Опыта Кощею набраться было неоткуда. Кто посмеет тягаться с первым злодеем изнанки? Все почтительно уступали дорогу. Ну почти все: те, кто не уступил, убегали, поджав хвост, как водяной. А кикиморы это они от отчаяния, трудно без мужика жить, да и им досталось от злодея.
Вот и смотрел Костик на все широко открытыми наивными глазами. Ибо, чтобы озлобиться и в заядлого злодея превратиться, время нужно и опыт.
Оттого что Кощей вовсе не был отъявленным злыднем, бесил он меня еще больше. Хотя если бы не он, мне бы ни за что не выбраться с того болота. И волшебная книга здесь не помогла: заклинания я знаю плохо, по воде бегаю и того гаже. Если бы не трансформированный злодей, так бы там и остались. Было, конечно, непонятно, кто кого спасает я его или он меня, особенно в тот момент, когда, вскинув меня на плечо с воплем: «Не отдам Бабу-ягу, самому нужна!» этот ненормальный понесся к лесу.
Ему в общем-то было все рано, по каким трансформационным лужам скакать, он уже и без того перевоплотился в козленочка.
Мне еще раньше эти лужи показались подозрительными, разноцветные какие-то, шевелятся, тянутся и ползут за тобой, некоторые затянуты радужной пленкой.
Я же в тот момент пребывала в шоке и могла только с немым ужасом наблюдать с плеча Кощея за превращениями и двигаться задом наперед в полной недосягаемости радиомагической водицы.
А вот кикиморы, гнавшиеся за нами, хлебнули волшебной влаги сполна. По болоту теперь чего только не шастало. Сразу становилось понятно, откуда берутся всякие там грифоны, мантикоры, василиски и прочая нечисть.
Вот и злодей, сейчас сидящий рядом на травке, представлял из себя такое страшилище, что даже я, насмотревшаяся фильмов про чужих, при взгляде на сказочное чудо-юдо вздрагивала.
Немножечко грело душу только
то, что Кощей сделал это ради меня, хотя надо признать, первого злодея изнанки всегда интересовал исключительно собственный шкурный интерес.
Нужна ему Баба-яга, позарез нужна, чтобы в реальность перебраться, а зачем и почему ему это необходимо не говорит партизан. Я грешным делом уже заподозрила, что он там опыта в злодействе набраться хочет. И это напрягало меня, бабушкину преемницу, ягу во втором поколении, защитницу людей и зверей.
Но сейчас меня терзали уже совсем другие тревоги. Лес вокруг нас как-то помрачнел, и даже неба стало не видно из-за черных, густо переплетенных веток. Мы забрели в самую чащобу.
Не то что местность, но сам этот мир я знала плохо и даже не представляла, как в нем ориентироваться. Одна надежда на то, что Кощей как абориген лучше меня во всем шарит.
Получалось, что пока все не решится, нам с первым злодеем вместе быть. Он без меня сам не расколдуется, а я без его защиты сгину в сказочной изнанке, сразу после первого шага.
Во всей этой ситуации была одна маленькая проблемка: не признаваться же первому злодею в том, что я без него выжить не могу, не так ли? А значит, требовалось очень ловко обвести почти бессмертного вокруг пальца, убедив того, что это не я, а он без меня шагу ступить не может. Затаив на дне души коварный план, я приступила к запудриванию мозгов. В конечном итоге со злодеями надо обращаться по-злодейски.
С напускным равнодушием я взглянула на Кощея. Ноль реакции со стороны злодея, мимокрокодил только тяжело дышал от быстрого шага.
«Ничего, ты обратишь на меня внимание!» скрипнула я зубами.
Я стрельнула глазками в злодея, тяжело задышала, заобмахивалась ладошкой, делая вид, что мне жарко.
Злыдень засопел чаще, только я вот уже делала вид, что он больше меня не интересует.
С вялым интересом рассматривала лес, небо, травку, Кощея и тут же дежурно вздрогнула. Страшен черт! Нехило досталось злодеюшке на болотах, и как только жив остался после такого? Любой бы давно копыта отбросил, а этот парнокопытный семенит по лесу себе, новоприобретенным хвостиком козлиным помахивает да затылок мохнатый задумчиво чешет.
Не с той стороны от рогов чешешь, съехидничала я, присаживаясь на пенечке. А что? Я же вся устала и запыхалась. Могу я отдохнуть или нет?
Тебе бы не озадаченно сзади рогов чесать, а лобик узкий погладить да придумать, как нас из этих дебрей лесных вывести! Кощей повалился рядом.
Из этих дебрей только леший вывести может, огрызнулся в ответ чудо-юдо Кощеевское, а ты бы в свою очередь взяла книгу волшебную, яговскую и расколдовала, глядишь, я бы чего и придумал.
«Ага, щаз! подумала я. Держи карман шире!»
Цы-цыц-ц сочувствуя, поцокала языком, осматривая все еще растущие рога, которые уже начинали ветвиться. И что же это за дрянь такая была?
Радиомагические выбросы, отходы с чародейских заводов, алхимики и колдуны сливают на болота отработанные зелья, вместо того чтобы утилизировать как полагается. И так небрежно он это сказал, словно гадить вокруг магическими отходами это нечто обыкновенное. Злодей, одним словом. Ни птичек, ни рыбок, ни земноводных, ни зверушек, ни кикимор ему не жалко. Даже себя не особо жалеет, вон уже и к рогам притерпелся, и с хвостом пообвыкся. Сидит обмахивается им от мошкары.
И как так можно?! воскликнула я, стоило Кощею в доказательство своего безразличия зевнуть и почесать лохматую морду. И еще: Кошмар! оценила я злодейский оскал.