Тот обернулся. Джайлс пристально наблюдал за его реакцией. Фолкирк, должно быть, догадался, что перед ним кузен Стивена, но ничем себя не выдал.
- Да, я. Но боюсь, мы с вами незнакомы.
- Меня зовут Джайлс Стантон. Полагаю, вы знали моего кузена.
- А кто это, Стантон?
- Стивен Ордуэй. Мы можем побеседовать? Вон там в углу есть свободный столик. Я попрошу принести вина.
Фолкирк продолжал сохранять внешнее спокойствие.
- Конечно, вы меня заинтриговали, сэр.
Они отошли в дальний конец комнаты. Лакей принес им бутылку красного бургундского, разлил по бокалам и удалился. Фолкирк сделал глоток и произнес:
- Превосходное вино! Но боюсь, что Стивена Ордуэя я не знаю. Вы ведь так сказали?
- Фолкирк, к чему это? Я вас видел.
- Видели? - удивился он.
- Да, видел на балу у Марчантов. Вы разговаривали с миссис Ордуэй, кажется, о каких-то документах.
- Ах, очаровательная Розабелла… - Фолкирк улыбнулся. - Не знаю, стоит ли мне обсуждать наш с ней разговор. Это… личные дела. Мои и ее. Могу ли я спросить, какое вы имеете к ней отношение?
- Я защищаю интересы семьи и стараюсь предотвратить сплетни.
- Сплетни? Но вдова, по-моему, вольна разговаривать с кем угодно?
- Если вы не знали моего кузена, Фолкирк, то откуда вам известно, что он умер?
Фолкирк мгновенно нашелся:
- Я вспомнил его, как только вы упомянули миссис Ордуэй. Вы должны меня простить, Стантон. Когда человек пленен женой, то о существовании мужа он забывает, не правда ли? Вообще-то я его хорошо не знал.
- А документы? Кажется, миссис Ордуэй сказала, чтобы вы обращались ко мне?
- Понятно. Значит, Розабелла доверяет вам?
- Не настолько, чтобы меня это устраивало, - спокойно продолжал Джайлс. - Но я с каждым днем узнаю все больше и больше. Я получаю сведения из разных источников, включая дневники кузена.
- Дневники? - отрывисто спросил Фолкирк. - Стивен Ордуэй вел дневник?
- Да. Я не все еще разобрал. Это печальные записи. В конце жизни мой кузен находился в тяжелом душевном состоянии. Особенно мучительно для него было то, что его жена проявляет интерес к некоему мистеру Селдеру. Я бы хотел с ним поговорить. Вы его знаете?
И к этому Фолкирк был готов.
- Селдер? - безразлично переспросил он. - Нет, такого я не знаю.
- Его трудно найти. Я склонен думать, что его вообще не существует, но…
- Но?..
- Простите, я утомил вас своими семейными делами, вместо того чтобы предложить помощь в розыске нужных вам документов. Миссис Ордуэй, видно, полагает, что они могут быть среди вещей кузена, хотя должен сказать, что пока мне ничего похожего не попадалось. Это чисто личные бумаги?
- Забудем о них, - оборвал Фолкирк. - Возможно, я смогу вам помочь найти Селдера! Как он выглядит?
- Пока не знаю.
- Но ведь миссис Ордуэй…
- Она очень неохотно о нем говорит. Но я надеюсь вскоре узнать это от человека, который видел его недавно в театре. Я тогда сообщу вам, если вы действительно хотите мне помочь.
- Да, сообщите. - Фолкирк встал.
Джайлс тоже поднялся.
- Я еще кое-что хотел вам сказать. Миссис Ордуэй просила передать, что она больше не желает поддерживать с вами знакомство.
- Да? - насмешливо произнес Фолкирк. - Вы ведете себя как опекун, Стантон!
- Приходится. Так вот, если вы считаете, что среди вещей моего кузена могут быть ваши бумаги, то обращайтесь только ко мне. А кстати, что это за бумаги?
Фолкирк заколебался, затем с наигранным равнодушием сказал:
- Они не настолько важны. Но был бы вам признателен, если бы вы отдали их мне. Я квартирую на Кларджес-стрит. Передайте, в свою очередь, миссис Ордуэй, что я, разумеется, поступлю согласно ее желанию. Однако, - он улыбнулся, - позвольте и мне вас предупредить: обычно я не столь обходителен. С вашей стороны будет неразумно вмешиваться в мои дела и срывать мои планы. Я уверен, что вы меня понимаете, Стантон.
- А можно поинтересоваться, каковы ваши планы?
- Наслаждаться жизнью, разумеется! Здесь я весьма незатейлив. - Поклонившись, Фолкирк ушел.
Джайлс смотрел ему вслед. Он еще не знал, насколько сильно был потрясен мистер Фолкирк их встречей и насколько он безжалостен и опасен.
На следующий день Джайлс появился в доме баронессы Лейбман на Кавендиш - сквер. Он был уверен, что баронесса примет его, так как они были давно знакомы. Но в доме царила суматоха: слуги сновали взад-вперед с одеждой, столовым серебром и прочими ценными вещами; двое слуг с трудом тащили по лестнице огромный комод.
- Простите, сэр, баронесса никого не принимает, - сказал дворецкий. - Она плохо себя чувствует.
