- Так и быть, Мейсон, заходите, - сказал он. Мейсон вошел в палату. Репортер уголовной хроники сидел за маленьким столиком, перед ним лежала раскрытая записная книжка со стенографическими записями, в руке он держал наготове авторучку. Ларри Самсон, помощник окружного прокурора, стоял у кровати, заложив руки в карманы пальто. У окна с профессионально-бесстрашным выражением лица стоял доктор Джиффорд. Возле него - рыжеволосая сестра с большими карими глазами, прекрасным цветом лица и решительной линией рта. На больничной койке с чуть приподнятым изголовьем лежала Сара Брил и взирала на них из-под бинтов спокойными, невозмутимыми глазами. Сломанная нога в гипсе была подвешена, и противовес висел над кроватью.
- Повторяю, джентльмены, этот спор нас никуда не приведет, - говорил доктор Джиффорд. - Моя пациентка перенесла сильное нервное потрясение. Я не намерен подвергать ее здоровье опасности из-за непрерывных допросов и запугивания.
- Да бросьте вы! - вырвалось у явно раздраженного сержанта Голкомба. - Никто ее не запугивает.
- Малейший намек на запугивание, - продолжал доктор Джиффорд, - и интервью закончится.
Сара Брил улыбнулась Мейсону. Улыбка была довольно жалкая - голова забинтована, сбоку кровоподтек.
- Доброе утро, мистер Мейсон, - сказала она. - Я хочу, чтобы вы были моим адвокатом.
Мейсон кивнул в знак согласия.
- Как я понимаю, - продолжала она, - меня обвиняют в убийстве. Я согласилась сделать заявление только в присутствии адвоката.
- Вы понимаете, миссис Брил, - начал сержант Голкомб, - что ваше нежелание снять с себя предъявляемые вам обвинения…
- Дайте-ка я растолкую ей это, - прервал его Ларри Самсон. - Я хочу еще раз объяснить миссис Брил, и примите это к сведению, мистер Мейсон, что мы не ставим своей целью заманить миссис Брил в ловушку и вынудить ее сделать какие-то признания. Косвенных улик более чем достаточно, чтобы подтвердить обвинение в убийстве без смягчающих вину обстоятельств. Так вот, если она невиновна и может представить аргументированные доказательства, мы снимем с нее обвинение. Мы даем ей возможность избежать огласки в газетах и позора суда.
- Вздор! - сказал Мейсон. - Чистейшей воды демагогия, миссис Брил. Раз уж они выдвинули против вас обвинение в убийстве без смягчающих вину обстоятельств, только чудо заставит их теперь от него отказаться. А все разговоры, что они-де дают вам шанс оправдаться, всего-навсего уловка. Хотят, чтобы вы заговорили, а они ухватятся за какие-то неувязки в вашем рассказе, расставят свои ловушки и добьются от вас признания.
Самсон вспыхнул от гнева.
- Кончайте острить или убирайтесь отсюда, - заявил сержант Голкомб.
- Я вправе повидаться со своей клиенткой, - ответил Мейсон. - А дать ей совет - мой долг.
- Советуете не отвечать на вопросы? - съязвил Самсон.
- Отнюдь нет, - отозвался Мейсон. - Просто исправляю неточности в вашем заявлении. Клиентка вольна поступать по собственному усмотрению. Но мой долг - уведомить ее, что она может не отвечать на вопросы, а если она нервничает или чем-то взволнована, вправе отложить интервью до консультации со мной.
- До того, как вы научите ее, что говорить, - насмешливо подхватил сержант Голкомб.
- Я имел в виду именно то, что сказал, - ответил Мейсон.
- Послушайте, какой смысл спорить? - вмешалась в разговор миссис Брил. - Я намерена сделать заявление, но хотела, чтобы при этом присутствовал мой адвокат.
- Вот это уже лучше, - одобрительно кивнул Самсон. - Вы разумная женщина и прекрасно понимаете, какой вред причинят вам косвенный улики, если вы не опровергнете предъявленного вам обвинения.
- Я не представляю, о чем вы говорите, ссылаясь на какие-то косвенные улики, - заявила миссис Брил.
- Миссис Брил, - начал Самсон. - Я буду с вами совершенно откровенен, я скажу вам правду, возможно жестокую. Все это для вашего же блага. Когда вчера вечером вас сбил автомобиль, в вашей сумке обнаружили револьвер тридцать восьмого калибра. Полиция взяла на экспертизу пулю из этого револьвера. Они сделали ее микрофотографии. Извлекли роковую пулю, оборвавшую жизнь Остина Галленса, сделали и ее микрофотографию. Как на микрофотографиях, так и при сличении обеих пуль отказалось, что они не только идентичны, но и выпущены из одного револьвера. Иными словами, миссис Брил, пулей из револьвера, обнаруженного вчера вечером в вашей сумочке, убит Остин Галленс.
- Молодой человек, - сказала миссис Брил, бросив взгляд на Самсона, - вы уверены, что револьвер нашли в моей сумке?
- Абсолютно уверен, - ответил Ларри Самсон. - Сумка лежала возле вас на мостовой, когда…
- Но это вовсе не означает, что это была моя сумка, - оборвала его миссис Брил. - Я в то время была без сознания. Вы не можете обвинять меня в чем-либо только потому, что рядом со мной лежала какая-то сумка. Я не знаю, кто ее подкинул.
