ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ,
о том, как мальчишка отправились на рыбалку
Валерку разбудил стук посуды: это мать готовила завтрак. Он покосился на Санькину койку и показал спящему брату язык. Валерка сунул ноги в смятые домашние тапочки и прошлепал на кухню.
- Мам, давай я тебе помогу картошки начистить, - предложил он.
Мать недоверчиво посмотрела на сына:
- С чего это ты такой добрый?
Валерка пожал плечами. Чистить картошку он не торопился.
- Может, теперь я всегда добрый буду, - сказал он. - Я же ведь не маленький…
- Что вырос, то вырос, - подтвердила мать. - Только дури в голове много…
- У Саньки тоже много. Это они с Алькой подговорили мальчишек посуду таскать. А я не таскал. Только тетрадь Кате нечаянно отдал. Из-за этого Санька на меня дуется и называет предателем…
Мать не ответила. А Валерка мучительно думал: как же приступить к главному разговору? И он решил идти напролом:
- Отпусти меня, мам, на рыбалку, а? Все идут…
- Мал еще. Пусть Санька сходит, а ты дома побудь…
- Все дома да дома, - захныкал Валерка. - Петр всех берет. Сама же говорила, что я вырос…
Мать заваривала чай. Она не обращала внимания на Валеркино хныканье. Тогда он запыхтел громче. Послюнил палец и провел им по щекам.
- Отпусти, мам?
Интересно, сдержали ли остальные мальчишки слово? Валерка приоткрыл дверь на балкон. Из соседнего двора доносился густой рев. "Петька плачет, - догадался Валерка. - У него здорово получается…". Ниже этажом писклявый голос канючил:
- Схожу, а? Схожу?
Валерке даже обидно стало. Мальчишкам, наверное, разрешат пойти на рыбалку. А он, который подучил их плакать, опять на весь день останется с малышами и девчонками. Катька заставила его пришивать куклам руки-ноги. А "Синяя стрела" в это время будет купаться, ловить рыбу… И Валера в самом деле стало так грустно, что он зарыдал.
- И пол бу-ду мыть, и слу-шать-ся бу-ду…
- Чего ревешь-то? - сказала мать.- Вот как возьму ремешок…
- Ну и сте-гай, - рыдал Валерка.
Мать окликнула Саньку:
- Чего притаился? Знаю, что не спишь. Возьми уж с собой этого хныкальщика. Только следи за ним…
Из подъездов выбегали сияющие мальчишки. Они несли с собой складные удилища, горбились под тяжестью рюкзаков. Петр уже стоял во дворе. В руках у него был новенький спиннинг. Валерка с завистью рассматривал блестящую катушку.
- Из цветного металла, - прошептал ему Юрка. - Я сначала не гантели, а ее хотел… Найти не мог только…
Из подъезда боком вылезал мальчишка. Он с трудом тянул за собой что-то громоздкое. Это громоздкое стонало и бренчало железом.
Мальчишки ахнули:
- Бельевой бачок… Зачем бачок? На металлолом?
Мальчишка бодро подошел к Петру и поставил бачок на землю:
- Вот! - сказал он довольно.
Петр удивленно смотрел сквозь очки. Мальчишка обиделся:
- Так это же под рыбу. Мне вчера Валерка говорил, что ее тьма-тьмущая.
И никто не заметил Катьку-подлизу. Присев за песочницу, она тайком наблюдала за сборами мальчишек.
Появление бачка ее насторожило: "Ага, вот она, какая рыбалка. Снова из дома посуду таскать. А замаскировались так, что и подумать трудно…" И еще в Катькиной голове мелькнула одна мысль: а вдруг в рюкзаках у мальчишек самая настоящая посуда - из цветного металла!
Она прошмыгнула мимо мальчишек.
Вскоре во дворе появилась тетя Поля. Она остановилась около рыбаков и строго приказала:
- Ну, голуби, скидавайте свои мешки.
Мальчишки испугались: неужели им так и не придете, сходить на рыбалку?
- Тетя Поля, - сказал Петр. - Вы мне здорово напоминаете ротного старшину… В чем дело, все-таки?
Старшая дома сердито ответила:
- Не знаю, кого напоминаю, но я больше не допущу этих штучек с посудой. Чего уставились? Вытряхайте быстро из мешков, чего там у вас…
На земле кучками лежали фуфайки, баночки с крючками, пузырьки с анисовыми каплями, ложки, чашки, несколько кастрюлек.
Все металлическое тетя Поля собрала в одну кучу, среди ложек нашла деревянную, отбросила.
- Тетя Поля, вы должны пощадить нашу "Синюю стрелу",- заявил Петр. - Я отвечаю за отряд и вообще…
Но тетя Поля не слушала его, продолжая осмотр рюкзаков.
- Отвечаю, отвечаю, - проговорила она. - Порядок с меня спросят. А тебе, бригадир, стыдно такими штучками заниматься.
Из Алькиного рюкзака тетя Поля извлекла маленькую деревянную табуреточку с дыркой.
