- Его использовали для аукционов, когда здесь был "блошиный рынок". Мы пока не решили, что с ним делать.
- А как насчёт того, чтобы выставить - не на продажу - мебель музейного качества из чёрного ореха, изготовленную в тысяча девятисотом году? Да ещё с романтической историей в придачу?
- Ты меня разыгрываешь?
- Эта мебель принадлежит Фонду К., и ей нужно временное пристанище, пока не будет построен новый музей. Разумеется, она застрахована на приличную сумму.
- Я знаю. Фонд К. все делает как следует. Чего они захотят от нас?
- Что-то типа барьера вокруг возвышения, чтобы публика не имела доступа к этим музейным экспонатам.
- Бойфренд Дженелл может сделать барьер из старых перил от веранды, - сказал Кемпл. - Это тот парень, который мастерит мебель из разных деталей старых домов. Когда ты привезёшь свои сокровища? Может быть, нам придётся нанять вооруженную охрану, - шутливо предположил он.
- А ты бы не хотел издать буклет, где рассказывалась бы история этих вещей? Есть элемент тайны в трёх зеркалах - на всех одинаковые трещины, образовавшиеся весьма необычным путём.
- Становится всё интереснее. А как нам это сделать?
- У меня есть вся информация, - ответил Квиллер. - Я напишу текст, а ты можешь напечатать буклет в одной пикакской типографии, где очень быстро работают.
- Моя партнёрша будет в восторге! - воскликнул Кемпл.
Квиллер вернулся домой в прекрасном настроении. Ему удалось убить двух зайцев. Чтобы это отпраздновать, он объявил сиамцам, встречавшим его у входа: "Сегодня на обед - крабы!"
Сначала он позвонил домой поверенному.
- Барт, я не извиняюсь, что звоню тебе в воскресенье домой, ибо знаю: тебя порадует моя информация. "Антикварная деревня" - классное заведение, которое открывается в этот уикенд под неусыпным надзором Эрни Кемпла, - жаждет выставить нашу мебель из чёрного ореха, не на продажу, а в качестве экспоната. Нам бы лучше её застраховать.
- Какова её стоимость?
- По крайней мере семьдесят пять тысяч. Ей сто лет, она редкого качества, и с ней связана легенда.
- Кто может это подтвердить?
- Сьюзан Эксбридж.
Следующий звонок Квиллер сделал домой Сьюзан, торговавшей антиквариатом.
- Сьюзан, если Аллеи Бартер позвонит тебе насчёт мебели из чёрного ореха, которой сто лет, хорошо бы сказать, что она стоит семьдесят пять тысяч долларов. Я потом тебе все объясню.
- Да ради бога, дорогой, - промурлыкала она.
- Ты слышала, что собираются создать исторический музей? Уверен, они захотят, чтобы ты вошла в совет директоров.
И наконец, он телефонировал Нику Бамбе.
- Я присмотрел новое пристанище для мебели из чёрного ореха, которую мы перевезли на Песчаную улицу. Она будет выставлена - не на продажу - в "Антикварной деревне". На этой неделе они смогут её принять. Ты не откажешься им помочь, когда они позвонят? Рано или поздно её перевезут в музей, который создаётся, однако обсуждать это пока не стоит. Об этом будет официально объявлено, только когда найдётся хорошее место.
Весьма довольный, Квиллер повесил трубку. Пустить ни на чем не основанный слух - лучше потехи не знали в четырёхстах милях к северу от чего бы то ни было.
В шесть он вышел прогуляться вдоль ручья к хижине номер один, где Андерхиллы поджидали у веранды Ханну.
- Она наводит красоту, - сообщила Венди. - Купила новый брючный костюм к сегодняшнему вечеру и выглядит просто изумительно!
- Вы видели наших новых соседей из хижины номер четыре? - спросил Дойл. - Говорят, что они рыболовы, удят на муху, и один сегодня действительно сидел с удочкой у ручья, но я думаю, что они копы, занимаются делом Хэкета.
- А вот и она!
Ханна действительно была красива и ничуть не напоминала свою дородную героиню. Поклонники её таланта зааплодировали, вскричали: "Браво!.. Поздравляем!.. Не дадите ли автограф?"
Она ответила улыбкой и горделивым кивком.
И все четверо направились к гостинице в сопровождении белок, которые ожидали орешков.
- Они множатся как кролики, - заметил Дойл. - Что будет с гостиницей, когда на её территории обоснуются десять тысяч белок?
- Их перевезут в Канаду под покровом тьмы, - ответил Квиллер.
В гостинице дежурила Кэти Хупер.
- Мистер и миссис Бамба в Мусвилле, - сообщила она. - Пойдут вместе с Лави и бабушкой в церковь, а потом в ресторан, на воскресный обед.
