***
- Мы вашего сына на первый раз долго задерживать не будем, - сказал лейтенант милиции Лешиному отцу. - Послушает ваш сын лекцию, и мы его отпустим.
- Какую лекцию? - удивился Лешин отец.
- О нашей законности. - И лейтенант приоткрыл дверь в детскую комнату.
Лешин папа увидел несколько скамеек, расставленных рядами, на них сидели подростки. Сын показался ему таким жалким, таким несправедливо обиженным! К тому же Леша неожиданно закашлял.
- Кашляет, - жалостливо сказал Лешин папа.
Отсутствующим взглядом посмотрел Леша на расхаживающую перед скамейкой молодую женщину в штатском.
- Несколько слов о грабеже, - деловито произнесла она. - Грабежом называется…
Леша опять закашлялся.
Лешин папа, прикрыв дверь, посмотрел на присутствующих полными ужаса глазами.
***
Леша продолжал кашлять и дома. И когда приглашенная из поликлиники девушка-врач посмотрела на градусник, оказалось, что у Леши…
- Тридцать восемь и два, - сказала девушка. - Это ангина дает, а не легкие. В легких у него ничего нет.
Лешины родители стояли возле его тахты этакой тихой, послушной парой.
- Какой беленький! - провела рукой по Лешиной спине девушка-врач. - Закаляться надо. Небось перекупался, а? Пока температура держится - лежать!
Леша, закашлявшись за ее спиной, потянулся к книге. Девушка обернулась.
- Читать только что-нибудь легкое… - Она посмотрела на титульный лист толстенного тома. - Ого! - И перелистала несколько страниц.
- Эта работа, - сказал Леша, - в первом издании называлась "Физика как приключение познания". Приключение!
***
Есть немало легенд, рассказывающих о том, как великие научные открытия были сделаны случайно, в минуты счастливых озарений. Легенд о том, как что-то непонятное и поэтому нудное, о чем говорил на уроке учитель, стало вдруг ясным, простым и очень увлекательным, история не сохранила. Но минуты счастливых озарений безусловно знакомы и ученикам средней школы.
Сперва Леша читал "Приключение", чинно лежа под простыней. Потом - за столом. Потом - сидя на подоконнике. Так читают только по-настоящему увлекательные книги.
Электронно-фантастическая музыка, которую он услышал, вчитываясь в первые страницы, перешла в галоп. С модели атома, возникшей в Лешином воображении, ветер, рожденный разностью потенциалов, сорвал несколько электронов, и они, подобно рою мошкары, понеслись куда-то. Электроны сталкивались друг с другом, проникали из одной металлической пластинки в другую, и Леша с таким увлечением следил за ними, что мама, помня указания врача, несколько раз пыталась отобрать у сына этот толстенный том.
***
В комнате Волика зазвонил телефон.
- Волик? - послышался голос Леши.
- Я…
- Оказывается, все это условно!
- Что?
- Все. Физика, химия, а особенно математика. Мы моделируем действительность в нашем сознании.
- Я же тебе это сто раз говорил. Да и в школе небось объясняли…
- Объясняли, да не так. Слушай: "Все существенные идеи в науке родились в драматическом конфликте между реальностью и нашим стремлением ее понять".
- Здорово!
- Вот то-то! Будь.
Через минуту телефон зазвонил снова.
- Волик!
- Я, - ответил Волик.
- Я до Эйнштейна придумал теорию относительности!
- Да он ее предложил, когда тебя на свете не было.
- Конечно, конечно… Я не то хотел сказать… Понимаешь, прежде чем я прочел Эйнштейна, я уже задумывался над тем, как в свободно падающем лифте поведет себя… ну, скажем, свободно падающее яблоко…
***
В первое дождливое утро осени Волик и выздоровевший Леша вышли из своего дома. Волик показал Леше на воротник плаща: мол, подними, после болезни. Леша махнул рукой. У него было отличное настроение. Мальчики весело прошли по баскетбольной площадке. Мелькнуло над ними кольцо с полуистлевшей мокрой сеткой, и они скрылись в арке ворот.
Когда ребята шагали по знакомой улице, удивленный Волик спросил улыбающегося Лешу:
- Ты что, по школе соскучился?
И Леша кивнул головой. В эту минуту он и представить себе не мог, что ждет его в школе.
***
Все произошло из-за Гали Вишняковой. Увидев Лешу из окна школьного коридора, Галя, прежде не обращавшая на него никакого внимания, вдруг заметно оживилась:
- Ребята, Леша Жильцов выздоровел!
