- Пожалуйста, не говори ему. - В ее голосе звучало отчаяние. - Он разгневается на всех нас, а я этого не вынесу, Анна. Он отправит тебя домой, я уверена. Он даже может запретить приехать Розе! Я не переживу, если мне придется жить без вас.
Анна нагнулась и поцеловала ее.
- Он не сделает этого, тетя Лаура. Мы обе вас любим… и он не сможет нас с вами разлучить!
- Но скандал навредит Розе и мистеру Уинболту, а я так надеюсь, что у них все сладится! Если Роза сейчас вернется, Джайлс будет к ней придираться, и она опять заболеет… - Слезы покатились у нее по щекам. - Обещай мне, Анна, что ты ему не скажешь!
Та была в растерянности: Джайлс наверняка станет расспрашивать ее о Селдере. Что она ему ответит?
Но леди Ордуэй пребывала в панике. Она выглядела постаревшей лет на десять и продолжала цепляться за рукав ее платья.
- Обещай мне, Анна! - повторяла она.
С глубоким вздохом Аннабелла ответила:
- Я обещаю. А теперь постарайтесь успокоиться и отдохнуть.
- Спасибо, моя дорогая. Спасибо. - Леди Ордуэй в изнеможении закрыла глаза.
* * *
Джайлс ждал Аннабеллу в коридоре.
- Как тетя Лаура? - спросил он.
- Думаю, она успокоится. Но она хочет поговорить с вами завтра.
- Зайду к ней прямо утром. Я знаю, чего она хочет: чтобы я не занимался выяснением позорного прошлого ее сына. Но уже поздно. Лучше бы она сама мне все рассказала… Мне и с тобой надо кое о чем поговорить, Розабелла. Я не задержу тебя. - Джайлс провел ее по коридору, по лестнице и пропустил впереди себя в библиотеку. Когда он закрыл дверь, у Аннабеллы возникло ощущение, будто захлопнулась дверь в тюремной камере.
Джайлс прошел мимо нее и встал у другого конца огромного письменного стола. Аннабелла увидела лежащие на столе дневники Стивена и записные книжки.
- Вот, - сказал он, - доказательства деградации молодого человека: отравленное опием воображение, злоба и зависть ко всем. Но в одном он не ошибся.
- Джайлс, пожалуйста…
- Ну нет, Розабелла! Хватит лгать. Я не желаю больше слышать о твоей связи с Селдером… или с кем-либо еще! С меня достаточно и того, что узнал сегодня, - это вполне убедительно. Вы со Стивеном очень подходили друг другу.
- Вы оставляете попытки узнать правду? - тихо спросила Аннабелла.
- Отнюдь, наоборот, приложу все усилия, чтобы узнать о том, что произошло после смерти Стивена. Я обязан семье Ордуэй. Если будет необходимо, то я забуду о том, что узнал, и сделаю это по той же причине. Но ты… я не хочу иметь с тобой ничего общего! - Он помолчал и добавил: - Ты и не представляешь, Розабелла, как была близка к достижению цели.
- Цели?
- Полагаю, ты намеревалась получить долю в наследстве Ордуэев, если не через Стивена, то через меня.
- Как вы можете!
- Я начал испытывать к тебе расположение, - Джайлс не обратил внимания на ее восклицание. - Оно было вызвано не просто красотой женщины - я стал получать удовольствие от твоего общества, уважать твой острый ум, сообразительность… даже испытывать благодарность за сочувствие мне. И тут моя почтенная мачеха выбалтывает секрет…
- Поверьте мне…
- Тебе! Какая глупость! Да я скорее поверю этой шлюхе - моей мачехе. - Джайлс не на шутку разгневался, его голос звучал неприятно и резко. Он бросил на Аннабеллу ожесточенный взгляд и отвернулся, словно ему было противно на нее смотреть. - Сегодня мне было стыдно, - с горечью произнес он, - оттого, что я оказался таким доверчивым и наивным. Господи, ведь я располагал очевидными доказательствами, но достаточно улыбки, нежного взгляда голубых глаз, выражения сочувствия - и готово: я, как и другие, угодил в силок. До сегодняшнего вечера я думал о себе лучше… пока не услышал, что ты такая же, как остальные.
- Это не так! - с жаром воскликнула Аннабелла. - Леди Стантон ошибалась!
- Значит, Фолкирк и Селдер не одно и то же лицо?
- Нет! Да! Во всяком случае…
- Ну? - насмешливо произнес он.
- Я не улыбалась Селдеру в театре. Мы вовсе не друзья. - Джайлс презрительно рассмеялся, и Аннабелла поняла, что потерпела поражение и не сможет оправдаться, поскольку связана словом, данным леди Ордуэй. - Что… что вы собираетесь делать? - с несчастным видом спросила она.
- Не знаю.
- Вы не отошлете меня в Темперли?..
- Мне бы очень хотелось это сделать, поверь! Но я не стану огорчать тетю Лауру: ты ей нужна. Как бы я ни старался обелить имя Стивена, я не смогу все от нее скрыть, а это значит, что ей придется испытать горе. Ты останешься с ней.
Его властный тон возмутил Аннабеллу.
- А что помешает мне взять тетю Лауру с собой?
