Я сидела, скукожившись, обняв себя руками и скрестив от холода ноги в тапочках на босу пятку. Нервно грызла ноготь и косилась в угол двора. Там, огороженная кусками шифера лежала старая куча угля, припасённая бабушкой для особо холодных зимних месяцев. Я молилась, чтобы чудище не нашло топливо.
Монстродом низко опуская крыльцо ушагал куда-то в кусты.
Я облегчённо выдохнула. И только собралась спустить ногу на землю, как из листвы выскочил избух и кинулся ко мне. Становилось понятно: он от меня не отстанет, НИКОГДА!
Так мы просидели еще какое-то время. Я сидела, дом жрал.
Новорожденный жилищный кошмар срыгнул столбом пламени, наконец-то насытившись.
Я лишь слегка вздрогнула. А после домик улёгся у моих ног и задымил.
Рука потянулась к печному ухвату, валяющемуся у каменного порожка. Так и просидела с ним в обнимку до самого полудня, пока солнце не стало припекать маковку.
А когда стало совсем невмоготу, я тихо слезла с камня и бочком-бочком уковыляла с поляны, стремглав побежала по лесной тропинке вниз с холма в деревню. Возможно, от пережитого ужаса я не там свернула и выбежала не с той стороны леса. Потому что внизу у реки никакой деревни не было!
То есть река была, та самая, с резким изгибом и песчаным островком в центре излучины. Но куда делись все домики, коттеджи, гаражи-заборы и зелёные лужайки? Огороды, яблоневые и вишнёвые деревья?
ГДЕ ВООБЩЕ ВСЕ?
В кустах за спиной зашуршало и на траву выскочил прожорливый знакомый. Куролапы в разные стороны, дверь приоткрыта оттуда свисает полосатый половичок, из трубы валит дым.
В ярком свете я рассмотрела то, что чавкало в ночи и кралось за мной следом, именно эти звуки я слышала, когда убегал бабушкин дом. А потом эта же тварь терроризировала, меня на поляне.
Я встала в боевую стойку.
Чу! Чу! Пугнула я рогатиной маленькую, но ненастырную копию бабушкиного домика. Избушонок не понимающе попятился. Вроде бы он был разумным. Э-э-э Избушка, избушка повернись к лесу передом, ко мне задом. Выдала я, все, на что был годен мой не выспавшейся мозг.
Домик повернулся и наклонился, задрав хвостик к небу.
Отвернись бесстыдник! рявкнула я. Избушка крутанулась на месте короткие ножки запнулись одна за другую и домик повалился в траву.
Та-ак теперь уже я, развернувшись к лесу передом, бежала обратно на бабушкину поляну.
По песчаной дорожке, время от времени ухватом отталкивая от себя радостно скачущий следом домик. Избушонок путался под ногами и не отставал. Мне показалось или он немного подрос?
Я выскочила из кустов. Передо мной вся та же картина разорения. Только «мёртвая» до этого поляна медленно начинала оживать. Я не могла точно сказать в чем было дело, но ощущение неправильности мира начало медленно уходить. Словно всего минуту назад здесь царствовала смерть, а теперь сюда вернулась
жизнь.
На доселе безжизненной поляне робко зажужжали пчёлки и застрекотали кузнечики. Подул ветер, неуверенно играя травой и листвой.
Из-за веток и кустов выглядывали ёжики, белочки, мышки и другие лесные животные.
Чуфырь? Спросили меня, я повернула голову.
Свесившись с ветки, белка протягивала мне шишку.
Нет, спасибо. Вежливо отказалась я. Какая разница с кем говорить с белкой так с белкой, это вроде не белая белочка и ладно с неё.
А куда дом делся? в этот момент я твердо решила: найти беглянку и водрузить её на своё законное место любым способом, до того, как вернётся бабушка. Что-то мне подсказывало что в том, что жилище сбежало отчасти виновата была я и сон с наглым незваным гостем. Кто-нибудь видел куда избушка побежала? громко спросила я у лесного зверья, особо не надеясь на ответ.
И, о ужас! со всех сторон на поляну стали стекаться дикие звери. Меня окружали. Лисы, олени, зайцы, еноты, ёжики, белочки и прочие лесные твари. На секунду все замерли, а после:
Туда! указали звери лапками в семи противоположных направлениях. Я где стояла там и села, прямо на песок дорожки.
Так и хотелось вскочить и с воплем: «Говорящие!» ломануться прочь, сбивая все на своём пути, кусты и деревья. Но я постаралась сдержать себя в руках, только слегка сбледнула с лица.
Чем тебе помочь? Чем помочь? защебетали звери.
Помочь? Помочь? Помочь? подхватили птицы на ветках.
Я все ещё недвижимо сидела, таращась на зверье моё.
Вы не так разговариваете с ней! вклинился в обступившую меня толпу ёжик. Это современный ребёнок, они сейчас не так разговаривают, у них свой язык, на манер птичьего. Вот я щаз вам покажу как надо с людьми из реальности балакать, колючий повернулся ко мне:
Йоу! Чувиха! Как делишки? Тут Кощей-младший захаживал, проблемы искал. Надо встретиться с ним рамсы развести, бате его кровь попортить. Пока он нас не того, не наколол на все иголки.
Мысленно перекрестившись я ответила:
Во-первых, я не чувиха, начала я. Во-вторых, давно не ребёнок. В-третьих Боже мой, ёжик разговаривает! взвизгнула я и рванулась бежать, да только некуда, со всех сторон меня плотно обступили лесные. Как встала, так и села обратно на песочек.
Я не только говорить умею ещё танцевать и колючий, продемонстрировал мне нечто вроде лунной походки Майкла Джексона, в завершении вильнув бёдрами и крутанувшись вокруг своей оси. Ну что сказать, для круглого мешка с иголками все было выполнено безукоризненно, но не дай боже увидеть это ещё раз. Ты, чувиха, кстати, не рассиживайся на мокром песке, тебе ещё со злом сражаться. Ну-ка, ребят, подмогните ей! уперев руки в боки, приказал колючий колобок.