Всего за 220 руб. Купить полную версию
Родители, конечно, работали, и дома никого не было.
Катя повесила клетку на место, а потом сказала:
- Пошли на санках кататься.
Они катались с деревянной горки сначала по очереди, потом вместе, потом снова по очереди. А на улице было так светло, и небо вокруг все синее. И яркое солнце. Оно было очень ярким, но чтобы почувствовать тепло от него, нужно было долго стоять, замерев, и только тогда солнце начинало греть щеку.
На санках кататься им скоро надоело, - каждый раз поднимать за собой. И они стали кататься стоя, держась за руки. Катя не упала ни разу, а Дорин часто падал, но сразу вскакивал и смеялся.
Потом они грелись у Кати дома, кормили черепаху простоквашей, а потом Катя повела Дорина в зоомагазин. В зоомагазине было тепло, и Катя долго стояла около разноцветных рыбок, плавающих между водорослями в аквариумах.
Дорин все удивлялся, как плохо здесь в зоомагазине пахнет. А Кате наоборот этот запах нравился, и она постояла бы еще около змей, если бы не Дорин.
Они вышли на улицу, и Дорин вдруг хлопнул себя по лбу.
- Ну, я! Эх, я! И как я сразу не сообразил! - стал удивляться он. - Как же я сразу не пошел к завучу.
- Так он тебе бы и поверил.
- Поверил бы, точно поверил. Он всегда говорит: "Справедливость - главное в воспитании детей". Это я сам слышал.
И они пошли в школу без Катиных родителей.
- Нет, не поверит. Хуже еще будет, - говорила Катя дорогой, - и ябедать придется.
- Про кого ябедать-то, - говорил Дорин, - весь класс захотел. А ты - нет.
- Вообще-то я тоже хотела.
Завуча они встретили на лестничной площадке. Он нес куда-то связку указок.
- Ермолова, - сказал завуч, уперевшись указками в Катю, - прости, Ермолова, я ошибся. Твой класс понял ошибку и все мне рассказал.
Он протянул Кате свободную от указок левую руку.
- Ты - справедливая девочка, Ермолова. Справедливость - это главное.
А Кате вдруг захотелось заплакать. Слезы потекли сами. Она отвернулась, достала платок из рукава и громко всхлипнула. Всхлипнула и побежала вниз под лестницу, где плачут всегда девчонки, девчонки всей школы.
- Вот ведь как, - сказал завуч и рассыпал указки. И они вместе с Дориным долго их собирали на полу, складывали.
А потом Дорин ждал Катю у лестницы. Мимо проходили какие-то девчонки, косились на Дорина, потому что это ведь было девчоночье место - под лестницей, но Дорин терпеливо ждал.
Наконец Катя вышла, она прошла мимо, как будто и не заметила его.
- Катя, - сказал Дорин.
- Подумаешь, справедливость, - сказала Катя.
- Пойти к твоим родителям? - спросил снова Дорин, хотя идти к родителям было теперь уже ни к чему.
- К каким еще родителям? Я сейчас и не домой совсем иду. Я к одной девочке иду.
И Катя повернулась к Дорину спиной.
А Дорин вздохнул и пошел домой. Он шел по улице один и все вздыхал.
Самый несправедливый конец в этой истории был для Дорина.
* * *
Катя нашла три рубля. Шла из школы и перед самым домом нашла. Видит - бумажка, хотела наступить, а это были деньги.
Впереди на улице было два человека. "Наверно, они потеряли", - подумала Катя и побежала их догонять.
- Дяденька, вы потеряли три рубля? - подбежала она к одному человеку.
- Нет, я потерял тридцать рублей. Тридцать рублей я потерял сегодня на этом деле, - сказал человек, не оглядываясь на Катю.
- А три рубля вы не теряли?
Человек остановился.
- Какие еще три рубля! Какие тебе нужно три рубля, я спрашиваю? - закричал он неожиданно.
- Я не знаю, - сказала Катя, испугавшись.
- Ну и иди от меня.
И Катя пошла. Она догнала второго человека.
- Вы не теряли деньги? - спросила она, догнав.
- Деньги? Много денег? - остановился сразу второй человек.
- Много, - сказала Катя, потому что три рубля было для нее в самом деле много.
- Сейчас посмотрим, - и человек стал рыться в карманах.
