***
До вечера было еще далеко, когда Леша в парадной куртке и брюках для особо торжественных случаев, что-то дожевывая на ходу, захлопнул дверь своей квартиры и стал звонить в соседнюю на той же лестничной площадке. Ему открыл Волик. Он был в трусах и майке.
- Одевайся, - сказал Леша.
Через несколько минут они уже шагали по бульвару.
- Ты не оправдывайся, - говорил Волик, - я же тебя ни в чем не обвиняю.
- Я хочу, чтобы ты понял, - возбужденно объяснял Леша. - Эта девчонка не такая, как все. Класс у меня, сам знаешь, не сахар. Хоть они мне все в рот смотрят, но я их не балую. Потому что перед кем там себя показывать? Перед Зиночкой Крючковой?
Леша подождал одобрения, но не дождался.
- Ты продолжай, - сказал Волик.
- И когда я сегодня этой девчонке, - продолжал Леша, - эдак, не моргнув глазом: "Эти слова надо высечь на мраморе", - она как захохочет, а за ней весь класс. Не веришь?
- Верю, - сказал Волик.
Леше показалось, что Волик произнес это как-то не очень твердо, и он решил исправить дело проверенным веками способом:
- Галку Вишнякову знаешь? Чуть не упала. "Для меня, говорит, людей без юмора не существует, а у Леши он есть".
- А что тебе физик поставил? - спросил Волик.
Леша сник.
- Ты же знаешь, я его тоже не особенно балую. Зачем мне перед ним себя показывать? - сказал он.
Такой ответ пояснений не требовал. Все было ясно.
- А куда мы идем? - спросил Волик.
- Мы с Женей сегодня весь день вместе, - начал Леша, - она сейчас сюда придет… Вот к той скамейке…
Волик остановился. Печально посмотрев на Лешу, он круто повернулся и пошел в обратном направлении.
- Стой!.. Подожди… Волик!.. - бежал рядом с ним Леша.
Волик не останавливался.
- Зачем я тебе нужен? - спросил он на ходу.
- А что я с этой девчонкой без тебя буду делать? - вырвалось у Леши. Потом он объяснил: - Ты один знаешь, какой я на самом деле, один ты меня понимаешь.
- Да? - горько удивился Волик.
- Я ей сказал, что, кроме тебя, у меня никого нет.
Волик остановился.
- А она что?
- Заинтересовалась, - сказал Леша и добавил, не глядя на Волика: - У меня знаешь какой класс. Могут запросто перед девчонкой унизить.
Волик пошел к скамейке. Леша оживился.
- Она сказала, что у меня есть знаменитый тезка. Какой-то Алексис… Кажется, Клеро.
- Ничего себе "какой-то"! Исследовал движение кометы Галея и определил время ее возвращения. - Волик вгляделся в глубину бульвара. - Идет…
И Леша увидел Женю не в школьной форме, не в спортивном костюме, а в летнем нарядном платье. Кроме того, она была без очков. Впервые в жизни ощутив, что такие перемены могут происходить из-за него, Леша ошалел от счастья.
- Добрый вечер, - сказала Женя.
- Это Волик, - представил Леша своего друга. - Я тебе рассказывал.
- Я думала, он… чуть постарше…
- А я младше, - отрезал Волик.
- Я его всегда за собой таскаю, - непринужденно болтал Леша. - Волик был маленький, так его мама, как куда идет, всегда просила за ним присмотреть. Вот мы и привыкли друг к другу.
- Она тебя и сегодня об этом попросила? - поинтересовалась Женя.
- И сегодня, - ответил за Лешу Волик. - Чтобы я спички не зажигал и случайно из окна не вывалился. Мы на седьмом этаже живем.
- Сядем? - предложила Женя.
Они сели и довольно долго молчали, глядя по сторонам. Хуже всех было Леше. Женино лицо выражало веселое любопытство, а Волик явно считал, что так Леше и надо. Наконец Волик сжалился:
- У меня рубль есть. Хотите мороженого?
- Леша, ты хочешь? - спросила Женя.
Леша сразу вскочил:
- Я сейчас сбегаю, у меня тоже деньги есть!
- Зачем же ты, когда я… - начал было Волик.
- Я! - умоляюще сказал Леша.
- Да, но… - еще пытался улизнуть Волик, но момент был упущен.
- Сиди, сиди, я быстро! - сказал Леша и убежал.
Оставшись одни, Волик и Женя помолчали. Потом Женя открыла сумочку и надела очки. Волик оживился (как-никак все-таки оптика!).
- У тебя плюс или минус? - спросил он солидно.
- От косоглазия, - ответила Женя.