- А эту зачем? Вроде из ясельного возраста вышел, на горшок не ходишь…
Мальчишки прыскали от смеха. Действительно, зачем это понадобился Альке детский стульчик? Алька укоризненно сказал:
- Еще вы смеетесь? Сколько раз видел рыбаков: удилища в землю воткнут - и сидят на стульчиках.
- Так то ж старики!
Но на помощь неожиданно пришла тетя Поля:
- А вы о стариках помолчите! Они знают, что делают. Не то что вы - ветрогоны. Раз старики сидят, и ты, Алька, бери этот стул - все чище штаны будут.
Алька не знал, что делать.
- Да я просто так, - бормотал он.
Когда осмотр был закончен, тетя Поля сказала:
- Ну, а теперь шагайте. Да не балуйте у воды…
Она повернулась и вперевалочку пошла к подъезду, унося в фартуке всю отобранную посуду.
"Синяя стрела" уныло побрела со двора. Петр, чтобы приободрить ребят, сказал:
- Выше головы! Примем тетю Полю как неизбежное зло.
И повел их мимо экскаваторов, через горы земли. Уже близко зеленели тальники.
- А мы разве на озеро? - спрашивали ребята у Петра. - Тогда и идти нечего. Там и рыбы-то почти нет - одни гальяны…
- Не волнуйтесь. На уху всегда наловим.
Пробравшись сквозь кустарник, отряд очутился на берегу озера. Там и сям на воде лежали целые рощи крупных зеленых листьев, и над ними важно поднимались желтые цветы лилий, вобравшие в себя силу солнечных лучей. Пахло прелой травой.
Казалось, что здесь еще не ступала нога человека. Над озером стояла такая тишина, что от нее постреливало в ушах.
К берегам плотной стеной жался тальник, в иных местах он забрел и в воду. Посередине озера брызгали россыпью серебра мелкие рыбешки. Шурша прозрачными крылышками в воздухе проплывали стрекозы, удивленно посматривая своими огромными стеклянными глазами на незваных пришельцев.
Совсем другая картина была на противоположной стороне. Там стояла облезшая, почерневшая от ветра и времени морщинистая скала. На ее макушке росло несколько берез. У подножья скалы чернел омут. Над ним кружились стрижи.
Скала, как одинокий богатырь, стояла среди низких заросших берегов…
- Вот бы там побывать, - сказал Алька.
- Туда и поплывем, - ответил Петр. - Надо только найти побольше бревен и сколотить плотик…
Водоем, на который пришли ребята, становился озером только летом. Когда-то, давным-давно, здесь проходило основное русло реки. Потом она пробила себе более короткий путь, а старицу весной заливало. В половодье по ней плавали бревна, их заносило в кусты. Кое-где образовались целые заломы бревен, крепко зажатых в тисках высокого краснотальника.
Ребята остановились около одного из заломов. Алька залез на него и весело сказал:
- Из этих бревен можно такой плотище сделать! Прямо через океан плыть…
Он стал перепрыгивать с бревна на бревно, и вдруг, испуганно закричав, тут же упал на кучу хвороста и ухватился за ногу.
Мальчишки видели, как от него, извиваясь, поспешно отползала змея.
Петр бросился к Альке, поднял его на ноги.
- Где, что? - тревожно спрашивал он. - Ужалила?
- Не знаю. Я ей на хвост наступил. А она как стукнет головой по штанине, - испуганно говорил Алька.
В это время Валерка нашел палку и подкрался к змее, уползающей под залом. Делая вид, что ему нисколько не страшно, он вдохнул в себя побольше воздуха и прижал эту живую черную веревку к земле. Змея крутилась, стараясь вывернуться, била хвостом по палке, и Валерка готов был вот-вот задать стрекача. Но в это время подбежал Юрка, и Валерка совсем осмелел.
- У, злючка! - сказал он. - Очень вредная змея. Посмотри, какие у нее на голове красные пятнышки.
Петр, оставив Альку, подбежал к мальчишкам, чтобы рассмотреть змею.
- Эх вы, - укоризненно сказал он. - Это всего-навсего уж.
Ужа с миром отпустили, а Алька долго оправдывался:
- Откуда я знал, что это уж! Хотя он и уж, и не кусучий, а все равно противный…
Петр достал из рюкзака скобы и начал сколачивать плот. Бревна были сухими. От удара топора они звенели. Санька срубил длинную прямую талину и очистил ее от веток.
- Шест что надо, - одобрил Петр. Красную Санькину майку повесили на конец талины. Получился настоящий флаг.
Петр, отталкиваясь шестом, направил плот к гранитной скале.
- На том берегу интересно, - заметил Алька, болтая в воде босыми ногами. - Хорошо бы стрижиные норы посмотреть..
- По скале не заберешься, - сказал Санька. - Мы же не альпинисты…
Плот выходил на середину. Стрижи беспокойно загалдели, кружась над мореходами.
- Боятся, что Алька зорить их гнезда станет, - усмехнулся Петр. - Санька говорил, что на скалу не залезть. Были такие смельчаки, что и залазили… Сейчас мы, ребята, плывем на остров. Эта скала стоит на острове…
Мальчишки недоверчиво посмотрели на Петра. Они не раз ходили на озеро. Только не сюда, а поближе к стройке. Но про остров никогда не слышали.