Компания Квиллера заняла его любимое место в нише у окна, и он заказал шампанское для гостей и "шампанское бедняка" (имбирное пиво) для себя. Он также заранее позаботился, чтобы в центре стола поставили цветочную композицию с ленточкой, на которой значилось имя примадонны. Подняли тост за Ханну, и комплименты лились как вино.
Потом Квиллер сказал:
- Я хочу кое-что сообщить о видео "Пираты", которое вы мне дали посмотреть, Ханна. Оно просто притягивает моего кота, а ведь обычно он смотрит только программы о тропических птицах. Я прокрутил видеофильм дважды, и оба раза Коко сильно разволновался.
- Оставьте это видео пока что у себя, - ответила Ханна. - Я хоть и получила удовольствие от репетиций и спектаклей, а рада, что все кончилось и можно заняться другими делами. Можете оставить его у себя до вашего отъезда.
- А какими другими делами вы собираетесь заняться? - спросила Венди.
- Ну… в общем-то, - нерешительно начала Ханна, - меня беспокоит мальчик в соседней хижине. Он совсем заброшен, и я невольно вспоминаю своего внука, которому столько же лет. Я готовлю к его визитам книги, игры, головоломки и собираюсь спросить у Мардж, можно ли ему приходить ко мне выпить молока с печеньем.
Они заказали жареного барашка. Квиллер затронул тему старых книг в их хижинах:
- Полагаю, у всех вас есть полка с популярной классикой. Я предлагаю обмениваться книгами. У меня есть "Алиса в Стране Чудес". Нет желающих?
- Я могла бы почитать её своим внукам, когда они меня навестят.
- А как насчёт "Лолиты" на французском? - внёс новое предложение Квиллер.
- Не хочет ли кто-нибудь "Портрет Дориана Грея"? - осведомилась Венди. - Я думаю, его написал Огден Нэш.
- Оскар Уайльд, - поправил её Квиллер. - Я возьму эту книгу. Хотя мой любимый писатель - Троллоп.
Жюль Верн и Генри Джеймс не пользовались спросом.
О книгах забыли, когда было подано основное блюдо. Спустя какое-то время Квиллер поинтересовался, понравилась ли Андерхиллам выставка Бушленда в Пикаксе.
- У этого парня большой талант, - ответил Дойл. - Он пригласил нас прокатиться на своем катере.
- Я знаю Буши, - вставила Ханна. - Он фотографировал мои кукольные домики. Его предки были рыбаками.
- Вы удовлетворены снимками природы, которые делаете? - обратился Квиллер к Дойлу.
- У меня ограниченные возможности, так как я фотографирую с борта лодки. Большинство животных держится вдали от берега, но Венди не хочет, чтобы я забирался в лес.
- В лесах волки и медведи, - объяснила его жена. - И болота. Я не хочу, чтобы он один сходил на берег. Может случиться что угодно. Вдруг он сломает ногу, и как знать…
- Я мог бы взять с собой сотовый телефон.
- Да уж, очень он тебе поможет, если за спиной появится чёрный медведь, в то время как ты будешь фотографировать его детенышей. Особенно свирепыми бывают медведицы, защищающие своих медвежат. Вы же видели чучело того огромного зверя в кафе "Чёрный медведь"!..
Что он мог сказать?
- Разумнее было бы захватить с собой кого-нибудь.
- Квилл, вы помните медведей, которые повадились ходить на свалку в Мусвилле? - спросила Ханна. - Они привлекали туристов, но те кормили животных, что не устраивало защитников дикой природы. Потом ввели современную систему вывоза мусора, свалка исчезла, а с ней и медведи.
- Вероятно, их отправили в зоопарки округа, - предположил Дойл.
- Я знаю, что с ними произошло! - оживилась Венди, и её карие глаза загорелись. - Моя подруга - лесной рейнджер. Она сказала, что медведей увезли в заповедник "Чёрный лес", где они могут есть натуральную пищу - и размножаться!
- Венди всё слишком близко принимает к сердцу, - заметил её муж.
- Он никогда меня не слушает! Хотя знает, что я места себе не нахожу, когда он уезжает на свои фотосессии!
Последовало неловкое молчание, потом Квиллер сделал знак убрать тарелки и предложил:
- Может, закажем десерт? Я рекомендую пирог с чёрными орехами.
Дойл был спокоен, но у Венди горело лицо.
- К слову, о пироге, - поспешно произнесла Ханна. - Я читала Дэнни детские стихи, и он хотел знать, как же птицы могли петь, если их запекли в пирог.
Это напомнило Квиллеру, как Дэнни пришёл посмотреть, нашли ли котятки свои перчатки.
Все пытались загладить неловкость, болтая о пустяках в ожидании трёх порций пирога - Венди отказалась от десерта. И ощущение праздника так и не вернулось.
Они спустились с холма к ручью - Ханна болтала с Дойлом, а Квиллер пытался подбодрить Венди - и разошлись, забыв обменяться книгами.