Вадик торжественно преподнес тете Паше котенка вместе с бутылочкой сливок и на прощанье нежно поцеловал его в нос. Паня и Егорша дружно сплюнули, а будущий крысолов цапнул Вадика за щеку.
После тихой и прохладной кладовой станция показалась мальчикам еще более шумной, жаркой. Егорша и Вадик заспорили, какая марка паровоза самая лучшая, но Паня, занятый своими мыслями, пропустил этот увлекательный вопрос мимо ушей. Итак, геологическая разведка побывала возле тополей и обнаружила под землей колчедан и малахитовую зелень. И вчера в тени этих тополей неожиданно объявилась еще одна старая шахтенка.
"Завтра разведаю, что там такое", - решил Паня.
До самой школы он молчал, обдумывая подробности предстоящего важного дела.
Новичок
Школа выросла на улице Горняков за один год.
Семилетка, в которой учились Паня и Вадик, должна была перебраться в это новое красивое здание и с первого сентября стать десятилеткой. Строительные работы подошли к концу. На правом крыле школы в подвесной люльке покачивался маляр, и в его руках шипел распылитель, бросая на стены облачка краски. Активистки родительского комитета и старшеклассники убирали во дворе строительный мусор. Юные мичуринцы копались в саду.
К толпе пионеров, собравшихся у школьного крыльца, подошел директор школы Илья Тимофеевич - полный, пожилой человек, в толстовке и в кепке.
- Экскурсанты приедут с утренним поездом и скоро будут здесь, - сказал он ребятам и взялся за ручку двери.
Но тут его задержал маляр, измазанный масляной краской, и бригадир полотеров, а затем директор поговорил с посетителем. Этот посетитель сразу завладел вниманием ребят: во-первых, его грудь украшали ордена, медали и гвардейский знак, а во-вторых, он был очень высокий, чуть ли не на полторы головы выше директора, хотя и Илью Тимофеевича никто не счел бы низеньким.
- Я к вам, товарищ директор, по поводу брата. Прошу пристроить его… - Великан запнулся на этом слове и поправился: - Прошу определить его в шестой класс.
Мальчик, стоявший у крыльца, неловко поклонился Илье Тимофеевичу. Он был русый, большеротый, с серыми глазами под выпуклым лбом и такой крупный, что пионерский галстук на его плечах казался не настоящим. Рядом с ним стояла девочка, по-видимому третьеклассница. Она воинственно посматривала на мальчиков, будто подзадоривала: "А ну-ка, кто тронет? Плохо ему будет!"
- Прошу ко мне, - пригласил посетителей директор.
Орденоносец, его брат и сестра вслед за директором прошли в школу.
- Ребята, знаете, кто это? - сказал Егорша. - Это машинист экскаватора Полукрюков. Он приехал из Половчанска и живет в Железнодорожном поселке. Здоровый дядя, просто богатырь. И его брат тоже сильный. Он вчера Гену Фелистеева, как маленького, на обе лопатки положил, я сам видел.
- Глинокопы приехали! - фыркнул Вадик. - В Половчанске есть карьер огнеупорной глины, а больше ничего нет.
- Полукрюков во втором карьере работает. Его в радиосводке один раз дали, - сообщил Паня, легко запоминавший все, что имело отношение к Горе Железной.
Директор и посетители снова появились на крыльце.
- Надеюсь, Федя Полукрюков, что в Железногорске ты будешь учиться еще лучше, чем в Половчанске, - сказал директор, положив руку на плечо новичка, и подозвал Егоршу: - Краснов, познакомься с новым одноклассником Федей Полукрюковым.
Великан попрощался с директором и ушел, а новичок и его сестра очутились в толпе пионеров.
- Привет! - Егорша тряхнул руку Феди. - Мы с тобой вчера уже один раз познакомились на Новом бульваре, помнишь? Оставайся с нами встречать экскурсию. Краеведы привезут много камешков из Малой Мурзинки.
- Ладно! - сразу согласился Федя.
- Ничего подобного, Федуня! - властно вмешалась девочка. - Надо купить хлеб и сахар, а то магазины закроются на обед. Очень нужно смотреть какие-то камешки!..
- Какой командир нашелся! - выскочил Вадик. - Наверно, ты только глиной любуешься. Нашла добро - половчанскую глину!
- Мы, Женя, успеем в магазин, - сказал Федя и затем ответил Вадику: - Из половчанской глины делают огнеупорный кирпич, так что ты глупо рассуждаешь.
- Зато без самоцветов не сделаешь точных приборов, ага! - бросился в спор Вадик.
- Я ничего против самоцветов не говорю. И глина и самоцветы - это полезные ископаемые, - не уступил Федя.
- Вадик, спорить надо умно, - напомнил Егорша. - У тебя что-то не получается.
- Подумаешь, только в Половчанске умные мудрецы! - хмыкнул Вадик.
- Правда, Полукрюков, что ты вчера Генку Фелистеева на обе лопатки, как маленького, положил? - прервал спор Паня. - Покажи бицепсы.
Федя согнул руку в локте. Все мальчики ощупали его мускулы и единодушно признали, что таких нет ни у кого в классе.
- Это ничего не значит, - возразил Вадик. - Бывает так, что мускулы большие, а пальцы совсем слабые. У меня мускулы обыкновенные, зато пальцы железные.