Сначала он вывернул карманы из пальто. Там не было ничего, кроме пыли и мятого трамвайного билета. Потом он расстегнул пальто и вывернул карманы пиджака. А Катя все смотрела. Потом он расстегнул пиджак и вывернул карманы брюк. Во всех карманах было пусто.
- Значит, вы потеряли?
- Потерял? Нет, ничего я не терял. У меня их и не было, денег. Говоришь, много нашла?
- Три рубля.
- Мне нужен весь мир, - сказал человек, застегиваясь, - или ничего. А на деньги, ты знаешь, купи знакомым подарки.
И Катя решила купить.
Никогда в жизни у нее не было столько денег. Мама ей давала на праздники тридцать копеек - и все.
Катя зашла в магазин "Галантерея". Можно купить папе бритвенный прибор - вон как сверкает. Но папа бреется электробритвой. Ему прибор ни к чему.
А маме можно купить духи. Или нет, духи дорого стоят, лучше одеколон - огромная бутылка, а всего рубль.
Катя ничего не купила и пошла на базар. По дороге был еще книжный магазин. На витринах лежала книга "Будьте здоровы". И Катя решила подарить эту книгу Дорину, если останутся деньги. А если еще деньги останутся, то купить для скворца Петьки специальные семечки и что-нибудь для черепахи.
На рынке Катя тоже не нашла ничего подходящего.
А на улице к ней подбежала собака. И стала нюхать Катину ногу.
Катя нагнулась к собаке и погладила ее спину. А собака вдруг потянулась к деньгам и схватила половину трех рублей.
- Отдай, - сказала Катя и потянула на себя.
Собака зарычала на Катю и перехватила деньги до самой Катиной руки. Потом вдруг дернула, и у Кати остался один только уголок от денег.
Собака отбежала в сторону.
- Отдай деньги, я на них подарки куплю, - шагнула Катя к собаке.
Но собака отбежала еще дальше, косо оглядываясь на Катю.
Тут мимо проехала машина. В машине бились и грохали пустые бидоны. От этого грохота собака побежала по улице большими прыжками.
Так Катя и не купила ни одного подарка.
Она даже не сказала про эти деньги ни дома, ни Дорину на другой день. Еще не поверили бы.
* * *
Пионервожатый пришел вовремя.
На заднюю парту рядом с Ниной, с бывшей Катиной подругой, села Василиса Аркадьевна. А в другом углу, на стульях - завуч и старшая пионервожатая.
Затем Дорин прочитал план, написанный Василисой Аркадьевной. Спросил кто "за". "За" были все.
И тогда пионервожатый сказал про Выборг.
- Хотим, конечно, хотим! - зашумели все.
- На лыжах покатаемся! - кричали ребята.
- Не на лыжах, а с городом, - заспорили девочки, - с городом познакомимся!
- Тихо! - сказал пионервожатый. И взглянул сначала на свои руки, а потом на пол. Взглянул и убрал руки за спину.
- На лыжах, конечно, на лыжах! - продолжали шуметь ребята.
- Вам сада мало, что ли! - спорили девочки. - Будем с архитектурой знакомиться, с культурной жизнью.
- Тихо! - сказал снова пионервожатый, выставил руки вперед и с удивлением посмотрел на эти свои руки.
А ребята продолжали шуметь. И пионервожатый (он стоял посередине класса) растерянно качнул головой и снова посмотрел на руки. Наверно, он опять готовился сделать стойку.
- Ну, знаете, - стукнул стулом завуч.
И все мгновенно замолчали, и было слышно, как в кармане у пионервожатого пересыпается мелочь, потому что пионервожатый сразу сунул руки в карманы и смущенно заулыбался.
- Ведь мы же с вами беседовали, - сказал завуч при всем классе пионервожатому.
- Беседовали, - вздохнул пионервожатый.
Он опустил голову, а все продолжали молчать.
- Придется нам все-таки подыскать другого товарища.
- Но я не хочу, чтоб другого… У меня и братьев не было, и сестры, и во всем нашем доме ребят не было.
- Может, вам лучше стать акробатом? - спросила старшая пионервожатая. - Вы, говорят, прекрасно делаете стойку.
- Знаю, что прекрасно, у меня разряд.
- Возьмите у нас кружок, акробатический. Там стойка очень необходима, и ребята будут. А пионервожатым - другого.
- Нам не надо другого, - хотела сказать Катя, но пионервожатый вдруг задумался.
- А как же Выборг? - спросил он, сдаваясь.
- Выборг само собой, - сказал завуч, - но только без стойки, - погрозил он пальцем.