Киваю и уже почти выбегаю из предоперационной, когда в спину мне доносится:
- Я сделаю все, что в моих силах, чтобы сохранить ребенка.
Почувствовав огромное облегчение, выбегаю в коридор.
Глава 9-1
- В предоперационной? перебивает меня врач.
- Да, - киваю.
- Что там, введите в курс дела, - мужчина встает и идет к двери, где я его жду.
- Попытка избавиться от плода, - отвечаю.
- И? Будем чистить?
Мы идем по коридору.
- Нет! Мэтр обещал сделать все возможное, чтобы сохранить беременность.
Хотерс останавливается и тормозит меня, придержав за предплечье.
- Зачем падшей этот ребенок? Думаешь, у нее и так мало проблем? Думаешь, владелица публичного дома будет рада явлению матери и ребенка в своей обители порока?
- Вы, конечно, очень логично рассуждаете. И да, наверное, проще было бы почистить. Но доктора здесь не для того, чтобы делать проще, так ведь? А чтобы оказывать помощь. И матерям. И детям.
Хотерс какое-то время смотрит на меня тяжелым взглядом, потом как-то кривобоко усмехается.
- Женщины и эта ваша никому не нужная эмоциональность. Теперь понимаешь, почему у нас был персонал только из мужчин?
Это я-то эмоциональная? Та самая Марья Ивановна, которую за глаза называли ледышкой? Задумываюсь, но ненадолго.
- Найди мне двух медбратьев. Пусть сразу идут в операционную, - говорит Хотерс и заходит в палату, закрыв перед моим носом дверь. Ну да, санитарке, а уж тем более женщине, там делать нечего.
Иду по поручению. Медбратья в количестве двух штук, к счастью, никак не выражают свое недовольство, а просто спокойно идут, куда я их посылаю. И мне наконец-то можно отдохнуть.
Быстро, пока никто не видит, возвращаюсь в свое крыло. Мурка встречает меня пронзительным завыванием, и я вспоминаю, что вообще-то время близится к ужину, а ужина нет. Ни ей, ни мне. Ну кроме все того же пирога. Жалобно вздохнув, понимаю, что придется идти в таверну, где у меня уже оплаченный ужин.
На минутку замираю перед зеркалом, ужаснувшись собственному виду. Странно, что никто у меня не поинтересовался наличием синяка на щеке. Та нервная мамаша из библиотеки, когда меня ударила, видимо носит кольцо на пальце. И теперь мое щеку украшает шикарная ссадина с несколькими глубокими царапинами в средине и фиолетово-зеленой окантовкой по краям.
Аккуратно вымываю лицо. Печет. Мурка истерично мяукает.
- Сейчас, маленькая. Сейчас пойдем, подожди немного.
Переодевшись в свое убогое приютское платье и прихватив тонкий и не очень теплый плащ, потому что вечера тут еще холодные, укладываю котенка в карман и на цыпочках выхожу в основное помещение больницы.
Честно говоря, меня очень напрягают эти хождения туда-сюда, чтобы никто не увидел, но пока нет собственного жилья, приходится смириться. Бочком-бочком прохожу мимо операционной, уверенная, что доктора еще там и с удивлением вижу, что внутри убираются санитары. Ничего себе, уже закончили? Вот бы еще узнать результат. Но истошный вопль котенка дает мне понять, что все может подождать до тех пор, пока не поедим.
Вдвойне тихо прохожу мимо ординаторской и уже почти хватаюсь рукой за входную дверь, когда в спину мне доносится голос главврача:
- Месита Фаро, будьте добры, задержитесь на минутку.
Блин! Сейчас надо срочно придумать, что соврать.
Глава 9-2
Понятное дело, что мне не остается ничего другого, кроме как подчиниться. Погладив
Мурку и шепотом попросив ее не выдавать своего присутствия, догоняю мэтра уже возле его кабинета, когда он открывает для меня дверь и пропускает вперед. Прохожу и останавливаюсь.
- Присаживайтесь, желательно вон на тот высокий стул, - кивает в обозначенную сторону главврач.
Удивляюсь, но выполняю просьбу начальника. Какое-то время ерзаю, пытаясь усесться поудобнее, и наблюдаю, что делает главврач. А он открывает ящичек в шкафу, что-то там стучит, потом выставляет на стол темную бутылку, какой-то пакет, палочки. Я напрягаюсь. Чего это он? А уж когда мэтр идет мыть руки, я вообще спрыгиваю со стула и намереваюсь уйти.
- Вернитесь назад, - сурово пресекает мою попытку побега главврач. У вас глубокая рана на лице, ее нужно обработать, а то останется шрам.
Приходится вернуться. И сесть с прямой спиной, настороженно наблюдая за начальником. Почему он тянет и не начинает разговор? Рассчитывает, что у меня сдадут нервы и я сама ему все расскажу? Ну так не дождется. Упрямо сжимаю губы и молчу.
Главврач подходит ко мне, останавливается довольно близко. Открывает бутылочку, из которой мгновенно разносится по кабинету запах спирта и каких-то трав.
- Поднимите лицо чуть выше, ближе к свету, - говорит.
Делаю, как сказал, наблюдая за всеми его действиями. Главврач достает из бумажного пакета тонкую ткань, похожую на нашу марлю, но мягче. Смачивает ее раствором из бутылочки и склоняется надо мной. Очень-очень близко я вижу его сосредоточенное лицо, морщинку между бровей и серые, сейчас почти серебристые глаза.
Касается моего подбородка пальцами. Я вздрагиваю.
- Мне нужно лучше рассмотреть рану, - объясняет.
Касается смоченной тканью раны на моем лице, та сразу отзывается пульсирующей болью. Не сдержавшись, шиплю сквозь стиснутые зубы.