- Весьма сожалею. - Джайлс с любопытством взирал на суету вокруг. - Может, вы передадите ей мою визитную карточку? Вообще-то мне нужна леди Стантон…
Дворецкий оцепенел.
- Это совершенно невозможно.
- Невозможно? Почему? Послушайте, отнесите мою карточку одной из дам, лучше - леди Стантон.
- Ее светлость умерла прошлой ночью.
- Что?!
- Ее светлость умерла, а баронесса никого не принимает.
- Господи! Вот моя визитная карточка. Меня она должна принять.
Дворецкий взглянул на карточку Джайлса, и на его лице отразилось удивление.
- Полковник Стантон!
- Леди Стантон - моя мачеха. Вот почему мне необходимо увидеть баронессу.
- Подождите, пожалуйста, сэр, пока я отнесу вашу карточку.
- Лучше я сам это сделаю!
Джайлс быстро прошел мимо дворецкого. Комнату баронессы он нашел сразу, так как из-за двери доносился ее хриплый повелительный голос.
- Что вам нужно? - грубовато осведомилась она, увидев Джайлса.
Баронесса была занята тем, что засовывала в шкатулку украшения, а кругом на креслах и диванах валялись платья, веера, туфли, раскрытые коробки и чемоданы.
- Я пришел, чтобы встретиться с Венецией.
- Не встретитесь: она умерла.
- Это мне уже сказали. Смерть наступила внезапно? Позапрошлым вечером в Воксхолле она выглядела совершенно здоровой.
- Вы ее видели? И говорили с ней?
- Не удалось. С ней был некий господин Фрейзер, и он не позволил ей этого. В чем дело, Нелли? - Джайлс указал на разбросанные вещи.
- Я срочно уезжаю из Лондона. Меня ждут в Германии. - Она снова стала пихать в шкатулку драгоценности.
Джайлс увидел нитку жемчуга, украшавшую прическу леди Стантон в театре, подошел и забрал ее.
- Это жемчуг моей матери, Нелли. - Он повернул ее лицо к себе. - Скажи мне, что произошло. Каким образом Венеция умерла?
- Ой, уходите! У меня нет времени на разговоры! - Она оттолкнула его. - Я занята.
Джайлс мрачно смотрел на нее, пораженный тем, что несгибаемая и многоопытная Нелли Марсден пребывает в панике.
- Сердечный приступ?
- У кого? У Венеции? Нет.
- Плохо с сердцем барону Лейбману?
- Ему? Ничего подобного. Он просто хочет, чтобы я приехала.
- Но почему ты так испугана? Нелли, oт чего умерла Венеция? Я не уйду, пока не узнаю.
Глава девятая
Баронесса Лейбман помолчала, потом неохотно вымолвила:
- Когда вы видели Венецию в Воксхолле, что она сказала?
- Сказала, что рада тому, что миссис Ордуэй и Селдер…
Нелли сделалась мертвенно-бледной.
- Вот в чем дело, - прошептала она. - Я должна уехать из Лондона. Немедленно.
- Ты никуда не уедешь, пока не скажешь мне то, что я хочу узнать, - сурово произнес Джайлс.
В ее глазах отразился ужас, и она торопливо зашептала:
- Венецию прошлой ночью нашел сторож у Честерфилдских ворот. Она… - Нелли с трудом подбирала слова. - В общем, ее кто-то ударил по голове. Якобы это дело рук шайки бродяг. У нее украли украшения.
- Бродяг? Это точно?
- Конечно! - Голос Нелли сорвался на крик.
- Тогда почему ты в такой панике?
- Будешь в панике, когда твою подругу убили, размозжив ей голову!
- И это сделали бродяги? Что-то не верится! - Джайлс пристально посмотрел ей в глаза. - Да и ты этому не веришь. Селдер имеет к этому отношение?
- Нет! - с ужасом выкрикнула она. - Селдер больше не существует! Он всем нам сказал, чтобы мы забыли о нем. Иначе… Боже, как же я боюсь!
- Нелли, успокойся! Что в этом стакане? Бренди? На, выпей, - Джайлс протянул ей стакан.
Баронесса, давясь, проглотила спиртное, но оно ей не помогло: она дрожала и зубы у нее стучали.
- С Венецией так было всегда, когда она напивалась… она начинала болтать, - бормотала Нелли. - Но я ее предупреждала…
- Ты хочешь сказать, что Венецию убили потому, что она упомянула имя Селдера? - в недоумении спросил Джайлс.
- В общем… да. Наверное, ему об этом сказал Фрейзер. Или кто-нибудь еще. - Нелли пришла в себя и пристально взглянула на Джайлса. - Больше вы ничего от меня не узнаете. Не хочу, чтобы мой искалеченный труп тоже нашли сторожа. Я уезжаю.
Джайлс понимал: ему нужно как можно больше выудить у этой женщины; но как это сделать? Предложить деньги? Нет, у Нелли, скорее всего, достаточно припрятано на черный день, да и муж ее богат. Помочь спасти шкуру? Пожалуй. Подумав немного, он сказал:
- Ты права: конечно, ты должна уехать. Одному Богу известно, каким будет следующий шаг Селдера. Я могу устроить твой отъезд в Германию сегодня же вечером… без шума, и Селдер тебя не поймает, обещаю.
- А что взамен? - насторожилась баронесса.
- Расскажи мне о Селдере и его банде. С ним был связан мой кузен, и я должен знать, как и почему он умер.
Нелли задумалась.