- Ну? - насмешливо удивился Федя. - Интересно попробовать…
- Пожалуйста!
Сразу выяснилось, что Вадик поступил неосмотрительно. Федя расставил ноги, нагнул голову и так стиснул руку своего противника, что тот присел и открыл рот, будто ему не хватало воздуха.
- Пустить? - спросил Федя. - Ну, говори…
Лицо Вадика покривилось, глаза наполнились слезами.
- Пустить? - разгораясь и торжествуя, повторил Федя. - Проси пардона, а то погибнешь, как швед под Полтавой.
Вадик сморщился, побледнел, но не ответил.
- Вадька, выкидывай белый флаг, чего ты уперся? - стал уговаривать жалостливый Егорша.
- Брось, Полукрюков, а то у него кровь носом пойдет, - пришел на помощь своему другу Паня.
Эти слова отрезвили Федю. Он выпустил руку Вадика и, улыбаясь, почесал у себя за ухом.
- Иди, да больше не нарывайся… - сказал он.
- С тобой только свяжись! - ответил за Вадика Егорша.
Послышались крики:
- Экскурсия идет! Экскурсия идет!
Председатель совета пионерской дружины Ростик Крылов вынес из школы знамя дружины, а ребята построились на ступеньках крыльца вокруг директора и затихли.
- Пань, здорово я не сдался? - похвастался Вадик, растирая пальцы. - Знай наших железногорских!
- А сам чуть не заревел… Стой смирно! Слышишь горн: экскурсия идет. Это из-за тебя мы в Малую Мурзинку не поехали… Эх ты, сплавщик леса!
Звуки горна становились все явственнее.
Столкновение
Не отрываясь смотрел Паня в ту сторону, откуда должны были появиться экскурсанты. Как завидует им Паня, как беспощадно винит себя и Вадика… И нужно же им было "сплавлять лес"!
Идут юные краеведы, идут счастливцы…
Экскурсанты размахивают в такт геологическими молотками; пятнадцать пар ног, искусанных комарами, отбивают шаг под звуки горна. Словом, всё в порядке. Во главе цепочки шествуют белобрысые крепыши Толя и Коля Самохины. На палке, положенной с плеча на плечо, они несут мешок, повидимому не легкий. Интересно, что там такое?.. А где Николай Павлович, где Роман? Да вот же они, идут рядом, в самом конце цепочки. Николай Павлович одет по-походному. На нем парусиновая панама с низко нависшими полями, гимнастерка, черные кожаные краги. А Роман будто только что из дому вышел. Он в пиджачке, надетом поверх синей майки, в брюках, сохранивших складку; на копне курчавых волос лихо сидит выцветшая тюбетейка.
Цепочка обошла двор, и пионеры построились перед крыльцом.
- Экскурсия школьного краеведческого кружка из Малой Мурзинки прибыла. Никаких происшествий не было, бальных и отставших нет, - отрапортовал директору старший пионервожатый Роман и, не выдержав торжественного тона, рассказал совсем запросто: - Подружились в Малой Мурзинке с колхозными ребятами, со стариками-горщиками, собрали много минералогических образцов для краеведческого кабинета, отработали два дня на сеноуборке… Коля и Толя, покажите подарок колхозников за нашу помощь.
Медленно, как бы не желая расстаться со своей ношей, братья Самохины развязали мешок.
- Ух!.. - подпрыгнул Вадик. - Это друза так друза!
Лучи солнца, разбившись о хрустальную друзу, стали розовыми, фиолетовыми, желтыми… Друза - это дружба кристаллов. Длинные прозрачные шестигранники, вершины которых отсвечивали аметистовой синевой, были точно впаяны основаниями в плоский кусок молочно-белого кварца, составляли с ним одно целое - цветущий хрустальный куст. Сколько миллионов лет назад вырастила его природа, чья счастливая рука выломала его из стенки пещеры? И вот сверкает перед восхищенными ребятами завидный подарок горных недр.
- Поздравляю с удачным походом и благодарю за подкрепление для школьной минералогической коллекции, - сказал директор. - Имейте в виду, товарищи, что первого сентября краеведческий кабинет должен быть открыт!
Роман скомандовал цепочке "вольно", и всё зашумело. Встречающие бросились к экскурсантам и помогли им разгрузить машину, доставившую тяжелые рюкзаки со станции. Тут же начались расспросы в рассказы.
- Эта друза у председателя колхоза в кабинете на письменном столе стояла, - сказал Толя Самохин.
- А раньше горщики Малой Мурзинки ставили такие штуки на завалинках под окнами для красоты, - добавил Коля Самохин. - Мы с Толькой об этом у Мамина-Сибиряка читали.
Очарованная Женя Полукрюкова осторожно провела пальцем по грани самого длинного кристалла.
- Будто сирень в саду… - шепнула она мечтательно.
- Ага, пялишь глазки на камешки! - под шумок свел с нею счеты Вадик. - Теперь видишь, что́ лучше - наши камешки или ваша глина. Эх ты, глиняная половчанка!
- Девочка, погрызи леденчик… - Чернявый Вася Марков протянул Жене красный леденец. - Попробуй - спасибо скажешь.
Женя заложила руки за спину: