Всего за 59.9 руб. Купить полную версию
Подслушать их разговор. Но не успел.
- Погоди, - прервал его я. - Давай все по порядку. Сначала расскажи мне, что за проект они вместе готовили вот уже полгода, в чем его суть и для чего он был им нужен.
- Вы знаете? - неожиданно спросил он, поднимая глаза. - Ну надо же…
Инна как раз заносила в комнату поднос, уставленный блюдечками, заполненными всяческой легкой едой, поэтому я тут же, не колеблясь, правдиво ответил, чтобы потом не попасться на какой-нибудь мелочи:
- Я, Георгий, должен все знать; Потому что моя профессия - частный сыщик.
- Да, Галя говорила, - уважительно ответили Инна и Гера хором.
Я моргнул и поклялся при первом удобном случае пожать девчонке руку. Все-таки ее вранье могло оказаться очень даже полезным.
Несколько секунд на обдумывание - пока Инна накрывает на небольшой передвижной столик, - и версия для этих двоих готова.
- Проблема в том, - предвосхищая невысказанные вопросы, ответил я, - что Сергей Леонидович болен. Работа довела его практически до предынфарктного состояния. А от его деятельности зависит очень многое, тем более сейчас, накануне выборов, - объяснять последнее изречение я не стал, считая, что для нагнетения обстановки и создания атмосферы серьезности и значимости подобные фразы необходимы.
Осмотрел их такие разные лица: светлое, внимающее Инны и сосредоточенное, отрешенное лицо погруженного в себя Герки, вздохнул и продолжал:
- Если о похищении сообщить в органы, до Сергея информация дойдет тут же, у него очень хорошие связи. И, скорее всего, это немедленный инфаркт. Трудно предсказать все последствия. Так что мы с родителями остальных троих решили действовать по-другому. Якобы забрали детей из школы, никому ничего не сообщая, и сделали так, чтобы Сережа считал, будто все четверо в черноморском санатории.
Он был в командировке, а сейчас слишком занят, так что пока ничего не заметил. Но долго так продолжаться не может. В ближайшее время он сообразит, что дочка обязательно позвонила бы, если бы все было нормально, а звонка до сих пор нет.
Поэтому я и разыскиваю Галю. В срочном порядке, бросив все остальные дела.
И ты, Георгий, и вы, Инна, если помните что-то важное, обязательно расскажите мне все, в мельчайших подробностях. Вы общались со всеми четверыми до похищения и наверняка знаете все необходимое для разъяснения того, ЧТО на самом деле произошло. Поэтому я буду спрашивать вас, а вы подробно и взвешенно отвечайте. Договорились?..
Учительница с довольно забавной серьезностью кивнула. Мальчик посмотрел на меня и утвердительно опустил ресницы. На мгновение мне почему-то показалось, что самый старший в этой комнате именно он. Я бы улыбнулся, если бы не пережил то, что случилось со мной за последние два часа.
- Итак, Гера, начнем с тебя. В каких отношениях ты был с Галей Вересовой?
Несколько мгновений он смотрел на меня очень странно, причем я никак не мог разобрать, как именно. Затем неожиданно легко и светло улыбнулся и ответил:
- В хороших. Но не близких. Мы с ней познакомились месяцев пять с половиной назад. В парке, где я обычно гуляю. Она там тоже гуляла и сама со мной заговорила… - Я вдруг понял, почему так просветлело его лицо: мальчик вспоминал о девушке, которую любил всем сердцем, и воспоминание это оживило его даже в тяжелое для него время.
Инна Николаевна тоже заметила это и покраснела, опуская улыбающиеся и слегка удивленные карие глаза.
- Мы с ней, - продолжал Гера, - виделись не очень часто, но постоянно, примерно два раза в неделю. Вместе гуляли, ходили в театры, в кино, на каток и в бассейн… Но, - он помрачнел, возвращаясь к своему прежнему состоянию пришибленности и отрешенности, - она меня не любила. Она просто использовала меня.
Я заметил, что Инна Николаевна удивилась еще больше, причем едва не всплеснула руками, явно не удержавшись от внутреннего восклицания типа:
"Как же так?!" Мальчик ей, видимо, очень нравился, и такого отношения Гали она решительно не понимала.
В другой ситуации выражение типа "она меня использовала" из уст четырнадцатилетнего мальца рассмешило бы меня, но.., в этом полном страха и одновременно мрачной решимости мальчишке было что-то.., необычное, что ли? Он был явно взрослее своих небольших лет.
- С чего ты взял? - спросил я, чувствуя, что на этой теме нужно остановиться подробнее.
- Она всегда знала, что ей нужно, - просто ответил Гера. - И встречалась со мной, как ходила на работу. Я сначала этого не понимал, потому что… - он медленно, но верно заливался бледно-алым румянцем, - потому что она.., ну.., в общем, она меня.., очаровала. Я думал, что мы будем вместе и станем мужем и женой, и никогда ничего от нее не требовал. Но примерно два месяца назад я случайно узнал, что точно так же она ходит к нескольким другим парням… - Лицо его еще больше осунулось, в глазах зажглись два блестящих огонька горечи и тоски.