Мейсон усмехнулся и незаметно подмигнул доктору Джиффорду.
- Вы утверждали, что эта женщина не способна отвечать на вопросы из-за путаницы в мыслях, - возмущенно выговаривал доктору сержант Голкомб.
Ларри Самсон, чуть поколебавшись, открыл кожаную сумку, лежавшую в углу палаты на полу.
- Миссис Брил, - обратился он к больной, - я сейчас покажу вам сумку, а вы скажете, ваша она или нет.
Точно фокусник, Самсон выхватил из сумки другую - с пластмассовыми кольцами-ручками под нефрит и покачал ею перед собой.
Миссис Брил скользнула по ней почти равнодушным взглядом.
- Пожалуй, когда-то у меня была такая сумка, но я не могу сказать наверняка. В общем, молодой человек, я не могу заверить вас, что это моя сумка… Было что-то в этом роде, но давно.
Самсон растерялся. Потом решительно сунул руку в сумку и вытащил частично связанный свитер.
- Станете уверять, что и эта вещь не ваша? - настаивал он. - Ведь это ваше вязанье?
Миссис Брил выслушала его с каменным лицом.
- Вы так думаете? - только и сказала она.
- Вы же знаете, что это ваша вещь.
- Я этого не знаю, - покачала головой миссис Брил.
- Послушайте, миссис Брил, это не игра! - вскинулся Самсон. - Дело серьезное. Вас обвиняют в убийстве без смягчающих вину обстоятельств, а это, согласно нашим законам, самое тяжелое преступление. Мои вопросы и ваши ответы стенографируются. Их всегда можно использовать против вас. Так вот, миссис Брил, я не собираюсь пользоваться своим преимуществом. Я заявляю откровенно в присутствии вашего адвоката, что косвенные улики очень серьезны. Тем не менее это косвенные улики, и некоторые из них можно оспорить. Если вы будете сотрудничать с правосудием, если приложите все силы, чтобы помочь нам установить истину, мы в свою очередь сделаем все возможное, чтобы доказать вашу невиновность. Но если вы сделаете хоть одно ложное заявление и будет доказано, что оно ложно, будет губительно для вас, учитывая предъявленное вам обвинение. Здесь присутствует мистер Перри Мейсон, ваш адвокат. Он подтвердит, что я говорю правду. К примеру, если вы отрицаете, что сумка ваша, а мы докажем, что это именно так, подобное заявление пригвоздит вас к позорному столбу. Итак, миссис Брил, я спрашиваю: это ваша сумка?
- Понятия не имею, - спокойно ответила она.
- Посмотрите на нее внимательнее, возьмите в руки. Проверьте и скажите, ваша это сумка или нет, - уговаривал ее Самсон.
- Говорю вам - не знаю.
- Хотите сказать, что не можете отличить свою вещь от чужой?
- Именно так.
- Но у вас вчера была с собой сумка?
- Не помню.
- Как прикажете понимать - вы не помните, несли ли в руке сумку, когда отправились навестить мистера Остина Галленса?
- Вы правы, я не помню и то, что навещала мистера Остина Галленса.
- Даже этого не помните?
- Нет, - спокойно подтвердила миссис Брил. - По правде говоря, я пыталась собраться с мыслями, как только пришла в себя. Вот вчерашнее утро помню, то есть мне кажется, что это было вчера. - Миссис Брил перевела взгляд на Перри Мейсона и поинтересовалась: - Ведь сегодня вторник, мистер Мейсон?
Мейсон кивнул.
- Так и есть, - продолжала она, - это было вчера утром. Я помню вчерашнее утро. Помню все, что произошло. Помню, что получила ключи от машины брата. Помню, что ездила за машиной и приехала на ней. Поставила ее в гараж. Помню, ждала племянницу в обувном отделе универсального магазина. Помню, что чуть позже меня обвинили в краже. Помню ленч за одним столиком с мистером Мейсоном… И не помню, что со мной случилось, когда я ушла из магазина.
- Ах вот оно что, - усмехнулся Самсон, - собираетесь нас морочить этой старой сказкой о провалах в памяти?
- Это уже не вопрос, Самсон, - вмешался Мейсон. - Это спор.
- Пусть так, ну и что?
- Я думаю, Мейсон прав, - поддержал его доктор Джиффорд. - Вы можете допросить мою пациентку, но в разумных пределах. Спор или попытки запугивания исключаются.
- У этой байки о провалах в памяти - борода длинной в фут, - сказал с издевкой сержант Голкомб.
- Если вас это интересует, джентльмены, могу подтвердить: после сотрясения мозга часто встречаются провалы в памяти, длящиеся от нескольких часов до нескольких дней, предшествовавших несчастному случаю, - пояснил доктор Джиффорд. - Иногда с течением времени память медленно возвращается.
- Сколько же времени, по вашим расчетам, утечет в этом случае? - ехидно спросил Самсон. - Когда к миссис Брил вернется память?
- Не знаю, - ответил доктор Джиффорд. - Это зависит от множества факторов, которые сейчас учесть невозможно.
- Ну и дела! - возмутился Самсон.
- Позвольте спросить, доктор Джиффорд, - обратился к нему Мейсон. - Есть ли в данном случае что-то необычное?