- Как заложницу? Если ты это сделаешь, то я тебя просто уничтожу. - Он произнес это тихо, но в его голосе прозвучала такая угроза, что Аннабелла похолодела. - То же самое произойдет, если ты опять увидишься с Фолкирком. Мне шпионы не нужны.
- Я не шпион, Джайлс, - сказала Аннабелла. - И с Фолкирком мне видеться ни к чему.
- Разве? - цинично усмехнулся Джайлс. - Вообще-то мне теперь все равно, что ты говоришь. Повторяю: попробуй только снова встретиться с Фолкирком, и в свете тотчас узнают, как все обманывались относительно прелестной миссис Ордуэй. Если тебя волнует судьба твоих родственников в Темперли, то ты поостережешься. - Джайлс подошел к двери и отворил ее. - Спокойной ночи!
Аннабелла медленно направилась к выходу. Поравнявшись с Джайлсом, она подняла на него глаза. Как это могло произойти? После того, как между ними возникло это чувство?.. Наверняка в глубине души он знает, что она честная, несмотря на улики.
- Джайлс… - прошептала она.
Он презрительно смотрел на нее… и вдруг обнял, прижал к себе и поцеловал. Это был грубый поцелуй, и Аннабелла оттолкнула Джайлса, но он ее отпустил не сразу. Со слезами на глазах она спросила:
- Почему, Джайлс?
- На память, дорогая! Больше такого не повторится.
Вернувшись в свою комнату, Аннабелла вытерла слезы. Она всегда презирала слабость. Ей надо взять себя в руки и сообразить, что делать, так как положение было катастрофическим. Через неделю - другую она уедет в Темперли, а Розабелла с леди Ордуэй и Джайлсом продолжит путешествие в Бат. Джайлс очень скоро разберется в том, что произошло, - он слишком проницателен, чтобы этого не заметить, - и поймет, что был обманут сестрами, и не поверит в то, что они не желали никому плохого. Для него они одинаково красивы, но и одинаково бесстыдны.
При мысли, что она пала в глазах Джайлса, Аннабелла снова чуть не расплакалась. Она была словно в тумане. Горничная помогла ей приготовиться ко сну и ушла. Однако ее хозяйке было не до сна. Не может быть, чтобы она влюбилась в Джайлса Стантона, твердила себе Аннабелла. Это невозможно и нелепо! О какой любви можно говорить, если он ей совсем не нравится! Он грубый, надменный, властный и нетерпеливый…
Она так старалась вести хозяйство в его доме и развлекать его гостей!.. И за все это ни слова благодарности от него… А потом он против воли ее поцеловал… Она пыталась думать о том, как неприятен был ей этот поцелуй, но… другие поцелуи, в тот вечер, после театра, были, наоборот, весьма приятными и желанными. Кто она в таком случае? Развратная женщина, каковой ее и считает Джайлс? Выходит, что так. До приезда в Лондон она понятия не имела о подобных вещах. Молодые люди, посещавшие Темперли, вызывали у нее лишь дружеские чувства, быстро сменявшиеся раздражением, если ей пытались оказать чрезмерное внимание. Она никогда не испытывала потребности вести себя с ними так, как повела с Джайлсом, когда забыла обо всем на свете от его поцелуев, ожидая новых, доселе неизведанных ощущений.
Но, наверное, то же самое испытывает любая невинная девушка в объятиях опытного мужчины? Аннабелла горько улыбнулась. До поцелуев Джайлса она считала, что ей не суждено познать глубокое чувство, и начала уже смиряться с мыслью о том, что до конца своих дней будет вести в Темперли небогатую событиями жизнь и что ей отказано судьбой испытать безумство любви. Как же она ошибалась!
Аннабелла медленно опустилась на кровать. Она должна взять себя в руки, пока не поздно, и сохранить самоуважение, что бы Джайлс о ней ни думал. И выбросить из головы мысли о любви.
Почти весь следующий день Джайлс провел в поисках мачехи. Наконец он выяснил, что она, расставшись с последним любовником, живет на Кавендиш-сквер с подругой - баронессой Лейбман.
Узнав все это, Джайлс вдруг ощутил сильную усталость и нежелание говорить с женщиной, которую избегал всю жизнь. К тому же его сводили с ума мысли о Розабелле Ордуэй!
И Джайлс решил отвлечься - выследить в лондонских клубах Фолкирка. По крайней мере, проведет вечер в веселой мужской компании. Поэтому он с несколькими приятелями отправился по игорным домам, расположенным неподалеку от Сент-Джеймского дворца. В каждом из них Джайлс выигрывал большие суммы, но удовольствия это ему не доставляло: образ Розабеллы Ордуэй по-прежнему преследовал его.
- Джил, дружище, карты сами идут к тебе сегодня в руки! - воскликнул капитан Уэйнрайт. - В чем дело? Уж не влюбился ли ты?
- Почему, черт возьми, тебя это волнует? - раздраженно спросил тот.
- Ну, ведь говорят: везет в картах - не везет в любви.
Джайлс оставил замечание приятеля без ответа - в этот самый миг он увидел Фолкирка и стал внимательно его рассматривать. Черные волосы, крупные черты лица и белозубая улыбка. Играет неплохо, но явно осторожничает.
Он подошел к нему.
- Мистер Фолкирк?