- Тогда я начал за ней следить, - глухо сказал он и, подняв лицо, внимательно посмотрел на меня.
- Что ей было нужно от тебя, Гера? И не знаешь ли ты, что ей было нужно от других?
- Всего у нее было восемь.., парней, к которым она ходила. И к каждому у нее был свой интерес, свое дело. Я, например, нужен ей был для того, чтобы конверт с бумагами, которые она туда запаковала, невскрытым попал в прокуратуру и чтобы в нужный момент его открыли и прочли, - он помолчал и добавил:
- Не знаю точно, что она хотела от других, но, кажется, каждый из них что-то делал для нее.., и все это нужно было для реализации их общего плана.
- Не знаешь, какого? - спросил я, вспоминая девочку, "случайную свидетельницу" убийства Казаковой Л. Б., спросил, уже практически убежденный в правильности собственного ответа на этот вопрос.
- Знаю, - ответил Георгий. - Она хотела отомстить своему отцу.
Я удовлетворенно кивнул, внутренне радуясь тому, что выкладки Приятеля и мои рассуждения были абсолютно правильны; Инна Николаевна, до того смотревшая на мальчика большими удивленными глазами, сейчас моргнула, выражая полное недоумение. Я едва заметно усмехнулся, понимая, что любая другая женщина, сидящая напротив меня с таким же лицом, казалась бы абсолютной наивной дурой, - но в недоумении этой было какое-то скромное, приятное обаяние.
И, кажется, Георгий, заметивший ее постоянное внимание, как-то неуловимо светлел, поднимаясь из темной, мрачной глубины, в которой оказался по воле каких-то обстоятельств, до которых он в своем рассказе еще не дошел.
- Почему ты так думаешь? - спросил я.
Парень вздохнул, взъерошил свои непослушные темные волосы и, пожав плечами, ответил так, что я был снова весьма и весьма удивлен его здравым умом:
- Она его ненавидела. Это трудно понять, я не знаю почему, тем более что он ее любил, я видел, как он на нее смотрит.., ее вообще все любили. Вернее, - поправился он, - любят. Но она его за что-то жутко ненавидела. Вернее, я думаю, - он сделал паузу, прикрыв на мгновение глаза, - я думаю, возненавидела совсем недавно. Примерно полгода назад. Поэтому она и придумала этот свой Проект.
Ее ненависть передалась Инне, Саше и Андрею. То есть они своих родителей не ненавидели, они к ним относились даже очень хорошо. Галя просто рассказала им, чем занимаются их родители под началом ее отца.., и сумела направить их неприязнь на него одного.
Он смотрел на меня, словно был уверен, что я тотчас пойму его; и ведь знал откуда-то, что я понимаю, чем занимается отец Гали и, как я только теперь сообразил, родители остальных пропавших тоже! Все-таки все они были деловыми коллегами…
Я прищурился, не обращая внимания на глубоко удивленную Инну, которая только из вежливости не требовала никаких объяснений, и внимательно взглянул на Геру.
Он смотрел прямо мне в глаза, и в его взгляде было что-то странное и страшное. Это было похоже на взгляд солдата, бросающегося с гранатой под танк, знающего, что сейчас он умрет, но чувствующего в себе силы для этого и ведущую его Цель.
Неожиданно в моем сознании забрезжил свет истины - и через несколько секунд я понял-таки в чем дело. И был еще сильнее поражен этим мальчишкой, еще сильнее стал его уважать. Принимая меня за совершенно другого человека, он с отчаянной решимостью излагал мне факты, которые, как он предполагал, должны были вынудить меня на крайние меры!
Мне необходима была его полная, абсолютная искренность. И только поэтому я решил соответствовать предлагаемой роли до конца.
- Георгий! - требовательно сказал я. - Я вижу, ты знаешь очень много. Даже больше, чем следует.
Тогда ответь мне, чем же таким занимаются Сергей Леонидович и родители остальных ребят?
Он вдруг побледнел, большими глазами взглянув на меня, словно смотрел на человека, который сейчас его убьет, и одними губами вопросительно прошептал: "А как же?..", глазами указав на Инну Николаевну.
- Ты думаешь, что ты знаешь истину и что ты прав! - повышенным тоном продолжал я, глядя на него в упор. - Но ты должен отвечать за свои намеки, даже если не высказал их на словах! Говори!
Он судорожно вздохнул. И неожиданно ровным голосом отчеканил:
- Сергей Леонидович Вересов и отцы остальных троих участников Проекта занимаются отмыванием денег, полученных от продажи наркотиков, а компания Вересова - это один из центров поставок!
Инна тихонько ахнула, прикрывая ладошкой рот, переводя взгляд с одного из нас на другого; я медленно кивнул и, не спуская с него взгляда, спросил:
- Значит, ты попросил Инну Николаевну позвать меня для того, чтобы я пришел сюда и ты мог сказать мне все это в лицо, а потом…
Мальчишка понял, что именно я имел в виду.
Он посмотрел на меня взглядом человека, которому уже на все наплевать, и ответил:
- Да.