Квиллер катил по Рытвенной дороге. Справа лежали фермерские земли, слева - Чёрный лес. Мысли Квиллера обратились к Фанни Клингеншоен. Сделав головокружительную карьеру, она скупила половину Мускаунти. Приобретала лес и заброшенные шахтерские деревни, а также собственность в деловом центре Пикакса. То, что она делала, шло на пользу природе, но у неё был личный мотив: она хотела отомстить "респектабельным" семьям, презиравшим её предков, бросавших вызов общественной морали. Теперь Фонд Клингеншоенов превратил купленный ею лес в заповедник, чтобы внести хотя бы небольшой вклад в дело спасения планеты.
Попади Чёрный лес не в те руки, миллионы деревьев вырубили бы, чтобы освободить место под кондоминиумы, площадки для гольфа и даже для спидвея. Вместо чистого воздуха и чистой воды - высокая плотность населения и загрязнение природной среды. Квиллер читал о деревьях, кислороде и дожде.
Фонд К. устроил три заповедника, и каждый служил своей цели. Самый крупный, "Чёрный лес", призван был сохранять в неприкосновенности дикую природу, и Квиллеру хотелось взглянуть на него своими глазами, прежде чем беседовать с поверенным.
Проехав примерно милю по Рытвенной дороге, он увидел просвет в сплошной стене хвойных и лиственных деревьев и надпись - явно новенькую, но состаренную: ЗАПОВЕДНИК "ЧЁРНЫЙ ЛЕС".
Здесь можно было внедриться в чащу - проход выглядел достаточно широким, чтобы по нему проехал автомобиль, но мог претендовать лишь на звание торной тропы. Она заросла травой, тут попадались и корни деревьев, и камешки, и ямки. Названия у тропы не было - лишь номер 1124 на столбе и предостережение: ТУПИК. Квиллеру не терпелось проехаться по этой дорожке, и он знал, что его транспортное средство выдержит.
Через пятьдесят ярдов он действительно достиг тупика - высокой скалы, оставшейся на память от доисторических ледников.
Исполнившись решимости не отступать, Квиллер приблизился к скале и обнаружил, что тропа 1124 огибает её, делает поворот налево, потом направо, вокруг восточного конца утёса, затем снова поворачивает направо…
- Какого чёрта! - воскликнул Квиллер, столкнувшись лицом к лицу - вернее, лицом к хвосту - с большим фургоном! На нём был номерной знак Висконсина. Похоже, его использовали для перевозки грузов между штатами.
Квиллер обошёл вокруг фургона, держа велосипед за руль. На борту фургона было написано: БРИЛЬЯНТ. ПЕРЕВОЗКИ И ХРАНЕНИЕ. Окно было открыто; водитель говорил по сотовому телефону.
- У вас проблемы? Заплутали? - приветливо обратился к нему Квиллер.
Водитель выронил телефон, увидев жёлтую круглую голову с чёрными глазами-плошками.
- Уф… Передыхаю. Ехал всю ночь.
- Откуда вы?
- Из Милуоки… Можно здесь где-нибудь поесть?
- На автозаправке в Блэк-Крик. Но вам же здесь не развернуться, и этой махине не выехать отсюда задом.
- Я проделывал такое и раньше.
- Ну что же… Желаю удачи!
Квиллер вновь оседлал свой велосипед и принялся крутить педали. Уж не оскорбил ли он настоящего профи? Он вспомнил, как в прошлом его, репортёра одной из центральных газет, удивляли грузовики, доставлявшие гигантские рулоны газетной бумаги. Чтобы подъехать задним ходом к погрузочной площадке печатного цеха, водитель должен был сначала втиснуться с оживлённой магистрали на боковую улочку, а затем с неё - в ещё более тесный бокс.
Он продолжал свой путь по тропе 1124, которая проходила мимо скал, рощиц, зловещего вида болот. Встретилось ему и дерево-великан, по крайней мере пяти футов в диаметре. В одном месте дорогу перегородил упавший ствол, и пришлось перенести через него велосипед.
Из дикого животного мира Квиллеру повстречалась лишь белка, но он слышал треск в зарослях и шуршание в ветвях над головой. Издалека до него доносились звуки цивилизации: вой автомобильной сирены; ружейные выстрелы; жужжание пилы, превращавшей дерево в дрова; удары молотка, превращавшего кедровые доски в палубу.
Время от времени тропа устремлялась в лесную чащу, исчезая в загадочной тьме, - обстановка там была самая подходящая для встреч с волками и ведьмами.
Когда тропа 1124 уткнулась в тупик у ручья, Квиллер решил, что с него хватит, и вернулся к реальности Рытвенной дороги. Фургон исчез, и, как он вспомнил позже, не было и упавшего дерева, которое перегородило дорогу.
До приезда поверенного ещё оставалось время, чтобы принять душ, угостить сиамцев ланчем и откупорить бутылку красного вина. Бартер всегда выглядел юристом - даже в джинсах, рубашке поло, бейсболке и кроссовках. Войдя в хижину с важным видом, он одобрил дизайнерскую смекалку, позволявшую экономить место.
- Уютно! - таков был его вердикт.
Квиллер ответил напыщенно:
- Представь, что это не маленькое жилище, а большая каюта.
- Где кошки?