Волик глотнул воздух.
- Но если не буду снимать, пройдет, - продолжила Женя виновато.
- Так ты не снимай, не снимай. Вообще-то незаметно. Я бы даже не догадался, - как-то слишком быстро заговорил Волик. И добавил неожиданно: - Платье… красивое…
- Тут все дело в воротничке, - охотно объяснила Женя.
- Красивый воротничок, - подтвердил Волик.
А потом сказал:
- Я, пожалуй, пойду домой, а? Уроков много.
И встал.
А Женя, которая все время держалась независимо, взмолилась:
- Посиди, Волик! Я тебя очень, очень прошу.
Волик сел.
Мороженое способно развеселить любое общество, а Леша принес и конфеты "Мишка".
- Кому что? - спросил Леша.
***
На садовой скамейке расположились три стаканчика с мороженым и развалившийся кулек с конфетами.
- Мне и то и другое, - протянулась к лакомствам Женина рука.
- И мне! - начал действовать Волик.
- И мне! - Лешина рука на мгновение скрестилась с рукой Волика.
- Пересечение множеств, - сказала Женя.
- Что? - спросил Леша.
- А, ерунда! - сказал Волик уже на ходу. - Нас трое, значит, мы ограниченное множество из трех элементов. Три стаканчика - другое множество. Конфеты - третье. А пересечение состоит из тех, кто ест и конфеты и мороженое.
Леша помрачнел.
Они шли по бульвару, кабинет физики был далеко, но какие-то странные звуки, напоминающие космос, электронную музыку и фантастические романы, как сигналы из других миров, стали пробиваться сюда. И если там, в кабинете физики, эти сигналы звучали весело, здесь в них было что-то тревожное.
- Неужели ты Колмогорова читал? - спросила Женя Волика.
- Куда нам, - поглядывая на Лешу, ответил Волик. - Мы пока Виленкина.
Хоть Волик и пытался сделать вид, что и его друг некоторым образом "причастен", но Леша даже отстал немного.
- А ты пробовала сформулировать теорему Пифагора как утверждение о пустоте некоторого множества? - перешел в наступление Волик.
Они с Женей прибавили шаг. Тревожная музыка из иных миров зазвучала совсем громко. Сквозь нее едва пробивались когда-то знакомые голоса:
- Множество пасущихся на Луне лошадей пусто. Равно нулю.
- У Виленкина что хорошо? Наглядно.
И еще что-то произносили эти голоса и всё в том же роде:
- А множество тигров, живущих на свободе в Австралии, а?
- Ха-ха-ха-ха!
***
Отстав от своих друзей, Леша шел с широко открытыми, невидящими глазами.
Волик и Женя остановились. Вид у них был слегка виноватый.
Когда Леша подошел к ним, Волик сказал:
- Ты что отстаешь?
Леша молчал.
- Жень… - сказал Волик, - а ты знаешь, как Лешка в тире стреляет? Двадцать два из двадцати пяти возможных.
- Он мне рассказывал, - горячо поддержала Женя такой поворот разговора. И вдруг заявила: - Мальчики, спойте!
- Зачем? - удивился Волик.
- Мне очень нравится "Степь да степь кругом…"
- Ну и что? - еще больше удивился Волик.
- А Леша рассказывал, что вы ее дуэтом поете. Спойте. Он говорил, у вас здорово получается.
Все трое молчали довольно долго.
- Мы с ним? - переспросил Волик, глядя на Лешу.
- Да, - сказал Леша.
- Понятно, - сказал Волик.
- Бросьте ломаться, - сказала Женя. - Я ненавижу, когда мальчишки ломаются. - Она уже начинала сердиться.
- Мы не ломаемся, - сказал Волик. - Только "Степь" мне сейчас не вытянуть.
- Ну, спойте что хотите.
Испепеляющим взглядом глядя на Лешу, Волик запел тихо, но довольно музыкально:
Дорогой длинною,
И ночкой лунною,
И с песней той, что вдаль летит, звеня…
Что же ты не подпеваешь? - спросил он Лешу.
- Сейчас вступлю.
- Вступай. Три-четыре…
И они запели вместе:
И с той старинною,
С той семиструнною,
Что по ночам так мучила меня.
Леша как-то забавно фальшивил. Это стало окончательно ясно, когда, подражая современным исполнителям старинной песни, мальчики повторили припев:
Ля-ля-ля-ля-ля…
Женя так слушала этот странный дуэт, что мальчики постепенно смолкли.
Сначала Волик. А потом и Леша, "пролялякав" несколько раз в одиночестве.
И тогда Женя сказала тихо:
- А я-то думала, что ты очень искренний, Леша.