Вахтанг и Вадим без особого интереса посмотрели в окно. А Галя продолжала:
- Оказывается, вот кто настоящая личность - Леша Жильцов! Ни за что ни про что в отделение милиции не заберут. А ведь его, говорят, с Морозовым взяли. Все наши мальчики Лешиного мизинца не стоят.
И Галя пошла в кабинет физики.
Вахтанг и Вадим неохотно отправились за ней.
***
…На лестнице Леша и Волик обменялись прощальными жестами.
- "Фрукты - овощи"? - спросил при этом Волик.
Леша замялся.
- Ах, да… - сказал Волик без обиды. - Но я все равно подожду.
И они расстались.
***
Леша шел по коридору, чувствуя к себе какое-то необычное внимание. Он не понял, в чем дело, даже когда кто-то спросил его:
- Леш, а в милиции есть дают?
- Пирожные, - ответил он, не останавливаясь.
***
В это время в кабинете физики Галя сказала Зиночке Крючковой:
- Перебирайся на другое место. Со мной сегодня Леша Жильцов будет сидеть.
Гордая Зиночка молча стала складывать книги в портфель.
***
Когда Леша появился в дверях физического кабинета, все притихли.
- Здравствуй, Леша, - вкрадчиво сказала Галя Вишнякова.
Она сидела на своем месте, а Зиночка - у окна, на Лешином.
- Здорово, - ответил Леша, - оценивая обстановку.
- А мы тебя решили пересадить, - продолжала Галя. - Чтоб ты в окно не смотрел. Хочешь со мной сидеть?
Леша почесал в затылке. Все-таки это была Вишнякова.
- Могу, - сказал он.
- Тогда садись, - предложила Галя.
Леша, поставив портфель на пол возле своего нового места, сел. На него все смотрели, а он растерянно оглядывался по сторонам.
- Ну как? - тоном сообщницы по преступлению спросила Лешу Галя.
Ничего не понимающий Леша не знал, куда деть руки, и в конце концов положил их на стол, прижав ладонями с растопыренными пальцами его пластмассовую крышку, совсем как в детском саду, когда показывал дежурным санитарам, что ногти у него чистые.
- Что "ну как"? - переспросил Леша.
И в это время в дверях кабинета появилась Женя.
Увидев ее, Леша поспешно убрал руки со стола.
- В отделении милиции испугался? - спросила Галя.
Наконец-то Леша понял, что происходит. Он уселся поудобнее.
- А чего бояться? Поговорили и разошлись. Они мне свое, я им свое.
Взглядом он пригласил Женю порадоваться вместе с ним. Все-таки человек, побывавший в милиции, вызывает кое-какой интерес. Недаром же вокруг Леши уже начал образовываться тот заветный кружок из одноклассников, который ему никогда прежде не удавалось собрать.
- Тебя запирали? - спросила какая-то девочка.
- Само собой, - ответил Леша.
- А в окно? - наивно предположила другая.
- Третий этаж, не оборвешься, - ответил Леша, все больше воодушевляясь. Хрипотца Морозова уже была наготове.
- Про что говорили?
- Предупреждали насчет грабежа, - скромно ответил Леша.
Наступила волнующая пауза.
- Лешенька у нас личность, - сказала наконец Галя и погладила Лешу по голове.
И тут Женя не выдержала.
- Да! Поздравляю тебя, Леша, - сказала она. - Достиг! Добился все-таки своего! Ты теперь просто… Ну, я не знаю кто! Лимонадный Джо. Честное слово! Я даже вся трепещу от страха, когда с тобой разговариваю. Ты только своих не грабь, ладно?
Когда Женя говорила это, ребята начали хихикать. А потом замолчали.
Наверное, в эту минуту стало стыдно не одному Леше, о чем можно было догадаться по тому, как распался кружок вокруг него и как смотрели на Женю ребята, когда она шла к своему столу. Потом Женя вдруг передумала и села рядом с Турманидзе.
Вот как все обернулось.
***
…Вместе со звонком в кабинет вошел Иван Федорович.
- Ну-с, на чем мы остановились? - обратился он к классу.
Неожиданно Зиночка Крючкова подняла руку.
- Теряешь индивидуальность, - тихо сказала ей Галя Вишнякова, понимая, что это начало конца.
- А мне тройка важнее! - как всегда, гордо ответила Зиночка.
- Кукареку! - тихо сказал Вадим.
- Ну и что?! - повернувшись к нему, спросил Турманидзе.
- Смешно, - ответил Вадим неуверенно.
- Это тебе кажется… - сказал Вахтанг.