- Они на палубе. Если ты присоединишься к ним и нальёшь себе вина, я позвоню в гостиницу, чтобы доставили наши сандвичи.
Коко проигнорировал гостя, однако Юм-Юм, чуявшая шнурки издалека, теперь начала подкрадываться к Бартеру.
- Твоё здоровье! - произнёс поверенный, поднимая свой стакан.
Квиллер поднял в ответ свой, с минералкой, в которую был добавлен клюквенный сок.
- Жена просила узнать, будет ли этим летом конкурс на лучший лимерик, - улыбнулся Бартер. - В прошлом она завоевала приз.
- Я помню. Это был лимерик о городе Брр. Скажи ей, что публика настаивает, чтобы мы повторили конкурс. Она когда-нибудь писала лимерики о тебе, Барт?
- Да, но я не стану цитировать… Так что ты хочешь узнать о заповедниках, Квилл?
- Я знаю, что они защищены законом от всяких предпринимательских проектов. И я знаю, что Фонд К. создал три заповедника. "Сосновый лес" будет открыт для охотников в сезон охоты на оленей. "Большие дубы" предлагает площадки для туристических лагерей, куда можно брать палатки, но не транспорт…
- И все площадки для лагерей зарезервированы на День труда, - перебил его поверенный. - Там есть выходы на пляж, протяжённость которого тридцать миль во всех направлениях. Охотники за агатом горят нетерпением.
- Но как насчёт "Чёрного леса", Барт? Я проехал по нему на велосипеде, и ничего там не происходит.
- Это самый большой и важный заповедник, Квилл. Идея заключается в том, чтобы допускать туда туристов и фотографов, но запрещать там охотиться, разбивать лагеря и эксплуатировать природные ресурсы.
- Что это значит?
- Не вырубать деревьев. Не брать оттуда минералов и растений. Но в первую очередь необходимо составить опись всего, что у нас имеется в Чёрном лесу. В этот заповедник посылают ботаников, геологов, орнитологов - учёных разного профиля. Мускаунти - клад для естественников. Уже известно, что в Чёрном лесу водятся медведи, волки, лисы, бобры, еноты, американская рысь, скунсы, выдры, а также олени…
- И белки, - добавил Квиллер. - Каким образом вы собираетесь воспрепятствовать тому, чтобы туристы выкапывали редкие растения, кормили оленей, устраивали лесные пожары?
- Вопрос прорабатывается. Будут наняты лесные рейнджеры, которые станут охранять заповедник и разъяснять людям, как надо себя вести в лесу.
У чёрного хода раздался автомобильный гудок, и портье передал Квиллеру блюдо горячих сандвичей под крышкой и термосы с кофе.
- Каковы твои планы относительно той столетней мебели, которая временно хранится на складе? - поинтересовался Бартер.
- Никаких планов - одни надежды, - ответил Квиллер. - Она должна принадлежать музею. У Мускаунти такого музея нет.
- А фермерский дом-музей Гудвинтеров?
- Он слишком прост. То, что хранится на складе, - всё вещи стильные, добротные, красивые. Один из больших домов на Плезант-стрит мог бы стать подходящим музеем.
- Потребуется переселение. Соседи будут против.
Квиллер возразил:
- Фонд Квиллера смог создать Центр искусств, создаст и музей.
Бартер поднялся, собираясь откланяться.
- Потрясающие сандвичи. Мирный пейзаж. Ужасно не хочется уезжать.
- Я слышал, у вас новый партнер. Хасселрич, Беннет, Бартер и Адамс.
- Мэвис Адамс из Рочестера, Миннесота. Острый ум. Приятная женщина. Любит кошек. Вообще-то у неё есть идея насчёт новой программы по спасению животных.
- Барт, у тебя развязаны шнурки, - заметил Квиллер.
Готовясь к экспедиции в Индейскую Деревню, Квиллер упаковал угощение - ничего особенного, кошки Полли привыкли к простой пище. Его сиамцы с тревогой смотрели, как их еду укладывают в пластиковую сумку вместе с их галстуком.
- Я собираюсь навестить ваших сородичей в Индейской Деревне, - пояснил Квиллер. - Желаете что-нибудь им передать?
Такого желания у кошек не было. Они просто ждали, когда хозяин отбудет и они смогут вздремнуть, как обычно делали это днём.
Прибыв к домику Полли, Квиллер открыл дверь своим ключом. Сиамцы быстро вышли ему навстречу - скорее томясь любопытством, нежели горя энтузиазмом. Он благополучно выдержал испытание, но они предпочли бы увидеть Полли. Она умела говорить на кошачьем языке. Квиллер побеседовал с кошками о погоде, об их здоровье, о женщине, чьему попечению они были вверены.
- Это угощение посылают вам с добрыми пожеланиями ваши сородичи, проводящие каникулы в Блэк-Крик.
Они осторожно приблизились к миске, испытующе посмотрели на Квиллера, затем всё съели.
Следующим пунктом программы была игра с галстуком.
- Вы, ребята, занимаетесь физическими упражнениями? - Квиллер взмахивал потрепанным галстуком, вертел его в воздухе, заставлял заманчиво извиваться по полу.
"Очень интересно", - казалось, говорили кошки, наблюдая за Квиллером из кресел.