нас разыгрывает?
Кестюк даже за угол дома заглянул - пусто. Что делать, снова уселись на свою "скамейку". Вдруг позади них сверху сорвался пустой ящик и грохнулся на землю. Кестюк и Никон шарахнулись в сторону. А из-за груды ящиков выскочила… Илемби-разбойница! Ребята остолбенели. А Илемби расхохоталась.
- Что? Не ждали? - наконец спросила она.
- Ты… Как ты сюда попала?
- А вместе с вами.
- Зачем?
- А зачем и вы! - дерзко ответила Илемби.
- А мы ведь… А мы с Никоном… - Не зная, что сказать дальше, Кестюк повернулся к товарищу, но Илемби не дала ему договорить.
- Целыми днями сидите в читальном зале с польским словарем. Так ведь?
- О чем ты говоришь? - Ребята переглянулись.
- Ну что вы притворяетесь? Сколько дней сидят с этим словарем… А сейчас к Ядвиге Стефановне пришли. Я все знаю!
- Ну и ну! - процедил Кестюк сквозь зубы. - Точно, что разбойница… Правильно тебе Ильдер прозвище придумал.
- Фи, тоже мне! - присвистнув, передернула плечами Илемби. - Нашел кого слушать. Твой Ильдер только перед маленькими умеет выхваляться, а у самого… Если хочешь знать, сейчас он ходит и плачется, что ты ему изменил, а я вот взяла и выследила вас. Ни за что бы вы меня не заметили, да там, за ящиками, пахнет чем-то - невмоготу…
- А как ты узнала, что мы ездим в библиотеку? - спросил Никон.
- Я сразу заметила, что вы уж больно сдружились в последнее время. Ну, думаю, неспроста! Потом еще приметила, что вы ребят сторонитесь, а тут на целый день куда-то исчезли. На другое утро села с вами в один автобус - только я в переднюю дверь, с женщинами, - и в город. А чем вы в читальном зале занимаетесь, мне библиотекарша рассказала. Ну, а сегодня прямо в десяти шагах за вами шла - нет чтоб кому из вас обернуться… - Теперь Илемби стояла перед ребятами, виновато потупив глаза, и ковыряла землю носком туфельки. - Теперь скажете, кто такая Ядвига Стефановна, а?
Кестюк уж давно понял: от Илемби так просто не отвертеться. Но он не имел права выдавать тайну письма, не посоветовавшись с Никоном. Поэтому вопросительно глянул на товарища. Тот кивнул.
- Ладно, - сказал Кестюк, - без тебя мы больше ни шагу. А знаешь, Никон, это даже хорошо, что она с нами. Пусть она и начнет разговор с Ядвигой Стефановной. Женщины лучше понимают друг друга. Да, Илемби?
Та заулыбалась в ответ. Но сначала пришлось рассказать ей всю историю, связанную с письмом, пришедшим на имя Акулины Мусимовны. Выслушав их, Илемби тоже сразу загорелась желанием разузнать тайну письма… И тут же - девчонки, они и есть девчонки! - предложила пока поиграть в прятки:
- Время быстрее пройдет! Чего тут сидеть - жариться под солнцем? А тут вон какие кустики кругом.
Кестюк с Никоном не согласились. Так-то так, но вдруг, пока они прячутся, Ядвига Стефановна пройдет?
- Да ведь кто-то один все равно здесь будет! - засмеялась Илемби.
Первому досталось водить Кестюку. Потом водил Никон и долго не мог никого отыскать - Кестюк с Илемби спрятались в самом дальнем углу двора, за кустами акации. А Илемби повезло и тут - искать ребят ей не пришлось. Только было прокрались они за куст сирени, как услышали ее приглушенный голос:
- Мальчишки, выходите! Ядвига Стефановна пришла!
Кестюк с Никоном выскочили как ошпаренные и, увидев, что Илемби улыбается, подумали, что она их обманула. Заметив их вытянутые, обиженные лица, она громко расхохоталась:
- Ой, какие вы!.. Правда, правда, я ее сразу узнала. Она седая совсем, в руке книга…
- В который подъезд зашла?
- Вон туда, в третий. В который вы заходили. Я даже поздоровалась с ней, вот!
- Ну, пошли. - Кестюк, открыв дверь подъезда, пропустил Илемби вперед. - Первая ты зайдешь. И объяснишь, зачем мы пришли. Ладно?
5
Седая худенькая старушка, не спрашивая ни о чем, провела их в комнату, усадила на диван, вынесла из кухни стул.
- А макулатуры-то у меня нет, - сказала, оглядывая всех смеющимися глазами. - Унесли уже макулатуру… Может, чаю попьете, а?
Видно, пионеры часто навещают ее, догадался Кестюк. Но вот, приглядевшись к гостям повнимательнее, она удивилась чему-то, подошла к столу, надела очки.
- Вы, кажется, у меня в первый раз… Я не ошибаюсь?
Кестюк ткнул Илемби пальцем в бок. Та сразу вскочила и выпалила одним духом:
- Да, мы к вам в первый раз, Ядвига Стефановна!
- Вот тебе и на! Первый раз, а знаете, как меня звать-величать! - удивилась хозяйка. - Наверно, часто ходили в нашу библиотеку?
- Нет, Ядвига Стефановна, мы ведь в поселке живем, - ответила Илемби.
- Так откуда же знаете меня? Кто вас послал?
Тут пришло время вмешаться и Кестюку с Никоном.
- Нам про вас рассказала Антонина Васильевна. И адрес ваш она дала.