- Я поеду с вами, - предложил Квиллер. - Может, помогу.
Сиамцев снова пришлось заточить в спальне на то время, пока драгоценную мебель из чёрного ореха переносили в лифт. "Интересно, почему мебель заинтересовала их больше, чем лестница? - подумал Квиллер. - На то есть свои причины, но нужно быть котом, чтобы знать ответ".
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Перед тем как отправиться завтракать в воскресенье утром, Квиллер посетил маленький бутик в офисе. Там продавались открытки с видом гостиницы, мешочки с орешками для белок, средства от насекомых и особые мускаунтские футболки всех размеров, от самых маленьких до самых больших. Спереди на футболке была изображена голова американского лося шириной пятнадцать дюймов. Суровое выражение морды, присущее этому зверю от природы, производило комический эффект. Квиллеру захотелось купить такую футболку для Арчи Райкера.
Друзья обожали разыгрывать друг друга - как в те времена, когда им было по восемь лет. Райкер писал нелепые анонимные письма ведущему колонки "Из-под пера Квилла", а тот не оставался в долгу и, тоже анонимно, присылал дурацкие подарки издателю газеты.
Что касается знаменитой лестницы из чёрного ореха, то её уже сфотографировал Роджер Мак-Гиллеврэй, бывший учитель истории, который теперь сотрудничал со "Всякой всячиной". Квиллер знал, что Роджер боится кошек, и перед его прибытием запер сиамцев в спальне.
- Где они? - спросил бледный молодой человек.
- В спальне. Пристегнуты наручниками к ножке кровати, а на тот случай, если они высвободятся и взломают дверь спальни, на них надеты намордники!
Фотограф извёл много пленки, снимая лестницу в разных ракурсах. Даже захватил в кадр белочку с пышным хвостом, заглядывавшую в окно.
- То, что надо! Они выберут именно эту фотографию!
- Ты не позавтракаешь со мной, Роджер?
- Я бы с удовольствием, но сегодня я дежурю, и мне ещё нужно снять пару картин в Центре искусств - ту, которая заняла первое место, и ту, что получила приз зрительских симпатий. Не знаю, чего мне ожидать. Это автопортреты детей.
- Я был одним из членов жюри, - признался Квиллер, - и могу сразу тебе сказать, что картина, занявшая первое место, сильно проиграет при черно-белом воспроизведении. На ней изображена девочка с бледно-жёлтыми волосами и бледно-голубыми глазами, в бледно-розовом платье, да ещё на бледно-сиреневом фоне.
- Всё, что я могу сделать, - это напечатать её как можно контрастнее и объяснить всё бильд-редактору. Может быть, он посчитает нужным приложить описание.
Сиамцы начали завывать, и Роджер моментально испарился.
В столовой Квиллер сидел за соседним столиком с парой, которая что-то оживлённо обсуждала. Оба были одеты так, словно пришли сюда прямо из церкви. Им было около сорока, и они выглядели такими воодушевленными, что Квиллеру стало интересно, кто это такие. Он открыл принесённый с собой журнал и притворился, будто читает, а на самом деле прислушивался к их беседе. Мужчина говорил хрипловато, азартный блеск в глазах и чуб, падавший на лоб, придавали его внешности что-то мальчишечье. У женщины был приятный голос и выразительные руки.
- Значит, он определённо приедет и выступит? - спросил мужчина.
- О да! Мы покроем все его расходы. Дату уточним завтра.
- Кто будет присутствовать на выступлении?
- Только народ из МОК.
- Ты знаешь, о чем он собирается говорить?
- О будущем МОК: возможности, проблемы, опасности. Это будет самым важным событием за все годы.
- Похоже на то.
Они заказали омлет с куриной печенью; Квиллер ел яйца по-бенедиктински. Он закончил свой завтрак одновременно с парой за соседним столиком. Те двое расплатились с помощью кредитной карточки и покинули столовую. Квиллер попросил включить завтрак в счет за свой номер и последовал за ними в холл. Мужчина рассматривал выставку фотографий, на которых были засняты древние деревья - чёрные орехи с мощными стволами.
Дежурная помощница менеджера осведомилась:
- Вам понравился завтрак, мистер Квиллер?
Мужчина с блеском в глазах резко повернулся:
- Мистер Квиллер? Мы с женой - ваши преданные читатели! Я - Брюс Абернети.
- А я в восторге от вашего письма к издателю, доктор, которое помещено в номере за пятницу.
- Кто-то же должен был это сказать, - таков был скромный ответ. - Это моя жена, Нелл. Она наклеивает все колонки "Из-под пера Квилла" в альбом.
Нелл сказала жизнерадостно:
- Он отверг Генриетту и Томасину ради супруги с односложным именем.
- Нет, я женился на ней не из-за имени, а из-за пирога с чёрными орехами.
- Мистер Квиллер, если мы пообещаем подать его на ланч, который устраивает здесь МОК, вы будете нашим почётным гостем?
МОК? Ах да! Мускаунтский общественный колледж…
- С удовольствием! - Он сказал это совершенно искренне, ибо давно искал способ проникнуть в среду чопорной академической элиты.
- Чудесно! У нас приглашённый лектор. Мы известим вас о времени и месте.
Затем доктор сказал:
- Эндрю Броуди сообщил нам, что вы собираетесь провести несколько недель в Блэк-Крик - и что, возможно, вас заинтересует то, что я пережил в одиннадцать лет.
"Йа-а-ау!" - донёсся невообразимый вопль с верхнего этажа. Все находившиеся в холле обратили взоры вверх.
- Несомненно, - рассеянным тоном ответил Квиллер, тоже взглянув вверх.
"Йа-а-ау!"
- Это мой кот! Извините меня!..
- Позвоните мне! В среду у меня выходной!
Квиллер помчался вверх по лестнице, перепрыгивая через три ступеньки. Когда он отпирал дверь третьего номера, вой внутри усилился.
- Имей совесть! - пристыдил он Коко. - Это же публичное место! Если ты не перестанешь выводить свои рулады, нас отсюда вышвырнут! - Это был слабый аргумент, потому что плут, вероятно, только того и добивался. Тогда Квиллер попробовал другой подход: - Как насчёт прогулки к ручью? - Он потряс и побренчал шлейкой, и Юм-Юм моментально исчезла, а Коко замер в ожидании.
"Прогулка" означала, что человек будет идти, а кот - ехать у него на плече, удерживаемый за поводок твердой рукой. Спустившись на лифте, они вышли с чёрного хода, дабы избежать встречи с любопытными постояльцами в холле. Однако, когда спускались с холма к ручью, к ним начали приставать зеваки - с самыми наилучшими намерениями. Они наивно комментировали, путая при этом пол сиамца:
- Это кот?
- Он такой худой!
- О, посмотрите! У неё голубые глаза!
- Он кусается?
- Милая киска! Славная киска!
- Это девочка или мальчик?
Као Ко Кун презрительно взирал на толпу, угнездившись на плече хозяина. Что касается Квиллера, у того язык чесался ответить что-нибудь язвительное, но он терпел. Белки бросились врассыпную при виде кота, причём каждая неслась к своему любимому дереву. Одна из них тащила на себе бельчонка, который вцепился матери в шею крохотными лапками.
У кромки ручья с безразличным видом вышагивали семь ворон. Из воды выпрыгивала форель, охотясь на москитов, и Коко взволнованно вертел головой. И вдруг тело его напряглось, и Квиллер это почувствовал. Увидел ли кот выдру или енота на другом берегу? Нет, что-то иное плыло вниз по течению.
Квиллер посмотрел в разные стороны, прежде чем кинуться к первой хижине.
- У вас есть телефон? - крикнул он тому, что находился на застеклённой веранде. - Мне нужно позвонить в службу спасения! - Сейчас он держал извивавшегося кота под мышкой.
Женщина впустила его и указала в сторону комнат:
- На стене кухни! - Она приглушила музыку.
Квиллер сообщил телефонистке:
- В Блэк-Крик вниз по течению плывёт тело. Оно только что миновало гостиницу "Щелкунчик", примерно в полумиле к югу от Каменного моста… двигается медленно… течение не сильное. Лицом вниз… полностью одето… я думаю, что это мужчина.
- О боже! - воскликнула женщина, когда он повесил трубку. - Я случайно услышала то, что вы сказали. Это ужасно! Наверное, упал с лодки. - Она схватилась за горло, лицо её покраснело. - Это такой кошмар - утопленник…
- Присядьте, мэм. Я принесу вам стакан воды, - проговорил Квиллер, всё ещё борясь с раздражённым Коко. - Попытайтесь расслабиться, мэм. Медленно сделайте несколько глубоких вдохов.
Она выпила воды, кивая в знак благодарности.
- Мой муж утонул… четыре года тому назад.
- Я представляю, каково вам сейчас. Ужасная трагедия! Но пробуйте пока что не разговаривать. Вы не возражаете, если я спущу кота на пол?
Она взмахнула рукой в знак согласия, и Квиллер высвободил извивавшегося сиамца, придерживая твердой рукой поводок.
- Большое спасибо, - поблагодарила она с глубоким вздохом. - Он был рыбаком на коммерческом судне… Внезапный шторм… Осиротели три семьи - остались вдовы и сироты.
Коко теперь крался зигзагами, обнюхивая пол, как ищейка. Не спуская с него глаз, Квиллер обратился к хозяйке:
- Я помню этот несчастный случай. Я знал этих людей. Я плавал по озеру на этом коммерческом судне…
- Вы мистер К. Я узнала вас по фотографии в газете. Вы написали прекрасную статью…
- Вы Хоули или Скоттен?
- Ханна Хоули.
Коко обнаружил нишу, в которой была устроена столовая. Он стоял на скамье, поставив передние лапы на стол, и к чему-то принюхивался.
- Коко!